Опасная затея - Вайолетт Лайонз

— А, по-моему, именно такой человек и нужен нам. Послушай, Стефи, этот маньяк ломает тебе жизнь, превращает твое существование в кошмар. Мне кажется, что настало время поступить с ним так же, как он с тобой: ответить ударом на удар.

— Но именно это и пугает меня. Отвечая ударом на удар, мы затеем драку, вместо того чтобы остановить преследование. В конце концов, что мы знаем об этом Алексе Хингисе, кроме того, что он какой-то там охранник?

— Да. Мы ничего не знаем о нем как о личности, — согласился Джефри. — Но Хингис — больше, чем просто охранник. Как я уже сказал, он профессионал высокого класса, основанная им компания имеет мировую известность и пользуется хорошей репутацией. И Алекс делает это не ради денег. Стефи... они ему не нужны.

— Но мне казалось...

— Что он простой охранник? Нет, совсем нет, он босс. Он мог бы переложить все на плечи своих подчиненных, но он вникает в каждое дело, которое ведет его компания. И нам повезло, что он обратил на случай с тобой особое внимание.

Неужели только что услышанное изменит ее отношение к Алексу? — подумала Стефани. Во всяком случае, теперь понятны надменность и желание повелевать, которые, казалось, пронизывают каждую клеточку его тела. Хотя все же очевидно, что это свойство натуры: надменность и безжалостность так и проступают сквозь тонкую оболочку цивилизованности.

— Вообще-то, он сам напросился к нам домой...

— Алекс напросился?.. Но, кажется, он говорил, что ты сам пригласил его? — поразилась Стефани.

— Ты, наверное, что-то не так поняла, дорогая. Это была его идея, — пожал плечами отец.

Услышав звук подъехавшей машины, Джефри поднялся из-за стола и посмотрел сквозь неплотно задернутую штору.

В тревоге Стефани наблюдала за отцом, пальцы девушки нервно сжимали чашку с кофе.

 — Все в порядке, это — Александр, — успокаивающе сказал Джефри. — Ну, перестань, милая, не делай такое испуганное лицо. Помни, он на нашей стороне.

Видимо, это должно ее успокоить, думала Стефани, в то время как отец вышел открыть дверь, но никак не могла понять, почему ей не по себе. Проявив минутную слабость, она обратилась к Хингису и молила помочь ей, но это совсем не значило, что ей по душе его методы.

Вчера он проверил каждый закуток в доме и саду с такой тщательностью, что даже ей подобное внимание показалось чрезмерным, затем дал ей и отцу огромное количество распоряжений.

Очнувшись от размышлений о мужчине, буквально ворвавшемся в их с отцом жизнь, Стефани с запозданием поняла, что вышла к завтраку в ночной рубашке, в едва накинутым поверх коротким халатиком.. Таким образом, она вряд ли была готова к встрече с малознакомым человеком, совсем ни к чему создавать у него неправильное впечатление о себе.

В конце концов, Александр Хингис — совершенно ей неизвестен. Она не знает о нем ничего, так же как и о своем мучителе, называющим себя Сэм, и при обычных обстоятельствах она ни за что бы не позволила такому человеку, как Алекс, так нахально лезть в ее дела.

 — Заходите, Алекс, уверен, чашка кофе вам не повредит, — услышала Стефани приветливый голос отца.

Ясно, Джефри неведомы ее сомнения... Очевидно, ни один человек — даже ее любимый отец — не мог бы понять, что значит бояться каждой тени и любого шороха, трепетать при виде каждого мужчины и терзаться мыслью: он это или не он.

 — Это Алекс, дорогая, — торжественно объявил Джефри.

Молодой человек вошел в комнату следом. Помещение как-то сразу уменьшилось в размерах.

 — Какая приятная встреча, — ехидно пробормотала Стефани.

Что ж, раз он так рано заявился, пусть наблюдает ее в неглиже. Не заниматься же ей туалетом с утра пораньше в ожидании дорогого гостя. Она даже не успела причесаться, вспомнила Стефани, заметив на себе пристальный взгляд аквамариновых глаз великана.

 — Вы еще не одеты! — заявил Алекс, даже не поздоровавшись, и Стефани неприятно задела резкость его тона.

От некоторой ее застенчивости не осталось и следа, в ней вспыхнула злость. Неужели он неправильно истолковал ее слишком фривольный вид?

Но здесь она ошибалась. В холодном взгляде Хингиса скользящем по ее фигуре, не было и намека на сексуальный интерес. В глазах Александра горело явное презрение, отчего Стефани заскрежетала зубами.

 — Да, я не одета, но нам с папой и в голову не могло прийти, что вы появитесь здесь с рассветом...

Стефани осеклась, внимательнее осмотрев раннего гостя. На Алексе была черная майка с короткими рукавами и черные джинсы, плотно облегающие его мощную фигуру. Внезапно у Стефани пересохло во рту. Этот человек показался ей неотразимым, его сексуальная привлекательность была столь очевидна, что Стефани ощутила, будто ей нанесли сильнейший удар.

— Я же сказал вчера, что утром появлюсь у вас — Алекс бросил взгляд на часы, стоящие на камине, стрелки показывали начало девятого. — Я уже два часа, как поднялся.

— И полагаю, пробежали трусцой двенадцать миль, сделали сто отжиманий и позавтракали обезжиренной пищей? Конечно, только после того как побрились и приняли душ?

— Да, что-то вроде этого. — Улыбка осветила лицо великана: его грубые черты внезапно стали мягче, в аквамариновых глазах вспыхнул теплый свет. — Вообще-то, я сегодня утром плавал, а не бегал, но в остальном вы абсолютно правы.

— Прекрасно, вы, конечно, само совершенство, но позвольте хотя бы нам, простым смертным, иметь человеческие слабости. Видите ли, я не способна, едва встав с теплой постели, бросаться в холодный бассейн, и потом, у меня сейчас отпуск и я дома...

— Дома у отца, где вы прячетесь от угрожающего вам маньяка, — уточнил Алекс. Холодность его тона делала сказанные им слова пугающими. — Вам разумнее было бы поскорее одеться и приготовиться к любым неожиданностям, чем препираться.

— Я не препираюсь, — заявила девушка.

— Нет?

Алекс вновь оглядел ее с ног до головы. Теперь в его взгляде что-то изменилось. В глазах явно читалась похоть.

Поежившись, Стефани попыталась плотнее закутаться в тонкий пеньюар, хотя и отдавала себе отчет, что это бесполезно.

— Нет? — повторил Алекс, поднимая бровь в ехидной насмешке над ее безуспешными попытками прикрыть полупрозрачной тканью свою наготу. — С того места, где я стою, мне видно, что кусок материала, в который вы пытаетесь закутаться, не скроет ничего, а лишь вызовет к жизни эротические фантазии у любого мало-мальски уважающего себя мужчины. И уж поверьте мне, ваш приятель Сэм в такой ситуации не растерялся бы.

— А вам не кажется, что вы преувеличиваете серьезность положения? — запротестовала Стефани. — Я хочу сказать...