Ангел (СИ) - Ла Рок

«Йя-йя! Бом-бом-ба, бомба я!» — вспоминаю танец девушек в прикольных нарядах. Чёрное и розовое? Что за дикое название! Очередная чушь возникла в отбитых мозгах. Хотя…

Точняк! Распевать про взрывные устройства в аэропорту! Я тоже могу энергично улюлюкать! И водить хоровод вокруг скамеек зала ожидания! Зашибись будет! Бомба я! Офигеют все! Особенно злые дядьки из охраны, которые задержат до выяснения, а я пропущу самолёт…

— Мианхэ-э… — выдал чудик.

(Мианхэ [미안해] — Виноват.)

Направленный удар спиртовой отрыжки добил слева, вышибая из страны грёз. Глаза щиплет! Быстро моргая ресницами, я пытаюсь унять слёзы, текущие от газовой атаки.

— Ккочжо! — отвечаю нервно.

(Ккочжо [꺼져] — Fuck off. Иди на…)

Вот и ругательства пригодились. Пусть чудик будет понятливый и свалит! Разве, я много прошу? Укол головной боли заставил хмурить брови, а парень смотрит обдолбанными глазами. На словах, до него решительно не доходит? Не хочет он топать в далёкое пешее! А может, дело в неправильном произношении?

— Ксо, — досадно цыкаю.

Ну и подавись! Я неохотно поднимаюсь. Хочу пересесть как можно дальше, пока не случилось непоправимое, но что-то мешает. Чужая конечность держит мой рукав и тянет обратно.

Это он зря. Настойчивому подтягиванию я не сопротивляюсь и тушка падает на скамейку. Пьянящая физиономия летит навстречу, занимая всё поле зрения.

Клац! Звонко щёлкает сталь, опасно близко от вздрогнувшего носа. А теперь доходчиво?! Фарэры съехали вниз и мой широко раскрытый глаз сверкает над тёмными стёклами.

Уже предвкушаю дальнейшую потеху! Лихая радость пробила контроль. Начнём наше безумное веселье! Куда он скользит?!

Парень торопливо разорвал возникшую близость и двинулся к краю скамейки. Но легко сбежать у него не выйдет! Подошва кеда печатает дорогой ботинок.

Бодрячком! Сильный удар отдавил пальцы и держит ногу соседа, внезапная стимуляция ускорила пьяный организм. А вот и край скамейки! Гравитация работает на меня и довершает начатое, стаскивая парнишку вниз.

Нехило он жопой врезался! Любуюсь, как стильная куртка подметает пол. На смазливом лице вижу крайнее изумление. Встречный взгляд был диким и раньше, но сейчас глаза действительно ошалелые.

Капец чудику! Очумелая пантомима меня безумно веселит! И это плохо. Для него! Он даже не представляет с кем связался…

— Ха!… — вскрик радости не удержать.

Кольца зажимают губы и душат громкий смех. Я настойчиво запихиваю сумасшедший хохот обратно! И нереально жажду дальнейшей забавы!

План. Цель. Время. Возьми себя в руки и не светись! Меня отрезвляет напоминание, про гостеприимные стены местного изолятора.

Людоедский оскал скрылся, максимальные усилия дергают губы, но мне удалось вернуть маску пристойности. Кеды взлетели и отпустили забавного чудика, возвратное движение ног посылает тушку вперёд. Я покидаю просторную скамейку.

Верчу головой и оцениваю пути отхода. Вижу интересное место, рядом с пожилой кореянкой. Она сама предложила обращаться, если будут сложности, а неприятности, вот они.

Как вариант, сойдет! Отхожу к приставному ряду за знакомой тёткой, та задумчиво кивнула и смотрит мне за спину. Что происходит? Неужели мой визави так быстро очухался?

Упав на скамейку, я оборачиваюсь. Какой настырный клиент попался! Чудик нереально прыткий! Ковыляет решительно и дистанцию сокращает, зараза! А ещё ушибленный корчит сердитые рожицы.

Парочка, сидящая впереди, тоже изучает хромающее недоразумение. Парня смущает пристальное внимание тётки и он притормаживает.

Ловлю уже не столь гневный взгляд чудика и вызывающе улыбаюсь. Вижу, как сердитое лицо приобретает здоровый румянец. Контроль опять сорвало и я гордо показываю язык.

Ох, что будет! Давай!

Моя оборона не дремлет: тётка выпрямила спину и переходит в боевое положение. Краснеющего парня отвлекает решительная поза и он скисает, виновато опуская взгляд.

Ну… Я так не играю. И всё?

— Айщ-щ… — шипит чудик.

Запал остался? Я мелко киваю. Продолжим?!

Парнишка глянул многообещающе и отступил, хромая отдавленной ногой. Доходяга шагает к потоку людей, спешащих по галерее.

— Этот молодой человек, знакомый? — уточнила тётка.

Пожилая кореянка крутанулась слишком резво! Я еле успеваю плотно сжать губы. Больно! Настигает меня очередная несправедливость. Твою ж…

— Впервые вишу, — шепелявлю прикушенным языком, — неадекватных в аэропорт штали пушкать! — сердито негодую и важно киваю: — Бешумный мир, бешумный мир…

Тётка строго смотрит из-под зелени козырька. Похоже, её удивляет дефект речи! Слишком внимательный взгляд меня нервирует. Она же не думает, что я над ней издеваюсь?! Пора линять!

— Комавоё, — запальчиво поблагодарив, быстро отворачиваюсь: — Я немного отдохну!

Потихоньку стравливаю воздух, сквозь стиснутые зубы. Язык побаливает! Но меня больше беспокоит любопытная тётка, взгляд которой легко ощутим.

Она хочет развить наше общение? Познакомить с дочерью? Начать беседу за жизнь и вытянуть всю подноготную. Она меня спалит! Что делать?!

Узнаю скрип скамейки. Тётка оценила мой бледный вид и тоже развернулась. Легко отставшая соседка мне безгранично симпатична. Надо же! Пронесло.

Болтаю языком, тянущая боль проходит. Хорошо, что укус слева! Сталь может отгрызть начисто. И чего тогда мне делать? Без языка то. Вообще финиш! Украшений на тушке уже хватает.

А классно чудик на полу растянулся! Он сам виноват! Заставил по залу шагать. Хотя… Гордиться тут нечем. Унижение неадекватных бухариков особого мастерства не требует, чудик и без меня на ногах еле держался. Это ж надо, так нажраться.

Удивительно! Парень оказался более адекватным, в отличии от некоторых, на кого не будем указывать пальцем! Он ярким примером показал мою необходимость держать себя в рамках. Плюс дурацкое лекарство меняет восприятие мира и берега общепринятого поведения скрывает горизонт безумия. От размытия границ дозволенного хорошего не жди…

— Ха, — тихо фыркаю. Что за чушь? Какие ещё горизонты, да границы? Меня тянет на философию? Чего не хватало!

Общий шум в зале, ор детей и крикливая обстановка начинают утомлять. Слишком много нервотрёпки в последнее время, мне стоит отдохнуть. Хорошая идея! А вот ещё одна замечательная идея: «Вести себя по-тихому и не устраивать дурацких сцен!».

Копаюсь в сумке и достаю спутанный клубок диктофона с наушниками. Мягкий провод легко размотался и освободил потёртый корпус. Щелкнула крышка отделения батареек, стальной тубус упал в сумку.

Контрабанда, самая настоящая! Агась… Даже представить боюсь, сколько я нарушаю законов, протащив сюда таблетки. Лучше об этом не думать!

Холодная батарейка занимает родное место в диктофоне, наушники сели в уши. Привет, белый шум! И никаких визгливых младенцев.

Электронные часы, свисающие с потолка, напомнили вечернее время. Достаю из кармана посадочный талон и верчу в руках: светлый картон сообщает, что до начала погрузки ещё куча времени. Нормаль. Всю заднюю сторону занимает табличка и надписи мелким шрифтом. Чего пишут? Похоже, список указывает очередность запуска пассажиров. Хм… Может, пустят раньше? Будет классно…

Значит, первыми заходят мало мобильные. Очень надеюсь, что охромевший парень использует удобную возможность и мы больше не встретимся. А может, его вообще не пустят на борт? В таком то виде.

Затем идут пассажиры с грудными детьми, беременные женщины и люди в плохом настроении. Серьёзно?! Сначала запускают тех, кто не в духе? Как это? И каким образом проверяют, что у человека день не задался? Нужно зверское лицо корчить? А я смогу? Ну… Так себе идейка. Меня даже встреча с алконавтом на смех пробивает. Как-то обидно немножко! Что за непруха…

Следующими на борт приглашают обладателей статусных карт и участников программ лояльности. Тут совсем не по адресу! С каких щедрот мне привилегии? Я самолёты, можно сказать, впервые вижу!

Потом идут пассажиры хвостового отсека. Но милашка на регистрации уточнила, что мне выдали место в середине эконома. И здесь я в пролёте!