Конфедерация - Виктор Малахов

– Так Вы – бунтарь?

– Нет, я человек, – тихо прошептал Андрей. Голос его совершенно не слушался.

– А так и не скажешь, – мужчина быстро набил на клавиатуре своего компьютера что – то и экран засветился в отклик, – зачем Вы искали информацию по Московии? Что вы хотели найти?

– Я хотел найти свою подругу, которую давно уже не видел.

Мужчина поднял голову, глаза его сделались еще уже, он вновь затянулся сигаретой.

– Мне много раз врали о причинах поиска неразрешенной к свободному распространению информации. Но такое…слышу впервые.

– Я говорю серьезно. Я искал Олесю…я соскучился по ней, – всхлипывая, сказал Андрей.

– Глупости! Не говорите мне эти глупости. Перед тобой сидит не юнец, а человек, повидавший в кабинете много таких же, как и ты. Смотри, – мужчина повернул монитор компьютера к Андрею, – ты часто заходил на сайты, зарегистрированные в Московии. Ты не веришь в то, что говорят СМИ Конфедерации, не веришь Независимому Агентству? Вот отчет, – провел ручкой по экрану мужчина, – ты входил на сторонние сайты каждый вечер, в одно и то же время. Искал Олесю?

– Да, я искал Олесю, – с опущенной головой, словно провинившийся школьник, ответил Андрей.

– Нашел ли? – серый дым повалил из ноздрей собеседника.

– Да, нашел. Не на сторонних сайтах, а на сайте Независимого Агентства.

– Мой друг, – мужчина бросил тлеющую сигарету в пепельницу, – я не верю тебе. Я не верю ни одному здесь находящемуся. Вы говорите совершенно разные вещи, но они настолько нереальные, что можно я бы мог издать книгу со сказками, – он встал со своего места и двинулся к Андрею, – позволь представиться, Черный Олег Петрович, Воевода Земства № 5.

– Воевода? – тихо переспросил собеседника Андрей.

– Именно так, Воевода. Про нас очень мало что говорят и мало что знают. В каждом Земстве есть свой Воевода. Он назначается Высшим Советом Конфедерации. Своего рода наблюдатель. Имеющий право действовать только в исключительных ситуациях. Я посчитал, что ситуация с тобой именно такая.

– Все, что здесь происходит, показывают в прямом эфире. Зачем Мамонтов так сделал? – с любопытством спросил Андрей.

– Хм, – улыбнувшись, промычал Олег Петрович, – Земства были созданы не для того, чтобы в онлайне показывать то, что здесь происходит. Телевидение давно научилось отделять суть шоу от технологии. Можно сказать, что это прямой эфир, но это будет отобранная запись. Телевизионщики заняли целый трехэтажный дом, никогда там не гаснет свет. Они работают и работают, выбирают материал, который запустят на все экраны страны якобы в прямом эфире. Но это не так…

– Но, – перебил Андрей Олега Петровича, – но… Это же нарушение Общественного Договора. Нарушение всех принципов, на которых выстроена Конфедерация.

– Это политика, – мужчина закурил еще одну сигарету, – это большая игра. И мы в ней исполняем не самые последние роли. Так что добро пожаловать в Земство № 5. Сейчас можешь быть свободен. Но помни, ты у меня под особым контролем.

Андрей попытался встать со стула, но ноги его не слушали. Он оперелся об стол, чтобы привстать и толчками направился к двери.

– И еще, – в спину раздался голос Воеводы, – Олеся жива. С ней все хорошо. Исполнишь отлично свою роль, увидишь ее. Это не последняя наша встреча.

Глава 12.

Москва

– То, что мы совершили, это огромная ошибка, за которую нет расплаты. Мы убили собственных граждан, – лицо Владимира Зуйкова с каждым произнесенным словом становилось краснее.

Белослав пристально смотрел на своего родственника и не мог его узнать. В таком состоянии Владимира он еще не видел.

– Владимир, успокойся, – тихо сказал Солнцев, но это никак не могло привести в строй Зуйкова.

– Вы понимаете, что натворили? Понимаете? Весь переговорный процесс с Конфедерацией уничтожен. Мы – изгои, – последнее слово Владимир прокричал по слогам, – наше место на обочине политического процесса.

– Владимир, – уже прокричал Глава Московии, – я не люблю повторять! Успокойся!

Зуйков рухнул в кресло, поднял голову, закрыл глаза руками и тяжело вздохнул.

– Мы приняли это решение, мы не можем мириться с бандой заключенных, пытающихся силой нас уничтожить. Мы также были включены в процесс переговоров. Но переговоры не могут быть продолжены, когда нас провоцируют, – в разговор вмешался Святослав Новгородцев.

– Какая провокация, о чем ты говоришь? Мы могли бы применить силу, армию, внутренние войска. Но травить своих же граждан – это преступление, – вновь перешел на крик Зуйков.

–У нас есть все данные предполагать, что это была организованная провокация, которая готовилась на нашей территории. Из Конфедерации к нам под прикрытием приехали порядка ста пятидесяти агентов, цель которых была собрать массу людей для организации беспорядков. При этом мозговой центр находился именно в Москве. Грубо говоря, мы травили не своих граждан, а боевиков Конфедерации…Вот папка, – Святослав бросил на стол темную папку с документами, которую долго держал в руках, – здесь все доказательства того, что я говорю.

– Подай мне папку, – прокомандовал Солнцев и показал пальцем на Новгородцева. Тут же Святослав передвинул материалы к Белославу. Он медленно открыл ее и неохотно стал читать.

– В Москву на протяжении полугода под прикрытием приезжали граждане Конфедерации якобы для работы в филиалах компаний по «налоговому договору». Я еще несколько лет назад предупреждал, что это будет лазейка, что под видом работников нам будут забрасывать провокаторов, – поднял руки вверх Новгородцев, – никто меня не послушал. И что мы получили? Самую массовую акцию протеста в истории Московии. Наше молодое государство, еще не окрепшее, хотят сломать.

– Каким образом они устанавливали связи с Крымом? – спросил Солнцев.

– По полученным данным у каждых тридцати человек был свой наставник. Человек, являющийся гражданином Московии, но завербованный Конфедерацией. Он получал инструкции из Крыма, далее транслировал их своей «ячейке». Именно так называется группа из тридцати человек.

– Как давно вы знали о работе агентской сети в Московии? – переворачивая очередную страницу в папке, задал вопрос Белослав.

– Современные методы слежки позволяют нам смотреть за каждым шагом любого человека, находящегося на территории Московии. Исключением из правил, к сожалению, являются филиалы корпораций, – Новгородцев тут глубоко вздохнул, – как мы предполагаем, именно в офисах и проходила основная работа по подготовке к данной провокации.

– Святослав, – оторвал свой взгляд от папки Глава Московии, – ты не ответил на мой прямой вопрос.

– Знали мы давно, но…

– Тогда почему не приняли никаких опережающих мер по нейтрализации агентов? – не дал договорить собеседнику Белослав.

– Мы не можем арестовывать граждан Конфедерации, если они не совершают неправомерных действий в рамках законодательства. Так как филиалы корпораций – это не наша юрисдикция, мы не могли применить к ним меры. Тем более некоторые члены руководства считали, что нам необходим спокойный переговорный процесс. Но за этим процессом Крым планировал поставить нам подножку, – Новгородцев перевел взгляд на Зуйкова и улыбнулся.

–Почему решили применить удушающий газ? На ком лежит данное решение? – Солнцев закрыл папку и положил ее на стол.

–Решение было принято мной исходя из моих должностных инструкций, – не мешкая ответил Святослав, – в случаях, когда определенные действия могут привести к свержению власти, я могу ввести режим чрезвычайного положения. Войска во время чрезвычайного положения подчиняются мне. Так как мятежники прошли путь из тюрем к центру Москвы совершенно беспрепятственно, никакого сопротивления они не испытали, единственно верным вариантом было применение против них удушающего газа.

–Почему не было никаких действий от внутренних войск и армии? – приложив палец к виску, задал вопрос Солнцев.

–Это тоже повлияло на мое решение о применении газа. Армия и внутренние войска отказались применять оружие против мятежников. Некоторые встали на их сторону. Если бы не удушающий газ, сегодня ночью случился бы переворот, – Новгородцев глубоко вздохнул, – можете считать меня беспринципной скотиной, можете ненавидеть, но я спас наше государство. Да, есть жертвы, но эти жертвы не на нашей совести, они на совести Конфедерации.

–Все, что ты говоришь, это полнейшие небылицы, – прокричал Владимир, – Конфедерации незачем вытворять все то,что ты описал. Ты просто перекладываешь ответственность за ситуацию, боишься взять ее на себя.

– Я еще не все сказал, Владимир, – резко оборвал Зуйкова Новгородцев, – есть еще кое-что. Гораздо важнее.

– Говори, – недобро пробормотал Солнцев.

– Агентурная сеть Конфедерации развивалась все это время плодотворно. И в нее входят не только обычные граждане, но и члены руководства Московии, – на последнем слове Новгородцев хитро улыбнулся.