Тот, кому нужна помощь - Ксения Баракина

   -Давай на берег, греться.

   Она вылезла первой и обернулась на Мартина, только начинающего выходить из воды.

   -МАРТИН! - взвизгнула она, отвернувшись, хоть и не успела ничего увидеть, - Где твой гребаный хитон?!

   Тот посмотрел на себя, затем по сторонам.

   -Хм. Да, похоже, он сам решил, что ему пора на покой. Ладненько, у тебя же с собой ткань для нового?

   Он преспокойно пошел дальше. Ева крикнула:

   -Стой там, гребаный извращенец! Я же тебе сказала, я не желаю видеть тебя без хитона, я жалею свою психику, мать твою за коленку!

   -Иди ты, мне холодно, - проворчал он и, судя по плеску, вышел из воды на берег. Ева демонстративно развернулась к нему спиной и села.

   -Дай мне ткань, - послышалось над ухом, зараза подкрался тихо и встал совсем рядом, за спиной. Ева махнула рукой:

   -Сам доставай, сумка там, где мы загорали, осталась лежать.

   Он проворчал что-то невнятное и пошел туда, куда послали.

   -Мы же уже выяснили, что я бесполый, - бурчал Мартин недовольно, роясь в сумке и выкапывая всякий хлам, - Не понимаю тебя, стерлядь. В кем дело? Что за вредничание? Даже если бы я был кем-то определенным, что тут такого?

   Спустя несколько минут ворчаний он откопал, судя по довольному возгласу, ткань и начал что-то там с ней делать.

   -Эй, - позвал он ее, - Помоги, будь добра. Нужно край подержать.

   Она осторожно повернулась. Мартин стоял, обмотанный как надо одним тонким слоем ткани, и выжидательно на нее смотрел. Девушка вздохнула, мол, что с тебя взять, и пошла к нему.

   -Тебе идет фиолетовый, - заметила она вскользь, помогая намотать хитон. Он довольно улыбнулся, не отрицая ее слова.

   Застегнул пояс.

   -Я красавец, - беззаботно и самовлюбленно сказал Мартин, любуясь своим отражением в воде. Ева хмыкнула. Ну и идиот...

   Он поскользнулся и плюхнулся в речку прямо в новой одежке, впрочем, вода здесь была прозрачная и дно было без ила, поэтому хитон остался чистым. Однако Ева начала беспокоится вовсе не из-за хитона, когда поняла, что прошла уже минута, а соратник все не всплывает и не всплывает.

   Плюх! Она прыгнула за ним, нырнула, огляделась. Идиот сидел на дне (как только его течением еще не унесло?) и самозабвенно наблюдал за поверхностью воды. Его пепельного цвета волосы красиво развевались водой большущим облаком, а хитон окутывал фигуру тонкой фиолетовой дымкой. Девушка невольно залюбовалась им.

   Мартин повернул голову и вопросительно посмотрел на нее, а потом - на свои ноги, и Ева, проследившая за ним взглядом, увидела, что он зацепился хитоном и поясом за какую-то еле выдающуюся со дна корягу.

   "Интересно, этот болван может помереть, если так бу..." - начала было думать она, а потом поняла, что может, потому что болван скривился и схватился за горло, выпустив облако пузырей изо рта. Девушка поспешила к нему, опустилась рядом. Она только подплыла - а воздуха ей уже не хватало...

   Дернув пару раз пояс, она покачала головой. Нет. Тут застряло крепко. Как так можно, кажется, только специально, но он же вроде не совсем безмозглый...

   Тем временем Мартин уже явно чувствовал себя крайне плохо, пытаясь то и дело безрезультатно всплыть наверх и морщась. Ева вздохнула и опустилась на самое дно, к коряге. Через несколько долгих секунд нашла сучок, за который зацепился хитон, и принялась яростно колотить по нему кулаком; дерево явно лежало под водой уже долго и размокло, но из-за толщи воды удар получался слишком мягким, и отламываться деревяшка не хотела никак.

   Она оттолкнулась от дна и похлопала по плечу Мартина, привлекая внимание. Показала на хитон, скрестила руки в знаке отрицания. Он понял и начал развязывать узлы, делающие кусок ткани красивой складчатой одеждой; Ева начала ему помогать, потому что Мартин от недостатка воздуха начал тормозить и действовал крайне медленно. Наконец последний узел был развязан, и Ева с Мартином устремились наверх изо всех своих сил. До поверхности было всего ничего, однако Ева обнаружила, что спутник уже не может плыть- Мартин был в каком-то амебообразном недееспособном состоянии. Схватив его за руку, вынырнула, шумно, тяжело дыша.

   -Идиот! Что ж ты там сидел просто так столько времени, если запутался? - откашлявшись, прохрипела она, - Что ж ты за умник!

   -Я...Не думал...

   -Да, я вижу! Болван!

   -...Что могу утонуть... - прошептал тот в полуобмороке, выплевывая воду и хватаясь за ее плечо, чтоб не пойти ко дну. Ева снисходительно похлопала его по голове.

   -Ты тяжелый... Не хватайся за меня... Вон берег, давай, вылазь.

   Он поплыл, все равно держась за ее плечо, хоть и одной рукой. Выполз на гальку. Ева плюхнулась рядом, по-прежнему еще не отдышавшись.

   -Капец... А вот помедлила я бы... и помер бы ты...

   Ангел завороженно пялился в небо. Затем сказал уверенно:

   -Не. Не умер бы...

   Потом помолчали добавил, уже не так уверенно:

   -Наверно. Евангелина. А Евангелина.

   -Да, идиот?

   Он повернул к ней голову, растеряно смотря ей в лицо:

   -Ты не могла бы сплавать за хитоном? Жалко его терять... Может, получится его высвободить, и теперь можно не так торопится...

   Она обреченно вздохнула, затем приподнялась и кивнула. Пересилив себя, посмотрела на него. Кожа была такая белая, что казалось, будто он светится... Волос не было даже на ногах, весь он был какой-то по-кукольному аккуратный. Половых признаков не наблюдалось никаких. То есть вообще. Даже по общему силуэту не определишь, кто это, ну, знаете, женщины и мужчины отличаются бедрами, плечами, талией... Этот был странно-промежуточный.

   Заметив, как она его с интересом разглядывает, он почему-то смутился и буркнул:

   -Все? Убедилась, что я не человек?

   -А можно посмотреть, как из спины крылья вылазят? - шепотом спросила она. Он нехотя кивнул:

   -Только не трогай. Перья помнешь.

   Она перебралась ему за спину. Было дико видеть, как из обычной человеческой спины, пусть и почти белой, растут крепкие, толстые основания крыльев, покрытые мелкими-мелкими перьями.

   -Даже не думай за мной лезть, не хватало мне тебя второй раз вытаскивать, - наконец оторвавшись от странного зрелища, Ева подняла задницу и пошла в воду обратно.

   Он обижено надулся, распушив перья на крыльях. Потом подумал и, отряхнув их, плотно прижал к телу, как птица (если помните, спал он так же).

   Ева нырнула раз, второй, и через несколько минут все же вытащила потрепанный, но целехонький хитон из воды. Мартин перестал дуться, радостно подскочил с земли и подлетел к девушке.

   С любовью прижал хитон к себе, встряхнул, надел снова, разглаживая мокрые складки.