Загадочное убийство - Майкл Бакли

В зале они смогли перевести дух.

— Вы не пострадали, мэм? — обратился Свинсон к Бесс.

— Мэм? Так обращаются к старухам, — ответила та, тяжело дыша. — Можешь называть меня Бесс, ковбой.

Свинсон зарделся.

— Нам нельзя здесь задерживаться, — напомнил им Канис.

— Мы не можем бежать, не забрав Пака! — крикнула Дафна.

Мистер Канис поставил девочек на пол.

— Учти, Свинсон, ты отвечаешь за миссис Гримм и девочек. Позаботься об их безопасности, — распорядился он. — Я только заберу мальчишку и догоню вас.

— Я с вами, — решила Сабрина. Мистер Канис покачал головой.

— Паку досталось по моей вине, мне его и спасать, — настаивала Сабрина, надеясь, что старик поймет: она не собирается спрашивать его разрешения.

— Не отставай! — бросил мистер Канис, снова ныряя в толпу.

Сабрина старалась не терять его из виду, проталкиваясь сквозь охваченных паникой вечножителей. На бегу она вытягивала шею, пытаясь высмотреть лекаря Паутинку, но того нигде не было видно. Должно быть, они с Паком находились в одной из комнат длинного коридора. Мистер Канис устремился прямо туда.

— Вдруг Пак здесь? — крикнула ему Сабрина, указывая на первую закрытую дверь, но, как она ни крутила ручку, замок не поддавался.

Тогда за дело взялся мистер Канис. Одного нажима его могучей лапы оказалось достаточно, чтобы ручка упала на пол, а дверь распахнулась. Но им не повезло, это оказался чулан со швабрами и какими-то бутылками. Сабрина бросилась к следующей двери, тоже запертой. Снова Канис сломал замок. На сей раз они обнаружили фею по имени Мотылек в обществе огромного фиолетового баклажана, покрытого зелеными прожилками. Столик, за которым она сидела, был уставлен настойками и порошками. При виде непрошеных гостей девочка-фея метнулась к баклажану, словно тот нуждался в ее защите.

— Как вы смеете врываться в мою комнату? — крикнула она.

— Где Пак? Нам надо уносить ноги. — Мистер Канис прикрыл дверь. — Титания сошла с ума, того и гляди, всех поубивает!

— Меня она не тронет.

— Потому что ты ей уже не достанешься, я первый с тобой разделаюсь! — прорычал Канис. — Где мальчишка?

Глаза девочки-феи расширились от страха, иона ткнула пальцем в баклажан:

— Он перед вами.

— Это Пак?! — недоверчиво переспросила Сабрина.

— Он в стадии кокона, пока у него заживают крылья, — объяснила Мотылек.

В следующее мгновение кто-то так сильно ударил в дверь, что та чуть не слетела с петель.

— Вот и Титания, — сказал мистер Канис.

— Как же мы отсюда выберемся? — простонала Сабрина.

Мистер Канис покружил по комнате, ища другой выход, но его не было. Сабрине показалось, что старик встревожен. Он стал увеличиваться в размерах, лицо всё больше походило на волчью морду: теперь его можно было принять и за знакомого ей мистера Каниса, и за волка, которого она боялась. Подскочив к стене, он ударил по ней огромной лапой. В стене появилась небольшая дырка. Он ударил еще раз, и дыра превратилась в пролом, через который можно было пролезть.

— Девочки, за мной! — скомандовал Канис.

Как ни боялась Сабрина его вида, чудовище, рвавшееся в комнату, внушало ей гораздо больше страха. Она подбежала к кокону и схватила его. Кокон оказался на удивление легким, зато запах от него шел невыносимый, как от заплесневевшего рассола.

— Ты тоже вечножитель? — испуганно спросила Каниса фея Мотылек.

— Он злой Серый Волк! — крикнула Сабрина.

— Убийца?! — ахнула девочка-фея. — Тогда я никуда с вами не пойду.

В следующую секунду дверь открылась. В проеме выросла Титания, злобно бившая крыльями. Издав львиный рык, она выстрелила в них огненной струей.

— Счастливо оставаться! — Сабрина еще крепче обхватила фиолетовый кокон и исчезла в проломе.

За ней последовал Канис. Туда же в отчаянии порхнула фея Мотылек, жужжа, как пчелка, своими прозрачными крылышками.

Они снова оказались в том самом парке, где Дафна впервые произнесла свое "тук-тук", из-за которого вся компания очутилась в "Золотом яйце". Никакой таверны не было и в помине, словно ее вовсе не существовало. Впрочем, где, как не там, Сабрина забыла свое пальто, без которого она теперь ежилась от холода? Девочка не отставала от Каниса, изо всех сил стараясь не поскользнуться. Из-за подвернутой на льду лодыжки она чуть не выронила кокон, то есть Пака. Фея Мотылек приземлилась в снег перед Сабриной и отняла у нее кокон.

— У тебя нет права прикасаться к целительному сосуду его высочества! — возмущенно отчеканила она.

— Тем лучше! Сама это нюхай!

Избавившись от неприятной ноши, Сабрина стала озираться. Где бы им спрятаться? Неожиданно сзади, откуда ни возьмись, появилась Титания. Она грозно снижалась и готовилась нанести удар.

Тогда мистер Канис прыгнул к фонарному столбу на дорожке парка и оторвал его от бетонного основания. Электрические провода лопнули, осыпав всё вокруг сверкающими искрами. Размахнувшись фонарем, как бейсбольной битой, Канис нанес царице чувствительный удар. Она шлепнулась на землю, и там, где она упала, разверзлась дымящаяся дыра. Канис ждал у края, когда Титания выползет, чтобы ударить снова.

К Сабрине подошли бабушка, Дафна, Свинсон и его новая подруга Бесс. У бабушки был немного встревоженный вид.

— Лучше поторопиться, — проговорила она.

— Не это ли я твержу целый день? — крикнула Сабрина.

Не успела она произнести эти слова, как из дыры с замогильным шипением появилась Титания.

— Какие будут предложения? — поинтересовался Канис.

Сабрина повернулась к Мотыльку:

— Куда теперь? Она, того и гляди, со всеми нами разделается.

— Только не со мной, — уточнила фея. — Ведь я принцесса.

Сабрина скривилась. Главное — выжить, подумала она, а уж тогда она задаст этой пигалице трепку!

Тем временем в небе появился эльф Горчичное Зерно со свитой. Они окружили Титанию и, обмотав ее длинными толстыми веревками, крепко скрутили, невзирая на сопротивление и крики царицы. После этого свита оттащила Титанию к тому месту, где прежде находилось "Золотое яйцо", и пропала в чреве таверны-невидимки.

Горчичное Зерно приземлился рядом с бабушкой Рельдой.

— Вам придется уехать отсюда, — сказал он. — Я заберу брата.

— Ишь, чего захотел! — фыркнула Сабрина. — Ничего не выйдет, Пак останется с нами.

— Я не собираюсь спорить с ребенком, — зло отрезал эльф Горчичное Зерно.

— Вот и не спорь. К твоей мамаше я его и на пушечный выстрел не подпущу.

— Ничего не понимаю! — Бабушка посмотрела на Сабрину. — Ты говоришь так, словно Пак с нами.

— Так и есть, — подтвердила Сабрина, указывая на кокон в руках у Мотылька.

— Разве это Пак? — удивилась Дафна, прикасаясь к фиолетовому кокону. На ее пальчиках осталась липкая слизь. — И правда, это точно Пак…

— Не беспокойся, Горчичное Зерно, как невеста Пака, я позабочусь о наследном принце, — заявила фея Мотылек.

— Невеста!.. — воскликнули все.

Горчичное Зерно долго обдумывал услышанное, взвешивал варианты, потом нехотя кивнул.

— Можете его забирать, — сказал он бабушке, — но с условием, если заберете и Мотылька и не станете их разлучать. Только не увозите Пака из города.

— Не обессудь, приятель, мы здесь ни за что не останемся! — заявила Сабрина.

— Не смейте покидать город! — повысил голос эльф Горчичное Зерно.

Бабушка Рельда согласно кивнула:

— Хорошо, мы останемся.

Эльф облегченно перевел дух.

— Мне пора к матери, — сказал он и полетел к таверне.

Мгновение — и он исчез из виду.

Бабушка поспешила увести всех из парка. Только когда от этого опасного места их отделяло несколько кварталов, она позволила себе остановиться и отдышаться.

— Надо побыстрее вернуться к машине и уехать отсюда, — предложила Сабрина, ежась от холода. — Пак с нами, причин оставаться нет. Если хоть немного промедлим, кто-нибудь обязательно пострадает.

Мистер Канис снял пиджак и укутал в него Сабрину, чтобы она согрелась. Дафна, на которой тоже не было теплой одежды, залезла под пиджак и обняла сестру.

— Я согласен с девочкой, — глухо сказал мистер Канис.

— Мы не можем уехать! — возразила Дафна. — Мы столкнулись с загадкой. Для ее решения может понадобиться наша помощь.

— Это еще одна причина, чтобы бежать без оглядки, — огрызнулась Сабрина.

— Дафна права, — сказала бабушка. — Лучше поселимся в гостинице. Мы все видели отметину у Оберона на груди. За этим убийством стоит "Алая Рука".

Прежде чем Сабрина нашлась с ответом, в небе снова послышалось жужжание, и рядом с Бесс приземлился Толстяк Тони.

— Я рад, что ты цела и невредима, Бесс, детка — сказал он.

— Ты здесь ни при чем, — отрезала она и, прильнув к Свинсону, чмокнула его в щеку. — Спасибо, ковбой, — проворковала она. — Как тебя зовут?