Хорошая девочка (СИ) - Юлия Резник

— Пусти! Придурок! Больной…

Язык врывается в рот. Зубы прихватывают губы. Меня окутывает жаром его накачанного тела и вкусным ароматом туалетной воды. Захлебываясь от возмущения и собственной странной реакции, мычу ему в рот.

— З-зачем?

— Чтоб сравнила, — рычит Бекетов. — Ну, что? Сопляк целовал тебя так? — кусает скулу, прихватывает ключицу. Я открываю и закрываю рот, лепеча бессвязное:

— Т-ты… Да ты….

— Мам! Мама… Сергей… хм… Михалыч? У вас всё в порядке?

— Что он несет? Мама? Это у вас игры такие? Ты что, совсем извращенка? — моргает Бекетов, медленно от меня отстраняясь. Стиснув кулаки, мстительно наблюдаю за тем, как до этого тугодума доходит. — Или… Ты реально… мама?! Это что, твой сын, я не пойму?

— Ну, наконец-то! Дошло.

— Мам? — Давид переводит взгляд с меня на Бекетова. С Бекетова — на меня, а меня ведь немного колотит. И это видно. Дава напрягается, подбирается весь, становясь, кажется, еще больше. Берет меня за руку и оттесняет себе за спину. — Все нормально?

— Угу. Небольшое недоразумение, — лепечу из-за его плеча.

— Это твоя мать? — моргает Бекетов.

— Моя мама.

— Так… — тестостероновый мудозвон проводит лапищей по бритой башке. — Тогда с кем я сцепился в школе?

— С бабушкой, — неохотно поясняет Давид. — Она немного мнительная.

Бекетов отрывисто кивает. Просовывает руку в задний карман и, качнувшись с пяток на носки, бормочет:

— Во сколько же ты его родила?

— Мам… — Дава теряется, не понимая, как ему реагировать. С одной стороны, думаю, он чувствует исходящее от меня напряжение. С другой, ему трудно поверить, что человек, являющийся его кумиром, может как-то меня обидеть.

— Какое это имеет значение?

— Типа ты старая, получается? Все-таки пластика?

— Мам, он о чем? — окончательно офигевает Давид. Ко мне же возвращается хорошее настроение. Нет, этот мужик просто неподражаем. Господи… Закусываю губу, чтобы не засмеяться, и неожиданно остро ощущаю во рту чужой непривычный вкус.

— Мне тридцать один, Сергей Михайлович. Я ответила на все ваши вопросы? У сына режим, знаете ли, и мы бы очень хотели успеть поужинать.

— Да, конечно. Черт… Вот я идиот.

— Просто очередное недоразумение. Бывает.

— Что-то много их. Недоразумений.

— Главное, что все живы. Признаться, в какой-то момент у меня возникли сомнения на этот счет.

Лицо Бекетова вытягивается. А я вдруг понимаю, что мне ужасно нравится его троллить. Наверное, я все-таки страшная женщина. Ведь над убогими и больными грешно смеяться.

— Издеваешься?

А может, он не так уж и глуп. Понял ведь, что я над ним в открытую насмехаюсь.

— Ни в коем случае. Я оценила то, с каким отчаянием вы бросились отстаивать Давину честь.

— Мою честь?

Наконец, сообразив, что происходит, сынок громко фыркает.

— Пойдем, ты хотел меня угостить ужином.

— Да. Было дело.

Разворачиваемся, беру сына под руку:

— Только после такого стресса даже не мечтай, что я стану экономить.

— Что ж… — подыгрывает мне Давид. — Тогда остается надеяться, что на моих призовых экономить не будут тоже.

— Ты их сначала заслужи! — бурчит Бекетов. Мы с Давидом переглядываемся. Всю дорогу до кафе я с большим трудом борюсь с улыбкой. А потом вдруг понимаю, что наша ситуация может оказаться не такой уж смешной.

— Подожди здесь.

Бросаю сына посреди дорожки и бегом возвращаюсь к парковке.

— Сергей… Михайлович.

Бекетов замирает у огромного внедорожника. Оборачивается:

— Да?

— У Давида ведь не будет проблем?

— Каких проблем?

— Я не знаю, — теряюсь. — Из-за нашего недопонимания.

— За кого ты меня держишь? — сощуривается чемпион.

— Ни за кого. Я просто должна была удостовериться, что случившееся не отразится на спортивной карьере моего сына.

— А если отразится, то что? Ты, наконец, перестанешь ломаться?

ГЛАВА 6

И вот тогда она мне зарядила. Кто бы мог подумать, что у такой малышки настолько тяжелая рука. Включаю свет в салоне. Вытягиваю шею, чтобы лучше разглядеть свою физиономию. Кожа реально горит от удара. Что заслужил, как говорится. Растираю заросшую щеку. Это какой-то рок — выставлять себя перед ней идиотом. Ну, вот на хера я ляпнул это «Ты, наконец, перестанешь ломаться?»… Кто меня за язык дергал? Ведь если так разобраться, кроме прочего, она привлекает меня именно своей неприступностью. Даже вспомнить не могу, когда мне приходилось прикладывать хоть малейшие усилия, чтобы с кем-нибудь замутить. Как-то оно само в руки шло. А тут ни в какую. Наверное, теряю хватку, если уж тридцатиоднолетняя разведенка воротит от меня нос.

У меня вообще были такие старухи?

По любому пластика там. По любому. Неудивительно, что я ее спутал с Мадиной. Эти бабы — как под нож лягут, так все на одно лицо становятся. Только этой чуть больше повезло с хирургом.

Но зацепила, тут даже врать не буду. Мордашкой, да. Телом. Странной незнакомой мне теплотой, которая достигает каких-то совершенно запредельных значений, когда она рядом с сыном. Если не уподобляться мне, дураку, и не придумывать ничего лишнего, со стороны на них смотреть довольно приятно. Хоть сейчас выставляй на конкурс «мать года». Да и пацан тоже молодец. Вон как заступался. Надо к нему присмотреться внимательнее.

Завожу мотор и тянусь к телефону. Не может такого быть, чтобы со страницы кофейни Сара не засветила личную. Я и в самом деле ее нахожу, чуть открутив назад ленту. В профиле Сары куча фотографий. На любой вкус. Тут и тортики невероятной красоты, и изображения ее, любимой, но больше всего их фото с Давидом. А вот папочки пацана ни на одной фотографии нет. Как и упоминания о нем. Что мне нравится.

Удивительно, как много могут рассказать соцсети о своих владельцах. Буквально через полчаса подробного изучения у меня на руках куча информации о Саре. Что ж, значит, пришла пора активных действий. От меня еще никто не уходил. Я же, блин, победитель по жизни.

Подписываюсь — пусть видит, что я за ней слежу, и с чистой совестью закрываю ее страницу. Следом открываю личку. Как всегда, здесь куча непросмотренных сообщений, содержание которых так и останется для меня тайной, ведь большинство из этих ребят я даже ни разу не видел. Это всего лишь фанаты. Прокручиваю ленту, выискивая мордашку посмазливее. Открываю один профиль — нет, ноги кривые. Другой — ничего так, но можно и лучше. Третий — да, это, пожалуй, то, что нужно. Не глядя, что там она мне писала, строчу:

«Детка, как насчет встречи? У меня есть час свободного времени».

«Вау! Да! Конечно. Я в Метелице. Тебе будет удобно?»

Вот! Вот, кое-кому стоит поучиться, как надо правильно реагировать на внимание мужиков