Путь паломника - Василий Тараруев

Дон Кихот подумал, что Петрович не соврал, и путешествовать в компании с такими людьми, безусловно, будет в самом деле очень интересно. Но сначала нужно разъяснить им некоторые моменты.

— Повторяю — произнёс Дон Кихот — Может прозвучит уже банально, но суть от этого не меняется. Когда мы окажемся за периметром, вы будете должны беспрекословно выполнять любые мои указания. Это не моя прихоть, это необходимое условие выживания. Если я скажу остановиться, нужно немедленно замереть, если я скажу лечь — сразу же падать, если скажу прыгать или ходить на руках, тоже выполнять без вопросов и рассуждений.

— Может не стоит так себе цену набивать, сталкер? — нахмурился Сотнич — Мы тут вообще-то не дети. Я в своё время и геологом на севере работал, и поучавствовать в боевых действиях тоже довелось. Кроме того, музыку заказываем мы.

— Зона потому так и называется, что она зона смерти, а не парк отдыха для праздных туристов! — отрубил Дон Кихот — У вас будет шанс уйти оттуда живыми, только тщательно выполняя то что я говорю. Речь идёт о жизни и смерти. Вы должны обещать, что будете меня слушаться, в противном случае я отказываюсь от этой затеи.

Сотнич собрался уже ответить что-то резкое, но тут вмешался Петрович.

— Сталкер прав. Неопытный человек без проводника в Зоне долго не проживёт, поэтому для всех вас будет лучше всё делать как он скажет. Надеюсь, никто не против того что возглавлять нашу маленькую экспедицию будет Дон Кихот?

Туристы ответили кивками, лишь Сотнич угрюмо засопел, но промолчал.

На этом вопрос о лидерстве был исчерпан. Правда, Дон Кихота всё ещё смущал необычный маршрут — до базы "Долга" за Свалкой. Обычно туристов водили где-нибудь на Кордоне, не слишком далеко от периметра, при этом загодя тщательно разведывали местность на предмет ловушек-аномалий, а заодно проводили зачистку от мутантов, разве что оставляли пару-другую слепых собак, чтоб господа туристы могли со скуки пострелять.

На снаряжении господа туристы не экономили: всю экспедицию одели в новенькие комбинезоны из особой ткани с покрытием, ослабляющим радиацию и защищающим от химических воздействий. По сравнению с латаным ОЗК Дон Кихота имел место явный прогресс. Комбинезоны дополнялись лёгкими, но прочными бронежилетами. Дон Кихот не знал, выдержат ли они автоматную пулю, но от пистолетных пуль они защищали надёжно. Бронежилет Дон Кихот оценил тоже, правда потёртую брезентовую куртку и десантный разгрузочный жилет он всё же оставил. На ноги вместо старых берцев Дон Кихот получил удобные натовские ботинки. Вдобавок у каждого участника рейда был спецназовский ранец-рюкзак грязно-серого цвета с армейским сухпайком и множеством полезных в походе вещиц. Лица туристов были полускрыты лёгкими масками-респираторами, которые с помощью дополнительных приспособлений можно было превратить в полноценные противогазы, а в рюкзаках на всякий случай хранились запасные фильтры. Вооружились туристы новенькими "Абаканами" и пистолетами "бердыш", но Дон Кихот оставил себе старый верный АКМ.

Дон Кихот сначала опасался, что непривычные к оружию туристы окажутся в Зоне совсем как беспомощные младенцы, но ознакомившись с биографиями подопечных, вздохнул с некоторым облегчением. Сотнич в молодости прошел одну из войн на Кавказе, Гарев воевал добровольцем на Балканах и где-то в Африке, Вершинин часто делал репортажи в горячих точках, и доводилось участвовать в отражении атак сепаратистов на расположения правительственных войск. Тревогу внушал только Никольский, но по словам учёного, перед походом в Зону он много упражнялся в тире.

Когда группа преодолела пологий холм, поросший серой травой, Дон Кихот сделал знак остановиться. Напряжённо глядя по сторонам, сталкер вытащил из кармана гайку с привязанной к ней полоской материи.

— Сейчас гайки будем бросать? — улыбнулся Вершинин — Как в том старом советском фильме.

— Ещё была повесть двух братьев-фантастов — сказал Никольский — Только запамятовал название…

— Это ж классика фантастики! — желчно произнёс Гарев — Ну вы даёте. А ещё учёный.

Дон Кихоту весёлое настроение спутников не понравилось. Конечно, до сих пор ведь на пути не встретилось ни аномалии путной, ни слепой псины завалящей, вот господа туристы и расслабились. Не могут понять, что здесь смерть может притаиться повсюду и беспечость совершенно недопустима. Взвесив гайку в ладони, Дон Кихот стал примериваться, куда её лучше бросить. Интуиция говорила ему, что лёгкая дорога кончилась и сейчас начнутся настоящие трудности.

— И где эти опасные аномалии? — вновь послышался голос Сотнича, в котором уже звучали издевательские нотки. Дон Кихот почувствовал злость: такого поведения здесь он не потерпит. Сталкер уже повернулся, чтоб сказать спутнику пару ласковых…

— Стоять! — заорал Дон Кихот, видя что Сотнич уже отошёл на метр и занёс ногу для нового шага.

Сотнич замер на месте, недоуменно оглянувшись на сталкера. Дон Кихот молча швырнул гайку в то место, куда уже собирался шагнуть Сотнич.

Над травой сверкнула фиолетовая вспышка, и гайка упала на землю уже кусочком оплавленного металла. Сотнич с ужасом проводил его взглядом.

Дон Кихот метнул ещё гайку метром правее. Снова полыхнуло фиолетовым, полоска ткани, привязанная к гайке, мгновенно сгорела.

— Что это было? — пробормотал Гарев.

— "Сиреневая вспышка" ответил сталкер — Аномалия, которая убивает разрядом непонятной энергии, вроде электрической. Ну, что я вам объясняю, "Записки" Никонова наверное все читали, там эта штука подробно описана. Есть ещё похожая на неё аномалия "электра", убивающая разрядом высоковольтного тока, но её можно визуально определять.

Туристы молчали, со страхом озираясь по сторонам. Только сейчас до них стало доходить, что такая невидимая "вспышка" может оказаться в любом месте такого казалось бы безмятежного пространства вокруг.

— Думаю, теперь всем всё понятно и в дальнейшем разногласий у нас не возникнет — резюмировал сталкер, бросая очередную гайку. Она пролетела метра четыре, волоча за собой трепещущий бинт, и упала в траву без каких-либо видимых возмущений окружающей среды. Значит, отрезок пути на этом направлении был чист.

— Идём дальше — скомандовал Дон Кихот.

Откровенные разговоры

Аномалии попадались всё чаще, по мере того как группа всё дальше и дальше углублялась в Зону. Дон Кихот определял их с помощью всё тех же гаек и камушков, или же карманным детектором. Правда, многие ловушки его наметанный глаз распознавал чисто визуально, по характерным признакам вроде примятой идеальным кругом травы, или трупикам крыс и ворон, пожалуй единственных представителей фауны Зоны, не подвергшихся мутациям.

Несколько ловушек, вроде "жарки" и "чёртовой плеши" Дон Кихот продемонстрировал туристам специально, швыряя в них для пущей наглядности консервные банки и крупные камни. Кажется, впечатление произвести удалось.

— Это ещё цветочки — сказал Дон Кихот своим подопечным — В глубинных районах Зоны есть места где проползти метр — уже подвиг. Осторожно выверяешь каждый шаг, бросая гайки, и напряжённо вслушиваясь, не запищит ли дозиметр. И аномалии там не в пример страшнее: "мясорубка", "секира", "изнанка", "душила", кислотные туманы всякие и прочие милые штучки. Ну и конечно, мутанты, куда ж без них.

— А скоро мы увидим кровососа? — спросил Никольский.

— Во-первых, с кровососом встретиться рискнёт не каждый опытный сталкер. Во-вторых, в "предбаннике" кровососы не водятся, разве что изредка какой случайно забредёт. Их надо искать дальше — на Агропроме, на Дикой территории, на "Ростоке". Встречаются и в Тёмной долине, а на Милитари их вообще полно. Кровосос любит темноту и сырость, поэтому селятся обычно в подземельях и в заброшенных деревнях. В общем, здесь мы кровососа вряд ли встретим, тут обычно ошивается всякая мелочь вроде слепых собак.

Путь продолжался. Ещё пару раз брошенные гайки выявили "электру". Мачту ЛЭП, заросшую "рыжим волосом", отряд обошёл по широкой дуге. Что там была за аномалия, осталось невыясненным, но в десяти метрах от старой металлоконструкции детектор запищал как сумасшедший, мигая красным огоньком.

Вдали показалась небольшая стая слепых псов, но атаковать мутанты не решились. Дон Кихот на всякий случай пару раз пальнул в их сторону одиночными, обратив в бегство. Слепая собака — один из наименее опасных мутантов Зоны, они нападают лишь при большом численном перевесе или когда очень голодны. Гораздо опаснее чернобыльский кабан — этот не боится ничего и прёт напролом. Из автомата тушу размером с небольшого гиппопотама остановить достаточно сложно. Но к счастью, кабаны пока не попадались.

На пути лежало шоссе с неплохо сохранившимся асфальтовым покрытием. Уже много лет его не касалось колесо никакого транспорта — несмотря на обманчивую ровность асфальта, на котором даже трещин почти не было, старая автострада представляла собой многокилометровую полосу смертельных ловушек. Попытка использовать шоссе по прямому назначению в своё время дорого обошлась военным, и мрачным памятником этому служила навсегда остановившаяся в полусотне метров впереди колонна покорёженного транспорта: раздавленная посередине БМП, два брошенных армейских грузовика ЗИЛ-131 с раскрытыми настежь дверцам, развернутый перпендикулярно обочине вездеход МТЛБ, словно взорванный изнутри, и расплющенный неведомой силой БРДМ. Возле задних колёс одного из грузовиков злорадно скалил зубы сидящий скелет в полуистлевшей военной форме, рядом валялся ржавый автомат. Рядом с вспучившейся коробкой вездехода белели кости ещё троих погибших. Дон Кихот с некоторым удовлетворением отметил про себя, что туристы давно перестали ёрничать насчёт Зоны, и вести себя как на прогулке в городском парке.