Третьего не дано. - ТиссОль

Взрослый мужчина под тридцать поступил бы по-другому. И это я собиралась сейчас ему доказать. Да и кто поверит в такой абсурд! Плохо ты Димка продумал легенду. Ох как плохо! Может кто-то и повёлся бы на твой рассказ, только не я!

- Вот скажи мне, Ильинский,– спросила я, усмехаясь, когда он перестал расхаживать и подошёл ко мне.

- Ты совсем деб… недалёкий или думаешь, что я полная дура? – он удивлённо посмотрел на меня.

Не ожидал, что я так его назову? Но в данной ситуации я не могла сказать по-другому.

Мне нужно было быть грубой. Мне нужно было ему сделать так же больно, как и он мне. Я должна быть сильной и не показывать ему как мне плохо от того, что произошло, от того, что он мне рассказал. От его лжи, в которую совсем не верилось. Мне это было нужно, чтобы не разрыдаться. Он не должен видеть моих слёз. Он их не достоин! Никакой слабости!

Димка смотрел на меня своими большими серыми глазами, которые потемнели не то от шока, не то от удивления, а может и от злости, потому что я никогда не говорила таким тоном и не употребляла подобных слов.

Но сейчас я его провоцировала, потому что знала, что объяснить ему «на мягких лапах» не получится. Нужно бить словами точно в цель, чтобы он включил голову и подумал, что он сделал и почему я не могу разговаривать с ним по-другому.

- Что? Злишься на оскорбление или удивляешься, что я знаю такие слова? Или может на правду?

Он только набычился, раздувая ноздри как бык перед броском на своего обидчика и играя желваками, не скрывая свою… скорее всего злость. Прямо так и вижу, как он выпускает пар и роет землю копытом. Злится. Только вот на кого? На меня? На себя? Или на всех и вся?

- А что такое? Это, между прочим, был комплимент, который ты заслуживаешь.

Он только злобно смотрел на меня всё больше и больше распаляясь, но ничего не говорил. Молодец! Скажи он сейчас хоть что-нибудь, и я точно не сдержусь и выскажусь так, как я на самом деле думаю.

А русский язык я знаю хорошо, как и ещё два других, так что словарный запас у меня ооочень бооольшой. Ну, не молчи, Диимааасик, дай мне только повод, и ты с ним познакомишься. Ну, скажи хоть что-нибудь и сделай этот «выстрел», давая мне «старт».

Но муж упорно молчал, также раздувая ноздри и играя желваками.

- Что? Молчишь? Хорошо. Тогда я тебе, как «гению» компьютерных игр и программ всё объясню на пальцах. Так даже детки всё легко понимают. Надеюсь, что и великовозрастной мальчик Димочка почти тридцати трёх лет от роду, владелец своей инет-игровой компаньки наконец-то «догонит».

- Марья! – все-таки не выдержал муж.

Ну, вот он и дал мне старт. Что ж – погнали! Теперь держись!

- Нет! – подскочила я к нему и покрутила указательным пальцем у него перед лицом.

– Теперь уж, помолчи, пожалуйста! И послушай! Может какая из твоих столь изобретательных извилин и завибрирует, начиная, наконец, мыслительную активность. Мыслить! Это значит использовать голову по назначению и не только для шапконошения. Мыслить, а не сразу соглашаться на всё, что тебе предложила какая-то девка, спасая свои «гульки», бегая и бросаясь туда-сюда и никуда, как петух, которому только что оторвали голову. Ты же ведь сказал, что её не знаешь и даже не помнишь? Но, почему-то принял всё, что она тебе «скормила», за чистую монету. Это у взрослых умных мужчин такая реакция? Что попроще, то и сойдет? Тем более, что кто-тог уже всё за тебя продумал!

Димка отступил и начал опять ходить туда-сюда, пытаясь успокоиться и понимая, что сейчас ему лучше молчать.

- Итак, - я уселась поудобнее и начала:

- Если верить твоим сбивчивым объяснениям, то ты, во время мальчишника отошёл посидеть в бар, чтобы не участвовать в оргии и не подвергаться искушению изменить мне перед нашей свадьбой? – хмыкнула я.

- Да! – нервно ответил он.

- А там, за что боролся … И к тебе подсела какая-то девка и попросила угостить её, а ты, как настоящий джентльмен, не смог отказать?

- Ну, наверно. Ты же знаешь, я всегда вежлив и …

- Подожди! – остановила я его поток «на колу висит мочало» – начинай Димка сначала.

- А потом ты проснулся в какой-то гостинице полностью голый и с больной головой? – продолжила я.

- Да. Ты же знаешь, что я почти не пью, поэтому и голова раскалывалась с утра.

Вот это было правдой. Он действительно пил очень редко и то только слабый алкоголь, но сейчас дело было не в этом.

- И что ты сделал после такой «побудки»? – продолжала я.

- Что? Пошел в душ и поехал домой, чтобы отлежаться и прозвониться друзьям, чтобы узнать, что там было, ну и потом проверился на всякий …

- Что? – я действительно была удивлена.

- А что я еще мог сделать? – разозлился он.

- Ну, ты и такие же как ты деб … не далёкие…

- Марья! – перебил меня муж.

- ТЫ и такие же как ты ДУРАКИ так и поступают! – я подняла руку, показывая ему жестом молчать.

К счастью, он правильно понял мой жест.

Глава 12

- Потому что такие как они, да и ты такой же, не знают, что голова, а вернее то серое вещество, которое все используют, чтобы думать, дана именно для этого важного действия, а не просто для шапконошения.

- А что я еще мог сделать в такой ситуации?! – взорвался Димка.

- То же самое, что и делают все нормально думающие люди.

- И что же?

- Ну, как минимум, подумать, что ты делаешь в этом месте и как там оказался. Чтобы всё осмыслить, а потом отправиться в поликлинику или больницу, или туда, где можно сделать все необходимые тесты и проверки на наличие каких-либо препаратов в крови, написать заявление в полицию, потому что, если у тебя нет постоянных провалов в памяти, то раз уж ты не помнишь, как оказался в гостинице, это должно было сказать о том, что тебя чем-то накачали. Сейчас это знает любой среднестатистический взрослый и даже ребёнок! Неужели ты, здоровый