Звездная пыль (СИ) - Мая Марук

Ползти на пузе было неприятно. Пыль, мертвые насекомые, местная вонь уюта не добавляли. Арахнид, на одной из развилок, пропустил меня вперед. Перемещаться старались как можно тише, чтобы себя не выдать. Судя по тому, что нас еще не обнаружили, змеелюд в большей степени оказался человеком, чем зверем. Внизу раздавался шум, встревоженные голоса охраны и недовольные гостей. Из обрывков разговоров поняла, что больше всего неприятностей доставило мое исчезновение. Такой редкий лот требовали вернуть немедленно. Правда, нашлись несколько сердобольных, кто заявил, что меня нельзя продавать. Но, они вполне были готовы взять меня под опеку. Какая честь! Несколько раз слышала шипящую речь нагов. От этого становилось страшнее. Мозг добродушно пояснил, что эта раса хорошо чувствует не только запахи, но и эмоции. Особенно страх. Знать это хорошо. Только, как побороть этот страх, я не знала. Поэтому надеялась, что стены шахты и множество разнообразных существ внизу меня спасут от обнаружения.

Валера предложил несколько вариантов для выхода. Первый — значит попасть в самую гущу событий. Второй, тоже не очень. Если кто-то догадается, что я полезла через вентиляцию, наверняка будет ждать там. А вот окно в мужском туалете…. Господи, спасибо, что здесь все так по земному!

До места добрались через пять минут. Благо, внутри «джентльменской комнаты» было пусто. И окно было огромным. Аккуратно выбравшись из своего убежища, толкнула тяжелую раму. Еще раз порадовалась, что на ней нет никаких электронных замков, сигнализаций и прочей космической мишуры. Технологии это прекрасно. Но только тогда, когда знаешь, что с ними делать. Выглянула в открытое окно. Времени на особые раздумья не было. Было высоко, страшно и лето. С высоко и страшно, вопрос решился быстро. Арахнид закинул меня себе на спину, и побежал вниз по стене. Не орала только потому, что быть обнаруженной было страшнее, чем рассекать по отвесной стене верхом на огромном тарантуле.

План выбраться на улицу был успешно осуществлен. А что дальше? Дальше было огромное просматриваемое поле и кромка леса на горизонте. Не знаю, может быть, был и другой выход. Но сейчас я его не видела. А лес мне показался спасением. Еще раз с удивлением обнаружила катану у себя в руке. И смирившись с ее присутствием в моей жизни, решила бежать в лес. Паук был не против. Заверил, что там у нас больше шансов затеряться. И даже выжить. По крайней мере, у него точно. А я уже не могла оставить этого мелкого гада без присмотра. Похоже, вот так странно во мне пробудился материнский инстинкт. Или, это существо просто стало первым настоящим якорем в этом пугающем меня мире.

Бежали быстро. Насколько это позволяли мои мышцы. Уже добежав до половины поляны, я обернулась, чтобы оценить всю трагичность ситуации. Нас, естественно обнаружили. Но, преследователь был еще далеко. Поэтому я поднажала. Арахнид старался идти вровень со мной. Хотя, подозреваю, что он на своих лапках уже давно бы смог укрыться под сенью деревьев. Лес становился все ближе. И преследователи тоже. Теперь до меня доносились встревоженные голоса.

— Ссссстой! Нельсссссзззяяяя!

— Нееет!

— Остановитесь!

Но мы бежали. Шаг. Еще один. Я уже была готова плеваться легкими. Но еще пара метров. Шкурой чувствовала, как змей начал превращаться.

— Быстрей Матрешка! — Бросила паучку. Хотя, так скорее подгоняла себя, чем его.

Еще метр. И воздух как — будто дрогнул, заискрился, и босая нога ступила на мягкий мох. Еще через пару шагов услышала громкий «БАХ!». Будто что-то огромное врезалось в стену. Мы с арахнидом обернулись. Огромный змей врезался в прозрачную стену.

«Силовой барьер». — Пояснил Валера. — «Они сюда не войдут».

И действительно. Пять существ разных рас, злющий наг в боевой форме и красавица в черном платье стояли у кромки леса. Мужчины что-то кричали. Просили вернуться. Обещали любовь, защиту, деньги. Наг молча смотрел на меня. С тоской. С тревогой. Он знал, что не выйду. А я смотрела на этого странного и безумно красивого мужчину. Теперь, чувствуя себя в безопасности, даже его хвост почти не пугал. Наоборот. Что-то внутри даже восхитилось его силой и грацией. Мужчина жестом показал на меня, а потом приложил руку к сердцу. Почему-то этот поступок показался мне таким сакральным. Почти интимным. Я слегка поклонилась ему, а потом повернулась и рысью бросилась вглубь леса. Потому что теперь испугалась еще больше. Себя. Нахлынувшей нежности к змею. Хотелось побыстрее сбросить это наваждение и вернуться в реальность. Там, где я все еще почти голая, босая, но уже свободная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 5.

За несколько дней до аукциона. Дом «Великих нагаатов». Планета «Вешнената».

Ранним утром в малой столовой императорского дворца, за завтраком, собрались все члены правящей семьи. Это было, единственное время, когда император и императрица могли уделить время своим близким. Трое сыновей, двенадцать их побратимов, две невестки. В эти два часа, их персонального рая, никто не смел вмешиваться: ни слуги, ни дела государства, ни очень важные гости. Об этом знали все жители империи нагаатов. Знали и уважали эту маленькую блажь любимой императрицы.

Императрица Сахали в эти часы из весомой политической фигуры превращалась в любящую мать и любимую жену. Император наслаждался покоем, а их грозные сыновья вспоминали о том, на чем должна строиться настоящая любящая семья. И, пытались привнести эти традиции уже в свой дом. Сахали с теплой улыбкой наблюдала, как старший сын бросает игривые взгляды на молодую жену. И как его побратимы понимающе ухмыляются. Молодая змейка Салима, со своими пятью мужьями, появилась в их семье совсем недавно. Веселым нравом и какой-то детской непосредственностью, она пленила всех домочадцев. Сейчас змейка так мило смущалась и отводила глаза, что вызывала улыбку почти у всех присутствующих за столом. Только второй сын императора Шахаса и по совместительству глава императорских «призраков» ничего не замечал. Принц Асшарих был этим утром задумчив и рассеян. Под глазами нага залегли темные тени, в одежде не было привычных лоска и строгости.

Состояние сына и Сахали, и ее супруг заметили сразу. Но, решили не акцентировать на этом внимание за завтраком, чтобы не огорчать жен двух других сыновей. Император Шахас боялся, что состояние принца может быть связано с работой. А эта информация не предназначалась для нежных ушей самочек. Лишние нервы в доме ни к чему. Когда нагини удалились по своим делам, Шахас пригласил сыновей и их побратимов в свой кабинет. И это был тот уникальный случай, когда императрица, без спроса, присоединилась к ним.

— Сын, что с тобой? — Открыто, без лишних церемоний спросила Сахали своего среднего сына.

Асшарих

Скрыть что-то от матери было невозможно. Если отец еще мог принять мое состояние за усталость, все-таки глава императорских призраков не самая простая должность, то мать не проведешь. Она видела всех нас насквозь. Но сейчас я сам был растерян. Несколько дней назад змей почувствовал, что грядет время встречи со своей Кевали. И это было, мягко говоря, шоком.

Нагааты, особенно правящего рода, всегда чувствуют рождение своей пары. А потом, когда приходит время, и связь закрепляется, змей начинает стремиться на встречу единственной. Так было у отца. Так было у братьев. Конечно, пара рождается не у всех. И тогда закон не запрещает заключить союз по сговору. До недавнего времени это был мой вариант. Моя Кевали не была рождена. Оставалось только заключить выгодный, с политической точки зрения, брак. К императору уже начали заглядывать отцы достойных дочерей в надежде породниться. Особо предприимчивые представляли нагинь мне лично, или подстраивали «случайные» знакомства. Но змей был против. Он не брезговал случайными связями для снятия физического напряжения, но брать под защиту постороннюю самку категорически отказывался. Не могу сказать, что меня это угнетало.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Братьям повезло встретить достойную пару. Их жены были не слишком капризны, и, наверное, любили всех своих мужей. Хотя, сам я не хотел бы делить жену с побратимами. Уж лучше тогда гордое змеиное одиночество. А желающие скрасить постель второго принца всегда найдутся.