Забрать ее душу (ЛП) - Лару Харли

— Всего лишь догадка. Может быть, тебе нравится исследовать запечатанные церкви ради развлечения.

Она захлопнула свой ноутбук. Взгляд, который она направила на меня, вызвал улыбку на моем лице.

— Ты, блять, заблудился? — сказала она, повторяя мои предыдущие слова, обращенные к ней. Столько дерзости в таком маленьком теле.

— Недружелюбная маленькая штучка, да? — сказал я. — Я патрулирую весь кампус, куколка. Это моя работа — проверять укромные уголки.

— Ладно, хорошо, патрулируй дальше. Подальше от меня.

Она сделала вид, что достала свой телефон и повернулась ко мне спиной, но она просто лениво просматривала текстовые сообщения. Как будто она могла так легко отмахнуться от меня. Было слишком забавно наблюдать её игнор.

Но помимо удовольствия от этого, во мне росло беспокойство, когда я увидел, как она ищет информацию об этой проклятой церкви. Она уже проводила время с Хэдли, что уже плохо, но что-то подсказывало мне, что эта девушка не имела ни малейшего понятия, во что ввязывалась.

— Ты не отсюда, верно?

Даже если бы они не знали истинной природы этого, местные жители держались подальше от Св. Таддеуса и Уайт Пайн. Слишком много легенд. Слишком много историй.

— С чего ты взял? — подозрительно спросила она, медленно поворачиваясь ко мне. По крайней мере, она была осторожна. Ей надо бы направить эту настороженность на свою маленькую группу друзей.

Я пожал плечами и засунул руки в карманы брюк.

— Не знаю. Ты пахнешь по-другому.

— Я пахну по-другому? Как именно пахнет Южная Калифорния, а? Лесной костер и тосты с авокадо?

Она закончила свою вспышку гнева, поморщившись, как будто сожалела, что выдала эту маленькую информацию. Взволнованная, она сунула свой ноутбук в сумку и встала, повернувшись ко мне спиной. Ее юбка коснулась бедер, и ее движение обдало меня не просто очередным запахом ее шампуня, но и слабым и гораздо более первобытным ароматом.

Я ухмыльнулся шире. Упрямая маленькая штучка, сопротивляющаяся собственному возбуждению. Вот почему она так старалась не смотреть на меня. Она зашагала прочь, торопливо перекинув сумку через плечо, топая ботинками. Я задержался у столика, но крикнул:

— Не могу сказать, что Святой Таддеус является хорошей туристической достопримечательностью. На твоем месте я бы держался подальше от церкви.

Это заставило ее остановиться. Она резко обернулась:

— Оу, пардон, я думала, ты охранник кампуса. Ты еще и церковный сторож?

Черт возьми, каждый раз, когда она срывалась, мой разум прокручивал в голове все способы, которыми я мог бы превратить эти отрывистые слова в стоны. Мне следовало быть более сосредоточенным на этом, а не играть в благородного рыцаря и нести чушь вроде: «Это опасное место. Запечатанное, запертое. Любой местный житель знает, что соваться туда себе дороже».

Что-то в этой новенькой тихоне, случайно связавшей себя с самыми опасными местами Абелаума, выбивало меня из колеи. Виктория и Джереми, конечно, были популярны, но они редко проявляли к кому-либо особое внимание.

Чего они хотели от этой девушки?

Она медленно кивала. Ее гнев сменился замешательством, но в глазах появился любопытный блеск.

— Спасибо за предупреждение. Приму к сведению.

Она пнула камешек на тротуаре и небрежно добавила:

— Что еще ты знаешь о церкви? Что ты слышал о ней? Ты там был?

— Я слышал, что она старинная, пыльная и не стоит того, чтобы туда ходить.

И кишит проклятыми душами, скормленными злому Богу. Но это было последнее, что такой любопытной девушке, как она, нужно было слышать.

— А как насчет историй? — спросила она, выдавая свой энтузиазм. — О шахтерах и — Эй! Ты куда?

Я пробыл там с ней достаточно долго, и мне не нравились импульсивные чувства, которые тыкались мне в ребра, как острые обвиняющие пальцы. Я хотел, чтобы она держалась подальше от этой церкви. Я хотел, чтобы она держалась подальше от Хэдли. Она была слишком глупа, слишком любопытна на свою голову.

Но, черт возьми, это не входило в мои обязанности.

— У меня есть работа, которую нужно выполнить, куколка.

Я слегка помахал ей через плечо. Ее ботинки снова затопали, на этот раз, чтобы броситься за мной и выскочить рядом, как нетерпеливый щенок. Я полностью остановился от удивления, уставившись на нее сверху вниз. Она вытащила свой телефон и, казалось, записывала.

— Послушай, может быть, я могла бы просто получить от тебя краткую информацию о церкви. Жуткая история, которую ты слышал, что-нибудь!

Она говорила быстро, запыхаясь. Черт возьми, она была одной из тех: охотница за вниманием в социальных сетях, которая хотела, чтобы все было опубликовано, все в прямом эфире. Теперь я знал, что от нее точно будут неприятности.

Я фыркнул, обходя ее стороной, чтобы продолжить свой путь.

— Я не заинтересован в том, чтобы сниматься в твоем маленьком документальном фильме, или что бы ты там ни делала. Держись подальше от Святого Таддеуса.

— Ой, да ладно тебе.

Ее тон изменился. Она смягчилась, пытаясь любезничать со мной.

— Это будет звучать более правдоподобно от местного жителя. Ты кажешься таким парнем, у которого могло бы быть несколько замечательных историй.

Потребовалось немалое самообладание, чтобы не ухмыльнуться. Я должен был отдать ей должное, она была настроена решительно.

— Правда? Как ты думаешь, какие истории я могу рассказать?

Я шагнул ближе, и на этот раз я не смог сдержать улыбку, когда ее сердцебиение участилось.

— Думаешь, я буду рассказывать истории о чудовищах в лесу? Безумные старики, которые думают, что они смогут воскресить Бога? Призраки давно умерших и бесконечно мучимых?

Она ловила каждое мое слово, широко раскрыв глаза, слегка приоткрыв сладкие губы.

— Что ж, куколка, мне жаль тебя разочаровывать, — мягко сказал я. — Но единственная хорошая история, которую я могу рассказать об этой старой церкви — это о последней парочке, которую я туда водил.

Она быстро заморгала.

— О… чём?

— Если тебя никогда не трахали, склонив над церковной кафедрой, когда один мужчина у тебя в заднице, а другой — во рту, я уверен, что женщина настоятельно советовала бы. Но если хочешь, я могу сам рассказать тебе эту историю в наглядных деталях.

Она быстро заморгала, ее мозг практически кипел, пока она обдумывала, как реагировать. Горячая и чертовски озабоченная, маленькая извращенка.

— Неужели? — тихо спросила она, и я был готов увидеть, как она взорвется. Вместо этого она самодовольно улыбнулась и сказала: — Рассказывай. Звучит как захватывающая история.

Я покачал головой. Черт возьми, то, что я хотел с ней сделать, было непристойно. Я шагнул немного ближе, бросая вызов собственному самоконтролю, когда наклонился и грубо прошептал:

— Я не рассказываю истории бесплатно, куколка.

Ее лицо дернулось, челюсти сжались.

— Да? И сколько стоит?

Я ухмыльнулся.

— Ты, стоящая на коленях, умоляющая засунуть мой член тебе в глотку.

Был краткий момент колебания, прежде чем отвращение исказило ее лицо, и в этот момент я увидел все, что мне было нужно. Несмотря на то, что она убрала свой телефон и посмотрела на меня с насмешкой, я чувствовал запах ее возбуждения.

— Отвали. Извращенец.

— Оу, я то думал, ты хотела услышать историю?

Она повернулась и потопала прочь, колыхая юбкой. Но желание было налицо. Потребность. Я не обязательно должен был ей нравиться, чтобы она хотела меня. Секс с ненавистью в любом случае был веселее. Чем больше эти бедные маленькие человечки презирали тебя, чем больше они ненавидели свое желание к тебе, тем больше они ломались, когда, наконец, сдавались.

— Эй, придурок, я не туристка! — она обернулась и закричала мне, сжав кулаки по бокам. — Я здесь родилась!

Она ушла, довольная тем, что последнее слово осталось за ней. Родилась здесь… интересно. Это было очень интересно. У нее была большая связь с этим проклятым маленьким городком, чем я думал. Для меня это не имело никакого реального значения, но опять же, мне было любопытно, почему близнецы Хэдли проявили к ней интерес.