10 гениев политики - Дмитрий Кукленко

43. А вот устав мостникам: если замостят мост, то брать за работу ногату, а от каждого устоя моста по ногате; если же ветхий мост починить несколькими дочками, 3-мя, 4-мя или 5-ю, то так же. 

Ришелье (Арман Жан дю Плесси, герцог Ришелье)

Французский государственный деятель, кардинал, первый министр, глава королевского совета во время правления Людовика XIII.

Кардинал Ришелье — одна из наиболее противоречивых личностей в истории Франции. И при жизни, и после смерти его то превозносили до небес, то подвергали жесточайшей критике. До сих пор отношение к нему довольно неоднозначно, причем оно во многом зависит от позиций и мировоззрения, которых придерживается критик. Так, католики считают Ришелье выдающимся государственным деятелем, мудрым и гениальным правителем. Протестанты же практически не признают его заслуг и всячески выпячивают промахи и неоправданные поступки. Либеральные мыслители упрекают Ришелье в том, что он не сумел или не захотел сделать Францию первой страной в мире, в которой была бы учреждена конституционная монархия, хотя все предпосылки для этого у него имелись. Убежденные приверженцы монархии, напротив, осуждают великого политика за то, что он своими действиями по укреплению власти короля чуть ли не создал почву для будущей революции.

Кардинал Ришелье получил среди современников, а затем и потомков, прозвище Красный кардинал. Он, как и все его «коллеги» по сану, носили красные мантии. Однако советник Ришелье, монах ордена капуцинов отец Жозеф, был постоянно облачен в серое одеяние, и поэтому его прозвали Серый кардинал.

Арман Жан дю Плесси, герцог Ришелье, появился на свет 9 сентября 1585 года в Париже. Его отец относился к древнему дворянскому роду. Он оказал весьма существенную услугу королю Генриху III, за что был награжден орденом. При Генрихе IV Франсуа дю Плесси проявил себя как храбрый воин и дослужился до капитанского чина в полку королевской гвардии.

Изначально семья готовила Армана Жана к военной службе, видя в нем продолжателя дела отца. Тем не менее ребенок получил весьма хорошее для рубежа XVI–XVII веков начальное образование. По окончании начального обучения мальчик поступил в военное училище. Там он преуспел в таких нужных для военного дела предметах, как фехтование и езда верхом.

Но неожиданно его судьба круто изменилась. За родом дю Плесси было закреплено право предоставлять епископов в Люсон. Как раз на момент совершеннолетия Ришелье место епископа освободилось, и королевским указом 22-летнего юношу назначили епископом. По церковным правилам возраст Армана Жана был недостаточным для посвящения в епископы. Тем не менее он отправился в Рим, где убедил Папу Римского Павла V все же посвятить его в сан.

Несмотря на то что он стал полноправным главой епархии, дю Плесси поехал из Рима не к месту службы, а в Париж. Так было заведено в ту пору: епископы значительную часть времени проводили в столице вблизи королевского двора, а в свои резиденции возвращались лишь для решения неотложных дел. В Париже Арман Жан закончил курс в Сорбонне и в 1607 году получил ученую степень доктора богословия. Его проповеди нравились корою Генриху IV, который покровительствовал молодому епископу. Однако герой нашего рассказа был не так богат, чтобы чувствовать себя комфортно среди наполнявшей балы и салоны более обеспеченной молодежи. Поэтому вскоре после окончания курса в Сорбонне, холодной зимой 1608 года, он вернулся в Люсон и приступил к непосредственному исполнению своих обязанностей.

В письме Ришелье называл территорию подчиненного ему аббатства «самой жалкой, уродливой и неприятной во Франции». Молодой человек был разочарован и расстроен: «Мне обидно, — писал он в дневнике, — что я не могу жить так, как хочу». К слову сказать, даже сани ему пришлось одолжить у друга.

На своем посту епископ дю Плесси проявил несвойственные его юному возрасту таланты к управлению. За пять лет ему удалось перестроить разрушенные в ходе многочисленных войн храмы (хотя при этом он поправил и свое материальное положение). В планах Армана Жана, тем не менее, не значилось долгое пребывание в скучной провинции. Он стремился вернуться в Париж, причем так, чтобы занять там положение, которое он считал достойным своих талантов.

Свои планы покорения столицы Арман Жан излагает в дневнике, который он называл «Руководством и правилами нахождения при дворе». Так, например, дю Плесси полагал, что в первое время стоит почаще обращать на себя внимание короля и поэтому необходимо являться во дворец ежедневно. Позже, когда государь уже привыкнет к присутствию епископа Люсонского в Париже, можно будет навещать его пореже. При этом в разговорах с королем Арман Жан предполагал быть смелым и свободным, чтобы сразу заслужить внимание и уважение монарха; но при это нельзя было выходить за границы вежливости, принятой при общении с королем Франции. В планах дю Плесси было также добиться расположения сильных мира сего; их он заранее распределил на потенциальных сторонников, которые могли бы помогать ему и впоследствии были бы им вознаграждены по какому-либо подходящему случаю, и вероятных противников — им также стоило преподнести какой-нибудь дар, чтобы у них было меньше оснований препятствовать его расчетам. При общении с придворными епископ Люсонский планировал поменьше говорить и побольше слушать, набираться опыта и правильно оценивать расстановку сил. Вот как он сам описывал принципы поведения при дворе: «…необходимо принять во внимание, что королю нравятся лишь те из приближенных, которые обращаются с ним смело и свободно, не выходя, однако, из границ должного уважения. Надлежит почаще повторять королю, что только обстоятельства вынуждают меня ограничиваться оказанием маловажных услуг и что для верноподданного нет ничего трудного или невозможного на службе у такого доброго государя и такого великого монарха… Важнее всего наблюдать, откуда именно дует ветер, и не мозолить королю глаза, когда он в дурном расположении духа».

Планы Ришелье по завоеванию королевского двора были нарушены убийством короля Генриха IV, произошедшим в мае 1610 года. Епископу пришлось раньше запланированного отправиться в Париж. Там он принял присягу на верность королеве Марии Медичи, назначенной на должность регентши при Людовике XIII. Но и в этот приезд дю Плесси обнаружил, что он еще недостаточно богат для того, чтобы чувствовать себя своим в Париже. Поэтому он снова вернулся в Люсон.

Следующее появление герцога при дворе было вызвано созывом Генеральных штатов в 1614 году. Дю Плесси прибыл на заседания этого совещательного органа при короле в качестве делегата от духовенства. Несмотря на молодость, ему удалось быстро завоевать влияние среди делегатов своего сословия. Те поручают ему представление доклада королю от имени всего французского духовенства. Речь люсонского епископа произвела большое впечатление и на короля, и на членов собрания. Фактически Арман Жан выступил против общей воли делегатов, осуждавших методы правления регентши Марии Медичи. (Особенное негодование вызывал стремительный карьерный рост фаворита королевы, итальянца Кончини. Вопреки всем правилам и традициям Мария произвела этого человека, не имевшего практически никаких военных заслуг, в маршалы).

Старшие дипломаты отзывались тогда о Ришелье, как о «самоуверенном молодом человеке». Его же мнение о коллегах было следующим: «Они могут и дальше считать, что я буду хвататься за любую выгоду. Со своей стороны, они очень меня обяжут, если эту выгоду предоставят. В любом случае, я не нуждаюсь в их мнении о том, в чем сам прекрасно разбираюсь». В своей же речи Арман Жан осыпал Марию похвалами, особо подчеркивая ее блестящий стиль управления страной (хотя среди делегатов преобладало прямо противоположное мнение об успешности правления Марии). Вознаграждение последовало незамедлительно. Вскоре Ришелье был назначен личным священником королевы Анны Австрийской, супруги Людовика XIII. Теперь он уже мог себе позволить не стесняться в средствах и переехать в Париж, где и купил себе дом. Вскоре Арман Жан стал членом государственного совета, а также секретарем и фаворитом Марии Медичи.

В это время брак Людовика с Анной Австрийской и последовавшая за ним женитьба сестры молодого короля, принцессы Елизаветы, и испанского принца Филиппа вызвали серьезное недовольство среди многочисленных французских протестантов — гугенотов. Это недовольство разделяли многие влиятельные чиновники, которые, однако, решили использовать его в своих целях. Они хотели избавиться от Кончини — ненавистного фаворита Марии Медичи. Однако Ришелье относился к нему совершенно иначе. Их отношения были доверительными настолько, что Кончини поручил священнику выполнить несколько весьма деликатных миссий.