Навсегда ты - Стефани Роуз

— Трахаться?! — Лукас отскочил, будто я ударила его. — Значит, это так выглядит в твоих глазах? Просто траханье? Я забочусь о тебе, и думал, ты знаешь это. Понимаю, наша ситуация далека от идеальной, и я не могу быть с тобой открыто, как того хочу, но прошлая ночь не была ошибкой и «траханьем», по крайней мере, для меня! — за считанные секунды Лукас перешел от раздраженного состояния к разъяренному.

Повернувшись, он сел и начал вставать с кровати. Я быстро вскочила и обняла его сзади.

— Мне очень жаль, пожалуйста, не сердись. Просто я не знаю, как к этому относиться. Прости меня, пожалуйста. Для меня это тоже не было просто «траханьем», клянусь.

Я начала целовать его в щеку и за ухом, продвигаясь вдоль шеи вниз. Скользнув рукой по его красивой груди, я прошлась по кубикам пресса и обернула свои пальцы вокруг длинного жесткого члена, который являлся причиной того, что через несколько часов я буду смешно идти к метро. Напряжение оставило его плечи, и он застонал. Я развернула его обратно. Повернувшись, Лукас положил ладонь на мою щеку и поднял лицо таким образом, чтобы я посмотрела на него.

— Знаю, и не хочу ни к чему тебя принуждать. Но, Иисусе, как подумаю о том, что ты спишь с ним в одной постели…

Лукас провел пальцами по волосам, опустив голову. Выражение, которое появилось у него на лице, растопило мои внутренности. Я не могла точно сказать, что это. Боль? Тоска? Неужели я так сильно запала ему в сердце? Я? Мне довольно трудно осмыслить все случившееся за последние двенадцать часов.

Я не могла удержаться от смеха.

— У меня для тебя хорошие новости. Ничего, кроме сна, я не делала в своей постели уже очень и очень долгое время, так что можешь быть спокойным.

Лукас приложил палец к моим губам, покачав головой.

— Не хочу сейчас думать об этом. Когда солнце встанет, мы подумаем, как быть и что делать. Но прямо сейчас…

Он передвинулся и оказался на мне, глядя прямо в глаза. Хорошо, что я лежала внизу, потому что мои колени превратились в желе.

— Прямо сейчас ты моя. И для меня больше ничего не имеет значения, кроме того, как красиво ты выглядишь, когда кончаешь.

Милый Боже. Этот человек убивает меня. Медленно, но настойчиво он поцеловал меня и провел руками вверх и вниз по моему телу. Опуская свои губы все ниже и ниже от моей шеи к груди, он провел языком вокруг одного из моих сосков. Я застонала, потянув его за волосы, и мои глаза закатились от удовольствия. Лукас точно знал, как нужно ко мне прикасаться, знал, в чем нуждается мое тело, и каждая его ласка была лучше предыдущей. Остановившись, он посмотрел мне в глаза и провел большим пальцем по моим губам. Возможно, впервые в жизни я почувствовала себя человеком, которому поклоняются. Потянувшись к ящику тумбочки, чтобы вытащить презерватив, Лукас быстро разорвал обертку и раскатал его на себе. После этого он забрался на меня и провел пальцами по волосам.

— Ты чертовски прекрасна и даже не представляешь, насколько, не так ли?

Прежде, чем я успела ответить, он закрыл мне рот поцелуем. Одним толчком он вошел в меня, проникая все глубже и глубже. Я приподняла бедра в такт его движениям. Секс с Лукасом вызывал привыкание как после наркотиков, и это всего за одну ночь. Если бы это зависело только от меня, то я бы никогда не покидала кровать.

Я молилась, чтобы семь часов утра никогда не наступило.

Глава 7

Лукас

Было уже семь часов. Сэм собиралась уехать в это время, но мне не хотелось ее будить. Она обвила меня своими худенькими руками вокруг талии, а ее голова лежала на моем животе. Уткнувшись в меня носом, она запечатлела мягкий поцелуй на моей груди, прежде чем мило простонала. Я не был уверен, что она проснулась, поэтому ничего не сказал. У меня сдавило в груди, когда я изучал ее лицо и нежно гладил длинные шелковистые волосы. Во сне она выглядит такой умиротворенной и красивой. Она так чертовски прекрасна! Как можно было позволить ей уйти?

Задолго до того, как у нас начался этот сумасшедший марафон, который длится уже несколько месяцев, я понял, что у нас не так уж много времени. И единственное, чего я боялся, — это то, что Сэм оставит меня и вернется к своему мужу. Следующие пять минут я делал вид, что Марка не существовало. Были только я и Сэм. Утреннее солнце, просочившееся через мое окно, напомнило мне, что наше время заканчивалось, и не нужно медлить.

— Лукас? Который час? — голос Сэм был хриплым, когда она проснулась.

Я надеялся, что она не рассердится из-за того, что я позволил ей поспать.

— Семь, — прошептал я ей в волосы, целуя в макушку.

Пока она находилась рядом со мной, я обманывал себя, думая, что она моя. Я мог прикасаться к ней, целовать ее и делать все, что захочу.

Медленно оттолкнувшись от моей груди, Сэм протерла глаза. Наполовину сонная, она, скорее всего, не поняла, что была голой, так как она не натянула одеяло, чтобы прикрыться, когда садилась. Все, о чем я мог думать в данный момент, — это то, как я провожу своим языком вокруг ее светло-розового соска, чувствуя, что ее тело извивается подо мной, как это повторялось прошлой ночью снова и снова. За эти несколько часов я хорошо познакомился с каждым дюймом ее замечательного тела, прежде чем мы, наконец, уснули, и от этих воспоминаний мой член сразу пришел в боевую готовность.

Когда Сэм осмотрела себя, волшебный румянец залил ее щеки, и она хихикнула. Несмотря на то, что прошлая ночь, возможно, была неправильной, оставшиеся после нее ощущения были невероятными. Я знал, Сэм тоже это почувствовала. Еще ни с кем у меня не было такой связи, как с ней.

— Мне надо идти, — вздохнув, она встала с кровати.

Она начала собирать свою одежду, разбросанную по всему полу, но при этом оставаясь абсолютно голой. Это просто убивало меня. Я кивнул, но взгляд в сторону не отвел.

Я схватил свои джинсы, которые каким-то образом оказались на спинке кровати после ночи, и скользнул в них. Пока я убирал кровать, Сэм уже полностью оделась и надевала свою куртку.

— Лучше я отправлюсь домой, — наградив меня печальной улыбкой, она опустила свой взгляд и стала изучать пол.

Я ожидал, что она выбежит отсюда, но был удивлен, когда увидел ее заминку.

— Я провожу тебя вниз, — она все еще оставалась в моей квартире — до сих пор моя, и я взял ее за руку, потянув по внутренней лестнице к двери.

Мы смотрели друг на друга в течение долгой минуты. Не представляю, как же я раньше жил без нее, и как, черт возьми, должен делать это сейчас? Раньше мне трудно было ответить на вопрос: «Каким удивительным образом мы сможем быть вместе?». Но теперь я знал ответ. Боже, я знал. Я так хотел ее — всю ее. Хотел, чтобы она ушла от Марка, и, наконец, осознала, что заслуживает лучшее, чем этот мудак. Я бы относился к ней как к принцессе, и она ни в чем бы не нуждалась. Останься со мной, Сэм. Отчаянные мысли громко звучали в моей голове.