Поворот судьбы. Книга 1 - Андрей Янусов

— Ты чего делаешь? — спросил, останавливаясь, Жак.

— Оденься, а то замёрзнешь. — сказал я, найдя штаны, толстую рубаху и отдавая ему. Жак лишь благодарно взглянул на меня и начал быстро натягивать одежду. Дальше мы шли пешком в сторону самого крайнего, заброшенного дома. Нас там уже ждали друзья. Они поприветствовали Жака и сказали, чтобы потом всё рассказал, а сейчас нужно уходить. Мы договорились ползти по земле друг за другом, я был замыкающим, а первым Дорос. Ползти с котомкой на спине было неудобно, но не бросать же её. Когда мы уже были почти в лесу, нам дорогу преградила большая фигура человека. От неожиданности, я чуть не нагадил в штаны.

— Эй, ребята. Вставайте и идите обратно домой, выспитесь перед долгим путем. — сказала фигура.

— Отец? Это я, Харук. — вдруг сказал Хар вставая. Мы рискнули не вставать и не вмешиваться в разговор друга с отцом. Приглядевшись более внимательно к фигуре, я понял, что Харук прав. Это был его отец. Только что он тут делал? Ведь он работал в патруле, а деревню окружили солдаты.

— Сын? Ты что здесь забыл? А ну марш домой! Кто сидит с Миной? — спросил удивленно отец Харука.

— Отец… Извини. Я должен покинуть дом. Сестра спит, можешь не беспокоиться за нее. Пропусти нас, мы должны уйти! — сказал Хар приглушенно, от страха. Я его понимал. Если отец Харука нам поверит, то он может быть нас пропустит в берлогу. А если нет, то будет плохо… Очень плохо…

— Ты знаешь, что будет, если вас поймают? Вас обвинят в дезертирстве, могут казнить или отправить на холодные рудники. Ты этого хочешь? Я нет. Так что возвращайтесь назад. Вам повезло, что именно мне тут приказали стоять. — сказал отец Харука.

— Но отец! Отправив нас на войну, ты рискуешь потерять сына! Ты же сам должен понимать, что на войне долго не живут. Тем более нами будут прикрываться, как щитом. Идти на войну или на холодные рудники, итог все равно будет один! — сказал Харук. После этих слов его отец задумался. Он стоял несколько минут, смотря в тёмное небо. Я было уже подумал, что он заснул, как прозвучали слова:

— Какая война? Как вами могут прикрываться? Бегом домой! Или я возьму вас за шкирки и кину под ноги к капитану! Выбирайте!

— Отец! Хотя бы раз, поверь мне! Я не лгу! Пожалуйста, дай нам пройти. — умоляюще промолвил Хар в слезах. От такого и я бы зарыдал, будь я на его месте… Эх… Придется возвращаться домой…

— Ладно. Но то, что с вами случится, будет на твоей совести. Помни это. Надеюсь, вас не поймают. По тракту лучше не идите, там стоят посты. А сейчас быстрее бегите, скоро должен прийти проверяющий постов. Будьте осторожны!

С этими словами он скрылся в кустах. Харук сказал в пустоту «Спасибо!» и вытер рукой все еще катившиеся слезы. Мы растерянные, пробормотали слова благодарности, и пошли быстрым шагом в сторону нашего пристанища. По дороге старались вести себя тихо. Если где-нибудь раздавался посторонний звук, замирали и прислушивались, не солдаты ли это. По дороге нам никто не встретился, поэтому со спокойной душой мы дошли до берлоги и залезли. В берлоге было темно, поэтому разожгли свечку и скинув свои котомки, улеглись на пол. Так мы лежали несколько минут, пока не заговорил Жак.

— Спасибо ребята. Вы не знаете, как я вам признателен. — сказал шепотом Жак — Когда я прощался с отцом, он неожиданно напал на меня. Оттолкнув его, я побежал в сторону двери, но не успел. Он чем-то мне вмазал. А очнулся уже в погребе. Хар ты молодчина. Твой отец никогда бы нас не пропустил!

— Ты бы сделал тоже самое, если кто-нибудь попал в беду. А про отца можешь теперь забыть, сейчас мы сами по себе. — сказал Дорос. Хоть мы смотрели в потолок, я понял, что Жак улыбнулся.

— Будем спать? Ваши разговоры отвлекают. — спросил я. Друзья согласились со мною. Берлога погрузилась в тишину. На улице начал накрапывать дождь. Под звук дождя я заснул. Мне снился необычный сон. Про то, будто я маленьким скитаюсь по городам. Все люди меня ненавидели. За что? Не знаю. В спину кидали проклятия, забрасывали камнями, избивали. Всё это было в каждом городе. А в деревнях натравливали собак, только завидев меня. Правда собаки сразу убегали, на что люди хватались за подручные вещи и вышвыривали меня со своей территории. Даже те, кто жил на улицах, сторонился меня. Приходилось питаться объедками, да ягодами. В маленькой душе было тоскливо. Хотелось тепла, любви или хотя бы, чтобы никто меня не трогал. В сильный ливень, я укрывшись в темной пещере встретил маленького волчонка. За пределами пещеры грохотал гром, сверкали молнии, а в пещере свернувшись клубком, пытается заснуть маленький ребёнок. Когда моей руки коснулось что-то влажно-тёплое, я сначала подумал, что мне показалось. Но к ладони прикоснулось ещё раз и тихо заскулило. Открыв глаза, увидел маленькое существо больше похожее на щенка. Оно смотрело на меня так жалобно и горестно, что я растерялся. Я никогда не встречал таких взглядов, даже у людей или животных, поэтому не понимал его значения. Животное, заскулив, ткнулось мокрым носом в руку. Полыхнула молния. Затем прогремел огромный силы гром, что меня подкинуло с пола, как и животное, и где-то в глубине пещере осыпался камень. Испытывая страх перед грозой, зажался. Животное громко заскулило и в поисках тепла, полезло ко мне. Я был удивлён. Животные, как и люди, испытывали страх, только взглянув на меня. А это существо определенно не знало таких чувств. Впервые в жизни я испытал жалость и сострадание, взяв и прижав волчка к груди. И проснулся.

Меня и друзей разбудил Жак. На улице ярко светило солнце. Мы проспали больше шести часов. На листьях дуба, словно маленькие драгоценности, в лучах солнца сияли капли дождя. В воздухе чувствовалась свежесть леса. Вставали мы неохотно. Лично я хотел продолжить дальше свои сновидения. Эх… Как же хочется еще хоть немного поспать! Потянувшись и зевая, взглянул на чем-то обеспокоенных ребят. Хотелось спросить «Что с вами?», но вопрос так и не был озвучен. Сразу вспомнился вчерашний побег. Казалось, что все произошедшее вчера было просто сном. И сегодня, когда придём домой, нас только отругают в шутку, и мы продолжим жить, как ни в чем и небывало. Но к сожалению, это был не сон.

— Это же было взаправду? — спросил в тишине Лясь.

— Ты про что? — спросил я, догадываясь о чем он.

— Ну… солдаты, война, прощание с родителями, побег из деревни… Это же не сон? — спросил Лясь, с надеждой смотря на меня. Как же я хотел с улыбкой воскликнуть ему «Ты что?! Тебе это приснилось!». Но, увы… Я покачал головой. Лясь погрустнел.

— Подумаешь, ушли из деревни! Зато поживём в городе, и будет нам счастье! Я вам говорю: жопой чую! — весело сказал Жак, чтобы разрядить обстановку. У него это немного получилось. В домике стало немного веселей. Появились улыбки. Исчезла та гнетущая нас аура.