Газели - Алишер Навои

Сокровищница мыслей

Причуды детства

Чудесно быть вдвоем, вина с красавицей испив,Мне та подруга не нужна, чей облик не красив.

Родник живейшей чистоты, столь дивный, мог создатьЛишь сам вершитель красоты, тебя на свет явив.

И жалобы на муки — грех страдающих в любви:Закон любви не терпит тех, кто слаб и боязлив.

С твоей стези подножный прах — всем ангелам венец, —Кто был на свете, о Аллах, красой столь горделив!

Так слаб я, что не может грудь и вздоха совершить:Я не посмею и вздохнуть, себя не погубив.

И я, хоть от невзгод и пьян, в вине не утону:Ведь тонок мой согбенный стан, как волоса извив.

О Навои, ты хоть и худ, а строй стихов не плох:Все, кто захочет, в них найдут и рифму и редиф.

Весна мне — преисподний ад, когда ты не со мной:Цвет красных роз огнем объят, цвет белых — ледяной.

С тобою врозь весна — что ад, и станет адом рай:Ведь без тебя и райский сад не расцветет весной.

Твой лик мне видится стократ и застилает взор,И слезы облекают взгляд сплошною пеленой.

Мне из твоих медвяных уст горька любая речь:Хоть сладок плод, а горький вкус в нем чувствует больной.

И сердце просит забытья у сил небытия:Жестокой дланью бытия гнетет мой путь земной.

Не говори, что наг-раздет несчастный Навои:И в холод одеянья бед его хранят и в зной.

Несет нам вести небосклон, что шах уж на коне,Секирою вооружен — недельною луной.

Каждый раз, как луноликой плыть в ладье придет чреда,Сердце в горести великой, как река, бурлит тогда.

Очи, что ж рыдать в печали, — где пристать теперь ладье,О каком мечтать причале? Всюду ваших слез вода!

А едва валы заплещут, ветром вздыбленные вдруг,Сердце, словно ртуть, трепещет, жизнь уходит без следа.

Стихни, сердце, ты — в любимой, а любимая — в ладье,Очи и душа незримо плачут: ты плывешь куда?

Еле жив я, силы слабы, смертью перехвачен вздох,Чуть дышу — не уплыла бы, не случилась бы беда!

Брось, оставь сей мир двуличный, в мире сделок пользы нет:Цены серебра различны, жизнь всегда в цене тверда.

Как ладья несчастий канет в глубь морей небытия,Пить ладью вина настанет, Навои, твоя чреда.

О, мне бы сто путей пройти во мгле пустынь небытия,Пока забвенье обрести от свар людских не смог бы я!

Отдам я злато жизни всей на торжище мирской тщеты,Лишь бы торгашеских затей не ведала душа моя.

В глуши бы мне покой найти, да только путь туда длиннейТысячелетнего пути на небо — в горние края.

Ста тысяч сребротелых дев соблазн лукавый позабудь:Мирской искус их не презрев, вовек не вкусишь забытья.

Все кости в плоть мою впились и лютой смерти мне грозят:От них возможно ли спастись, когда столь злы их острия!

Что пользы от кровавых слез, омывших мой шафранный лик?Жестоки жала красных роз в саду мирского бытия.

Чтобы смести с земли весь люд, потоки слез моих бурлят —Долиною любви текут, ручьи во все концы струя.

Взгляни, что стало от невзгод с завесою души моей:Клеймит огнем жестокий гнет остатки ветхого тряпья.

Не прозябай в саду мирском, сбрось его путы, Навои:Не лучше ль взвиться соловьем, чем жить в гнездовьях воронья!

«Брось пить вино!» — мне что ни год советчики твердят,Но льет рука, а пьет-то рот, а я в чем виноват?

Не своевольной силой я, поверь, к вину влеком:Порукой в том — спина моя, я в немощи горбат.

Меня святоша-пустослов корит за страсть к вину, —Он не сказал таких бы слов, будь он не глуповат!

Пусть, виночерпий, твой фиал, как факел, светит мне:Среди святош я заплутал, кромешной тьмой объят.

И от ханжей в притон хмельной ты освети мне путь:Мне их притворства мрак ночной погибелью чреват.

Паду я головой во прах к порогу погребка, —Богач и бедный, раб и шах — все в тот притон спешат.

В заветном имени тайком суть ищет Навои:Кто этим именем влеком — благословен стократ.

Огнем страданий освещен наш обветшалый дом,Как будто бы дохнул дракон в проломанный проем.

Для птицы вожделенных встреч опасны зерна слез:Зерном несчастий не завлечь того, кто ввысь влеком.

Сияньем свет красы облек убогий наш приют,И в нем горим мы — мотылек вослед за мотыльком.

Как сердце, страстью смятено, осмеивало ум!Безумное, сожглось оно, играючи с огнем.

Исчезли сон мой и покой от россказней людских,А счастье от молвы людской спит непробудным сном.

Меня ты, кравчий молодой, не губишь, а бодришьКак будто ты живой водой поишь, а не вином.

Стократ наставнику хвала стези небытия,Сиянию его чела хвалу мы воздаем.

Свое узрел я сердце вдруг средь любящих сердец,Но ты не вышла к ним, мой друг, их ждал дурной прием.

Дары мирской тщеты оставь, утрата их — пустяк, не боле,Цени за благо жизни явь — дар мимолетных благ, не боле.

Жилье построив, звать гостей хозяину — чудное дело:Он сам ведь гость лишь на пять дней, этот чудной чудак, не боле.

Кичиться силой — похвальба, ничтожная пред жалом смерти,Она, как жала мух, слаба, и мощь ее никак не боле.

Вступи в чертог небытия: пусть шейхи ханакой кичатся,Как торг у скупщиков старья торговля этих скряг, не боле.

Наряд твой золотом расшит, но он не лучше желтой бязи,Для умного смешон твой вид — потешной спеси знак, не боле.

Пусть солнцем твой венец цветет, а трон твой — словно небо ведай:Пойдет и солнце на заход, а в небе станет мрак, не боле.

Прекрасно, если властелин внимает помыслам подвластных:Ведь стаду пастырь — он один, в отаре он — вожак, не боле.

Да быть всегда Балькис женой в дворце высот благоправленья,Сатурн при ней — лишь страж ночной, хранящий дом-очаг, не боле.

Когда творил творец сей мир и мир грядущий,В тебе дал образец он всей природе сущей.

Людей весь сущий род вслед за тобой он создал:Пылинкам свет дает жар солнца, их влекущий.

Твой свет вовек не влек нетопыря бездумья:Ведь он не мотылек, летящий к свечке жгущей.

Бог волею своей дал тебе лик, что солнце.Дал месяцы бровей — дар, все сердца гнетущий.

Твой гнев в любви моей мой ум крушит безумьем,Как гнев толпы детей, камнями птицу бьющей.

В кого тобою был заронен уголь страсти,Тому не скрыть свой пыл — жар, долго дым дающий.

Ты средь кривых дорог, куда тебя влек разум,Ум на стезе сберег, к небытию ведущей.

Перед владыкой сил весь небосвод бескрайнийС росинку мака хил, в ничтожности живущий.

Стал прахом Навои там, где ты ходишь к дому, —Смешают псы твои его с дорожной гущей.

Редкие дары юности

Чуть раскрывшись, к ночи вянут розы в цветнике мирском,Дни блаженством нам не станут без вина в саду таком.

Нет ни верности, ни чести, кравчий, в поступи времен,Верен нам, не кличь всех вместе пить в толчении людском.

В мире только беды сулят людям милость обрести,А покоя ждешь — да будет путь к нему тобой иском!

Хоть хмелен я в полной мере, старец в погреб дверь закрыл, —Смилуйся, открой мне двери, о слывущий добряком!

Не посмей в делах неправых крови возжелать людской.Но веселье чаш кровавых любо нам вкусить глотком.

Пусть, о шейх, крушит порухой твердь небесная врагов,Но да буду с той старухой я вовеки незнаком!

Навои, познай и ведай: хочешь берега достичь —Ты ладью вина отведай, будь в ней кормчим-вожаком!

Среди людей я никогда собрата отыскать не мог,Кому была бы не чужда лихая боль моих тревог.

И чашу всех кровавых мук, поверьте, можно претерпеть,Когда в беде есть верный друг, который бы тебе помог.

Подобен перстню небосвод, а звезды — камешки на нем,И в каждой тебя гибель ждет — в них яд тебе он приберег.

Сей мир печалью сокрушен: в ночи рыдая над тобой,Все поднебесье тьмою он — завесой скорби обволок.

О, мир лукав, его щедрот своим желаниям не жди,Он лишь на миг тебе сверкнет — увы, лишь на недолгий срок.

Не сыщешь верности, пойми, средь человеческих сынов,Не думай, что дружа с людьми, ты не познаешь сей порок.

Вот и остра, и ладна речь, а тонкий смысл ее — во вред:Людей к себе в друзья завлечь не помогает острый слог.

О виночерпий, дай вина, вся плоть моя горит от ран, —Огнем да гущею со дна мои ты раны бы прижег!

Не диво, что беседный круг столь тешат песни Навои:Его надсадных стонов звук то густ и низок, то высок.

Всех горных кряжей тяжелей любви лихая кладь:Дано великой мощью ей и Каф-гору попрать.

Дракон — и тот в степях любви подвластен муравью,Хотя по силе муравьи драконам не под стать.

В любви сжигают пламена и черствые сердца, —Так пикам молний мощь дана и кряжи гор пронзать.

Святоша, чужд тебе недуг сгорающих в любви, —Пугать их жаром адских мук — напрасно слов не трать.

Незримо души жертв своих пронзает меч любви, —Таит его от глаз людских ресниц лихая рать.

О ты, кого стократ гнетет любовь поклажей мук,Безропотно всю боль невзгод прими как благодать.

О Навои, не суесловь — жизнь за любовь отдай,А понапрасну про любовь не надобно болтать.

Чудесные свершения середины жизни