Обманутая любовь - Лаура Тейлор

«Я прекрасно знаю, что произошло».

Она вздрогнула. «Ты не можешь знать. Тебя там не было».

Сознавая, что он чуть было не стал причиной ее гибели, Крейг сердито огрызнулся: «Ты явилась сюда без приглашения, теперь пожинай плоды и будь благодарна за то, что все еще жива».

Челси поразило его равнодушие. Он наклонился и взял ее за руки, заставил подняться.

«За что ты так ненавидишь меня?» — спросила она. «Почему не можешь дать мне шанс?».

«Мне никто не дал шанса!».

«Тогда, по крайней мере, прекрати приписывать мне то, чего нет. Я приехала сюда не для того, чтобы просто отметиться, Крейг. Я приехала, потому что…». Она заколебалась, в ее глазах промелькнул испуг.

Наконец-то, подумал Крейг. Вот она, правда. Он решил, что Челси достаточно напугана, чтобы все сказать. «Почему же ты, действительно, приехала сюда?».

«Потому что я считаю это правильным», — едва слышно произнесла она. Он покачал головой, его надежды не оправдались. «Я не верю тебе». Челси подняла руки и пальцами сжала виски, полотенце на ней ослабло, Крейг узнал этот беспокойный жест, но не хотел признавать то, что ее голова пульсировала от напряжения и эмоциональной нагрузки, перенесенной за последние часы. Ему хотелось думать, что она завлекает его. Схватив полотенце, прежде чем оно обнажило ее тело, он пальцами скользнул в ложбинку между ее грудями. Крейг держал себя, как мужчина, прекрасно знающий тело женщины, стоящей перед ним.

Челси опустила руки и украдкой взглянула на него. Она отступила назад, но он не дал ей уйти. Их глаза встретились. Никто первый не отводил взгляда. Они оба знали, что она рискует потерять гораздо больше, чем полотенце, если попытается опять уйти. Учащенно дыша, Челси сказала: «Пожалуйста, не надо». Ее щеки горели, на шее лихорадочно пульсировала жилка.

«Что не надо?» — допытывался Крейг.

«Не нужно пользоваться своим преимуществом. Ты вел себя так, когда…».

«…когда мы были женаты», — закончил он за нее, отрывая взгляд от ее груди.

Челси слабо кивнула.

«Я не даю обещаний, если не уверен, что не сдержу их».

«Крейг, я не позволю тебе использовать меня».

«Ты хочешь меня», — возразил он.

Она отрицательно покачала головой.

Крейг резко втянул в себя воздух, аромат ее нежной кожи будоражил его. «Не лги мне, Челси. Я вижу тебя насквозь».

«Я не заслуживаю, чтобы меня использовали».

«Ты и твой отец использовали меня. Не кажется ли тебе, что это будет справедливо?»

«Ты честный и благородный человек», — начала она.

«Избавься от иллюзий относительно меня. Так будет лучше для нас обоих», — закричал он. Челси закусила губу и отвела взгляд. «Я отказываюсь верить, что человек, которого я знала и с которым провела столько лет, в действительности, не существует. Я также не верю, что ты силой возьмешь меня. Мы не можем не принимать в расчет наше прошлое».

«Я начинаю думать, что переоценил твои чары», — прервал Крейг ее, желая доказать им обоим свою правду. Он изменился, стал бессердечным и бездушным, благодаря существующей уголовной системе, благодаря интригану-тестю и вероломной жене.

Прищурившись, Крейг изучающе смотрел на Челси. Его лицо не выражало ничего, кроме предложения заняться сексом и готовности унизить ее. Она задрожала от возмущения, когда он оттолкнул ее от себя и смерил взглядом. «Мои потребности в эти дни совершенно… определенные. Любая сексуальная женщина с нежной кожей справится с этим, и ты подойдешь».

Челси побледнела, но не сдавалась. Еще крепче вцепившись в полотенце, она прижала руки к груди, которая, казалось, вот-вот разорвется, если она будет глубже дышать. «Ты собираешься заняться любовью с женщиной, нежелающей этого?»

«Любовь?» — горько усмехнулся он. «Кто говорит о любви? Я имею в виду секс, Челси, простой, энергичный секс. И даю руку на отсечение, что очень скоро ты сама будешь более чем хотеть его».

«Ты же не животное», — прошептала она. «Почему ты так себя ведешь?».

«Я не животное?» — с вызовом спросил Крейг. «Мои бывшие тюремщики, возможно, не согласятся с тобой».

«Неужели я совсем не знаю тебя?».

Он пожал плечами и не ответил. Подойдя к камину с противоположной стороны, Крейг подбросил в огонь полено. Взглянув на его профиль, словно выточенный из камня, Челси проникновенно сказала: «Мне кажется, что за огромной стеной, воздвигнутой тобой, ты прячешь свои чувства. Ты пытаешься защитить то, что осталось от того чуткого и сострадательного человека, которого я знала и любила».

Он замер. Ее неожиданная проницательность, прозвучавшие слова о любви были жестоким напоминанием о том, что в его жизни давно уже отсутствовали положительные эмоции. И немного испугало то, что она так быстро обрела уверенность в себе. Крейг вдруг понял, что чем дольше они будут вместе, тем труднее ему будет противостоять ей. «Ты набиваешь себе цену. Не теряй времени даром».

«Я не согласна, но думай, как хочешь». Она вздернула подбородок и расправила плечи. «Спасибо за то, что спас меня. Извини, что не смогла сделать того же для тебя, перед тем, как тебя отправили в тюрьму».

Потрясенный ее смелостью, он в замешательстве подкинул еще одно полено в камин. Стряхнув с ладоней кусочки коры, Крейг выпрямился и поймал ее взгляд. Лицо Челси было печальным, но он заставил себя не проявлять сочувствия.

«Прибереги свою признательность и свою жалость для кого-нибудь еще».

«Я не жалею тебя», — возразила Челси. «Что я чувствую, так это сожаление».

«Как ты собираешься со мной расплачиваться?».

«За что?» Челси нахмурилась.

«За то, что спас тебе жизнь, конечно. В таких случаях по обычаю некоторых народностей ты была бы обязана мне всю жизнь. Не правда ли, интересно?» Тяжело дыша, Челси непроизвольно посмотрела на дверь. Крейг наблюдал за ней. Она напоминала мышку в лапах голодного кота.

«Нет легкого пути назад, Челси? Нет больше психологической болтовни о нравственных началах». Он все еще стоял у камина. Челси пересекла комнату, схватила с кухонной стойки сумочку и вытащила из нее свой кошелек. Сколько ярости и вызова было в ее действиях! Крейг еще раз убедился, как она изменилась за последние годы.

«Наличными, выписать чек или послать почтовым переводом?» — спросила она воинственным тоном. Крейг больше не стал себя сдерживать. Вихрем он подлетел к Челси и схватил ее чуть выше локтей. Его глаза сверкали яростью. Она вскрикнула и выронила чековую книжку на пол, Крейг рывком притянул Челси к себе и впился в ее губы.

Ее нужно проучить. Он хотел наказать ее за дерзость и еще раз продемонстрировать свою полную власть над ней. Она была так обольстительна, что Крейг не мог побороть пьянящее чувство, которое охватило его, когда он сбросил с нее полотенце и положил руки на упругие груди.