Баллада о неудачниках - Юлия Стешенко

— Душил.

— Просто душил, и все?

Я замялся.

— Нет, не все. Вы же понимаете… Мужчина, с девушкой, в лесу.

— Изнасилование? — рубанула де Бов.

— Ну да, — облегченно вздохнул я. — И он кусался.

— В каком смысле? Обглодал их?

— Нет. Обычно кусался. Как мужчина. Грудь, шея, плечи.

— Волчьи укусы были?

— Нет. Уходил он человеком. Сначала. Потом, шагов через десять, появлялся волк.

Де Бов встала, захромала по комнате от стены к стене.

— Значит, не волк. Волк потом. Плохо. Плохо-плохо-плохо.

— Что плохо-то?

— То, что человек хорошо соображает, в отличие от волка.

— Ну и отлично же! Человека хоть понять можно. А волка попробуй пойми.

Де Бов застыла, резко развернулась на здоровой ноге.

— Точно. Ты гений! Что бы ты сделал на месте этого недоделка?

— Повесился бы сам.

— Денфорд!

— Что Денфорд?!

— Представь, что ты — это он. Что бы ты теперь сделал?

Я представил.

— Сбежал. Пока не обложили.

— Ты не можешь сбежать. Полнолуние скоро. Тебе очень-очень хочется еще разок сходить на охоту. Ты просто не можешь устоять.

— Тогда пошел бы к следующей деревне. Там меня никто не ждет. Значит, можно повторить игру.

— В какую деревню? — ведьма нависла надо мной, азартно сверкая глазами. Я задумался, прикинул маршрут.

— Получается, Мидлтон.

— Вот! Значит, мы знаем когда — завтра утром. И знаем, где — в Мидлтоне.

— Ага. Здорово. И что нам делать? Рокингем большой. Бродить по лесу и кричать «куть-куть-куть»? Бараньи мослы разбрасывать? Как приманки?

— Именно, — чуть не ткнула мне пальцем в глаз де Бов. — Именно приманки! Я, конечно, не сочная крестьянская девица, но оборотню накануне полнолуния все равно. Скажешь в деревне, чтобы в лес никто не совался. А я там буду гулять и невинно собирать хворост. Петь песни и рвать цветы, пока этот кобель на меня не выйдет. А потом отверну ему голову!

Вид у нее был вдохновенный и торжествующий.

— Нет.

— Почему нет? — ведьма уставилась на меня разочарованно и озадаченно.

— Потому что одна ты в лес не пойдешь.

— Ты же сам сказал, что людей шериф не даст.

— Зато он мне… много всего другого даст. Если в лесу не ты оборотню голову отвернешь, а он тебе.

— Я в состоянии справиться с оборотнем! И ты об этом знаешь!

— Я не собираюсь это проверять!

— Другого варианта все равно нет!

— Плевать!

— Тогда за каким дьяволом ты сюда приперся?!

— Потому что думал, что ты наколдуешь что-нибудь! Я понятия не имел, что ты решишь идти искать оборотня лично.

— Это моя работа!

— Это моя работа!

— Я превращу тебя в жабу!

— Ква!

Мы уставились друг на друга, как коты перед дракой. Ведьма выдохнула первой, примирительно вскинула руки.

— Ладно. Мой вариант тебе не нравится. Версия, в которой оборотень просто душит еще одну девушку и затихает на месяц до следующего полнолунья, не нравится нам обоим. И что остается?

— Идти вдвоем, — пожал плечами я.

— Рехнулся? Даже слепой не примет тебя за девушку. И даже безмозглый обойдет десятой дорогой.

Интересно, это сейчас похвала была или что? Я решил не обращать внимания.

— Меня не надо будет ни за что принимать. Я просто побуду неподалеку. И вмешаюсь, если что-то пойдет не так.

Наверное, вид у меня был очень решительный, потому что спорить де Бов не стала. Открыла сундук, порылась там и протянула мне длинный узкий кинжал в потертых ножнах.

— На. Держи.

— Для оборотня? — я осторожно вытащил клинок. По лезвию змеились какие-то странные знаки. — Это заклинания?

— Нет. Просто узоры. Для красоты. Клинок серебряный, этого достаточно.

Я разочарованно хмыкнул. Дрянь, получается, кинжал. Халтура.

— Он же затупится с пары ударов, если кость заденет.

— А ты не тычь им, как пальцем… в ухо. Знаешь, если ты с пары ударов с оборотнем не справишься, то третий тебе уже не понадобится. Это я тебе как специалист говорю.

Я подбросил кинжал в руке, прикидывая баланс.

— Договорились.

Глава 6, в которой Марк едет на охоту

Я выехал затемно. Вечером доложился шерифу, причем и врать-то не пришлось. Сказал, что с утра собираюсь убийцу искать — и слово в слово выполнил.

Доехав до первого же овражка, я спустился туда и спешился. Небо на востоке едва начало сереть, воздух был сырым и зябким. Я ослабил Ворону подпругу и пустил его в мокрую от росы траву. Конь тихонько фыркнул, взмахнул хвостом и приступил к завтраку. Я решил последовать его примеру. Достал кусок лепешки, флягу с вином и пристроился на поваленном дереве. Ждать предстояло не меньше часа, так почему бы не провести его с пользой?

Де Бов появилась, когда восход уже вовсю полыхал, а птицы верещали свои безумные утренние песни. В нежно-голубом блио вместо привычных штанов она смотрелась странно. Еще удивительнее было, что у ведьмы внезапно обнаружились сиськи. Они отчетливо проступали под плотно прилегающим лифом. А я ведь готов был поклясться, что де Бов плоская, как гробовая доска.

— Давно ждешь?

— Нет. Как вы проехали ворота? Стража задавала вопросы?

— Какие вопросы, ты что. Просто крестились молча.

Я хмыкнул. Вполне в духе этих тупиц. Мимо нашей городской стражи отряд сарацинов промаршировать может, а они будут волноваться лишь о том, что от лихого глаза бородавки на заднице вскочат. Или на роже. Хотят тут разницы-то особой и нет.

Мы выехали из оврага и двинулись к Мидлтону. Чертово солнце взбиралась на небо медленно, как баба на сносях. Рубаха у меня отсырела, плащ, мокрый от росы, мерзко лип к ногам. Я его постоянно отпихивал, а он сползал и снова лип. В лесу вдобавок ко всему у меня начала чесаться спина. То самое место между лопатками, в которое обычно целит лучник. Я просто-таки чувствовал направленное мне в позвоночник острие. Идея оставить дома кольчугу и меч, чтобы не вонять на весь лес железом, еще вчера такая удачная, теперь казалась чудовищно глупой. Без доспехов я чувствовал себя голым, как выковырянная из раковины улитка. Очень хотелось верить, что если вдруг случится заваруха, ведьма успеет всех проклясть, испепелить и превратить в жаб. А потом все