Отпуск галактического размаха 2 (СИ) - Юлия Эллисон

хересов, а теперь еще и военных с политиками — не самое умное решение, не находишь?! — Самка резко остановилась, зло глядя в глаза и уперев мне в грудь ладонь.

— Слушай, дорогая. Ты серьезно думаешь, что мы тут все девять месяцев будем по кустам сидеть? — вмешался в разговор Марсель. — Я, конечно, понимаю тебя и твое негодование, сам бы убил за подобное, хоть и мужик. Но у рогатого сейчас от твоих истерик инфаркт случится. Он же явно себя винит за произошедшее. А его маленький компьютер — пока наше единственное средство связи, анализа и прочих благ.

— А, то есть ты собираешься вступить на путь правильной жизни, бросить своих баб, стать милым папашей с памперсом на голове и нежно возиться с ребенком ближайшие восемнадцать лет? — ласково и нежно пропела Лора, при этом вкладывая в свою интонацию большую долю сарказма и яда.

— Честно? Без понятия. Ну, если тебя это так пугает — сдай моей тётке. Она обрадуется. Да и не факт, что этот детёныш вообще выживет — мы только за сегодня испытали столько эмоциональных всплесков и всяких космических перегрузок, что любой креветке хана.

— Твоя тетка может лететь мимо на большом астероиде! — рявкнула Лора вновь просто зло и пошагала дальше. — Даже чтобы рядом ее не видела, иначе натравлю на нее Зэро, и плевать на все последствия!

— Определись уже, нужна тебе эта фасолина или нет. — Пират тяжело вздохнул и предусмотрительно отошел в сторону, делая вид, что высматривает что-то в чаще леса.

— А ты, жертва мелкой паразитки, осознаешь сам-то, что такое дети? — неожиданно устало посмотрела на меня девушка.

— Новый беспомощный член семейной ячейки, которого нужно растить около семи лет, пока он не сможет сам добывать ресурсы? — Пикси была слишком занята, чтоб подсказывать. — Или даже десяти?

— Угу. Ночью вставать, иногда по три раза, кормить, поить, слушать капризы, развлекать, играть, учить, заботиться… И какие там десять? Всю свою жизнь на это положить придется. Думаешь, когда дети вырастают, их потом пинком в открытый космос выкидывают? Нет. Так что это на всю жизнь теперь.

— Странно, что у людей запрещены взращивающие капсулы, — тяжело вздохнул я. — А почему всю жизнь? Ты же самостоятельна. Марсель тоже. А вы не достигли даже среднего для вашего вида возраста. Но с вами нет ваших производителей.

— Мои родители мертвы, у Марселя тоже. Вот и весь секрет. Так что пришлось самой все, самой. А так… может, сейчас и помогли бы они нам.

Девушка устало прислонилась к ближайшей пальме и тихо выдохнула, сползая на землю.

— Значит, чтоб детёныш стал самостоятельным, надо умереть? Иначе никак? Я… мне уже семь. Если погибну только я, это поможет? — Сердце снова сжалось от странных болезненных ощущений.

— Чтоб детеныш стал самостоятельным, надо им заниматься. А ты у нас жертва генного эксперимента и агрессивное создание по галактическим законам, Марсель племянник бешеной стервы — пиратки, а я… да хрен его знает, кто теперь я. У меня даже дома больше нет.

— Блин, Лора! Ты противоречишь сама себе, даже у меня мозги текут! — Марсель схватился за голову. — То ребенка надо всю жизнь растить. То заниматься им, чтобы стал самостоятельным. Это взаимоисключающие фразы, тебе не кажется? Ладно, давай закроем эту тему с воспитанием. Для начала нам надо просто выжить, а креветке надо не слиться во время нашего выживания.

— О, если бы он слился, я бы почувствовала, уж поверь мне. Хрен такое проходит бесследно для женского организма. Эх, до капсулы медицинской не добраться, походный медик и тот сдох…

— Ты до момента признания Зэро об эмбрионе даже не знала, — буркнул Марсель. — Хвостатый, пошли найдём еду. И какое-нибудь место для ночлега. Кажется, солнце начинает садиться.

— Правильно, валите! — Неожиданно снова стала злой Лора, выхватывая пригревшегося у меня на груди Марсика и начиная агрессивно его гладить. — Без вас всю жизнь справлялась, справлюсь и сейчас.

— Вот нафига ты ей о беременности сказал, баран мелкий? Она вся сразу в гормоны ушла. А не сказал бы, была б у нас адекватная баба. Не умеешь ты подбирать момент и ситуацию.

— Простите, — едва прошептал я, — Пикси беспокоилась, что детёныш потеряется.

— Потерялся бы, потом нового зачали. Не потерялся бы, сказали уже после спасения. На волне эйфории, может, ей бы это и зашло. А так… одни проблемы, хвостатый, одни проблемы. Причем у всех нас.

— Простите… — не зная куда себя девать, я постарался казаться как можно меньше, — я… не…

— Да идите вы уже, — немного спокойнее сказала девушка, удобнее усаживаясь на землю и прикрывая глаза. — Мне надо побыть одной и подумать. Не буду я специально избавляться от ребенка. И тетке, если что, отдавать тоже не буду. Просто так не вовремя это все. — Лора вздохнула и посмотрела на горизонт. — Я хотела детей, но не тогда, когда мы все в столь подвешенном состоянии. И не так внезапно. К тому же еще от агрессивной расы, от которой вообще не ясно, чего ожидать. Может, вы рождаетесь, выгрызая себе путь наружу, и мне заранее надо панихиду заказывать? Не зря же вас в капсулах растят. Все… все… — отмахнулась она, увидев глаза Марселя и снова прижимая к себе пискнувшего кота. — Не буду я больше истерить. Сейчас вот переварю и не буду. Но паразитку свою предупреди, что если еще что-то подобное хоть раз выкинет, я ее точно раздавлю. Особо жестоким образом. И плевать на всю ее полезность.

Глава 7. Усталый дракон – не злой

Если ваш дракон слишком устал, чтобы злиться,

радуйтесь. Это только к добру.

Марсель

— Не куксись, — я толкнул хвостатого в плечо, устало шагая по неизвестным джунглям, — поистерит, и пройдёт. Это ж баба.