По следам исчезнувших - Лена Александровна Обухова

Андреевна Мельник. Все ограничилось взаимными оскорблениями и демонстративным уходом Колосова из проекта. На следующий день, разгромив подготовленный к съемкам корпус, он просто уехал. Прибывшие в лагерь полицейские лишь развели руками и уговорили администратора съемочной группы не писать заявление, поскольку подобная выходка тянула максимум на мелкое хулиганство. Оно грозило Колосову небольшим штрафом, в крайнем случае — арестом на пятнадцать суток. И кто знает, может быть, в этом случае последовавшей за этим трагедии удалось бы избежать.

Маша почувствовала на себе взгляд и повернула голову: на нее смотрел Стас. Но как только понял, что его интерес обнаружен, он тут же отвернулся.

— Вполне возможно, неделю спустя, когда в лагере осталось всего десять человек, Колосов вернулся, чтобы поквитаться с Лапиным, — мрачно продолжала между тем Элиза. — Мельник тоже могла быть целью слетевшего с катушек Колосова, а двое других актеров, скорее всего, стали случайными жертвами, как и все остальные, кто находился в тот момент в лагере. В пользу этой версии говорит то, что домой Колосов так и не вернулся, вероятно, пустившись в бега. Он до сих пор находится в розыске по подозрению в убийствах. Но действительно ли его исчезновение является признанием вины? Ведь есть и другая версия случившегося.

Элиза мастерски сменила выражение лица с печального на заговорщицкое и продолжила уже немного другим тоном, словно обсуждала с подругой пикантные слухи об общей знакомой:

— Есть основания предполагать, что причиной трагедии мог стать сформировавшийся во время съемок любовный треугольник. Некоторые участники, благополучно вернувшиеся домой с основной частью группы, высказали предположение об отношениях, завязавшихся во время работы над сериалом между Лапиным и исполнительницей главной женской роли — Юлией Александровной Смолиной. Но также известно, что она уже некоторое время состояла в романтических отношениях со своим партнером по съемкам — Николаем Витальевичем Беркутом…

— Так, стоп! Стоп! — крикнул Леонид Сергеевич, а Маша невольно поморщилась, тоже уловив оговорку. — Он не Витальевич, а Витольдович!

Элиза в ответ на это только страдальчески запрокинула голову и выразительно зарычала.

— Да какого черта! Зачем вообще эти громоздкие полные ФИО при первом упоминании? Кому это надо? Отчествами уже давно никто не пользуется в обычной жизни!

— Вообще-то, мы снимаем фильм в память об этих людях! — с нажимом заявил Леонид Сергеевич, повышая голос. — Их имена важны!

— Но у нас же будут подробные анкеты персонажей, — напомнила Элиза. — Там будут и фото, и ФИО…

— И при монтаже мы будем переходить к этим анкетам как раз после первого упоминания участника событий, — пояснил свою задумку Леонид Сергеевич. — Ты говоришь: «Главной целью неизвестного злоумышленника был исполнитель роли антагониста — Вадим Алексеевич Лапин», а дальше пойдет врезка: «Вадим Алексеевич Лапин, тридцать шесть лет, актер. Закончил то-то, снимался там-то, женат, детей нет…» И все такое…

— Объясните, что изменится, если я скажу: «Исполнитель роли антагониста — Вадим Лапин», а дальше вы сделаете свою врезку с полным ФИО? — не сдавалась Элиза.

— Я ничего не должен тебе объяснять!

— А я не буду все это заново повторять!

Леонид Сергеевич явно хотел бросить в сердцах что-нибудь типа: «Ну и катись к черту!», но потом, видимо, вспомнил, кто спонсирует съемки и платит ему гонорар, и прикусил язык.

— Все повторять не обязательно, — вклинился Никита. — Можно сменить позицию, чтобы был другой фон, например, снять Элизу на крыльце домика, как бы приближаясь к месту событий… И там уже начать со слов «есть основания предполагать…» То есть как бы визуально отделить первую версию событий от второй. Не так статично получится. Третью версию можно попробовать внутри снять…

— Нам все равно нужен второй дубль, — хмуро возразил Леонид Сергеевич.

— Да зачем? Она прекрасно все сделала с первого, — вступился за работу Элизы Родион.

Леонид Сергеевич обвел всех недовольным взглядом и задержал его на Маше, как бы спрашивая ее мнение.

— Думаю, нет смысла повторять то, что и так получилось хорошо. У нас не так много времени. Того и гляди дождь пойдет.

— Ладно, — вздохнул Леонид Сергеевич. — Давайте переместимся на крыльцо для рассказа о второй версии. Но я все же прошу, Элиза, называть героев нашего фильма, как указано в сценарии — в первый раз по полному ФИО. И запомни, что Беркут Витольдович, а не Витальевич.

— Да как скажете, — буркнула Элиза и жестом поманила к себе телохранителя с чаем и сценарием.

Во второй раз она уже ничего не перепутала, а самое главное — ни в ее голосе, ни на лице не осталось и следа недовольства, вызванного перепалкой с режиссером. И Леонид Сергеевич на этот раз крикнул «Стоп! Снято!» с удовлетворением, а не с досадой.

— Теперь давайте посмотрим, получится ли снять что-то внутри, — весело заявил Никита и нырнул в домик, прихватив с собой камеру.

Стас скользнул за дверь следом, за ним вошли Элиза с телохранителем и Маша. Последним в дом направился Родион, а Леонид Сергеевич остался сидеть в своем режиссерском кресле, снова что-то помечая в сценарии.

— Интересно, следы крови тут остались? — с затаенной надеждой поинтересовался Никита, углубляясь в коридор в поисках нужной комнаты. — Для фильма кадры с ними пригодились бы…

А Элиза, включив запись на смартфоне, дернула первую попавшуюся дверь. Должно быть, она хотела снять немного контента для своего канала, но, очевидно, нашла нечто большее, поскольку громко охнула и попятилась, чуть не вжавшись в итоге в Илью Владимировича.

— Охренеть просто…

— Что там такого? — заинтересовался Родион, пытаясь тоже заглянуть в комнату.

— Куклы, — равнодушно объявил Стас, оказавшийся к открытой двери ближе других. — Надо же, до сих пор здесь сидят…

— А кто их уберет-то? — справедливо заметил Илья Владимирович, утешающе погладив Элизу по плечу.

Маше не очень-то хотелось смотреть на кукол, ей хватило этого зрелища год назад, но она все равно зашла в комнату.

Маленькие разрисованные лица уставились на нее. Некоторым куклам пришлось повернуть головы под неестественным углом, отчего они смотрелись еще более зловеще.

— Они сидят здесь не с прошлого года, — тихо заметила Маша вдруг охрипшим голосом.

— Почему это? — нахмурился Стас, тоже подходя поближе.

Вскоре в небольшом помещении оказались все шестеро, с любопытством разглядывая инсталляцию. Никита так даже принялся ее снимать.

— Вы помните, как они сидели здесь тогда? — предположила Элиза.

Маша покачала головой. Конечно, она не помнила таких деталей. Тогда для нее все было как в тумане, а от вида этих кукол у нее вовсе едва не случилась истерика.

— Но я точно знаю, что их было десять. А этих восемь.

— Как нас, — добавил Стас то, что она не стала произносить вслух.

Глава 6

В комнате мгновенно стало очень тихо,