Мы купили книжный магазин - Хартлиб Петра

В девятом районе есть прекрасный книжный, который за последние годы несколько раз переходил из рук в руки. И каждый раз, когда мы прогуливаемся или проезжаем мимо него на трамвае, то заглядываем внутрь. Огромные витрины, деревянный пол, стеллажи до самого потолка, немного книг, мало света, не очень убрано.

— Мы ведь не хотим второй магазин?

— Нет, мы не хотим второй магазин.

— Да, и я не хочу, но такое хорошее помещение. И так близко к Штрудльхофштиге.

Ах, вот откуда дует ветер. Тем не менее мой муж ищет предлоги, чтобы пройти мимо Штрудльхофштиге, и это в рабочее время.

Книжный магазин действительно хорош, но он не продается, а у нас нет ни денег, ни времени, и он все равно слишком большой.

В дождливый воскресный весенний день Оливеру приходит в голову идея разузнать через кого-либо, не думает ли нынешний владелец о продаже. Это может сделать мой родственник из Тироля, он работает финансовым консультантом, ему не будут звонить, как нам, никто не узнает, что это мы, и ни к чему не обязывающий запрос ничего не стоит. Мы разговариваем по телефону, родственнику идея кажется забавной, и мы обещаем сообщить ему на следующей неделе имя и адрес нынешнего владельца, чтобы он написал ему письмо.

Через три дня на чтении в нашем книжном магазине. Снова милая представительница издательства. После формальной части она заговорщицким жестом машет мне рукой:

— Вам точно не нужен второй книжный магазин?

— Нет. А что?

— Вы бы могли купить тот, что в девятом районе, ну вы знаете, такой красивый.

Так и быть, напрямую. Мы звоним владельцу, который считает, что этот книжный магазин подходит под концепцию нашей компании гораздо лучше, чем под его собственную. Да, но в чем заключается концепция нашей компании? Большое количество книг на небольшом пространстве, много сотрудников, которые прилагают все усилия, чтобы продать каждую книгу. Его концепция скорее противоположная. Мало книг, только бестселлеры, и те в удобных стопках, и всего один сотрудник ко всему прочему. Возможно, именно так он зарабатывает, но это работает не во всех районах. В книжном должно быть много книг, много людей, много сотрудников-энтузиастов. На этом, как правило, зарабатывают меньше денег, зато с удовольствием. И обычно весело!

Мы довольно быстро соглашаемся, но готовы взять магазин только при одном условии: у Роберта, строителя, должно быть время на ремонт. Достаточно одного осмотра, и, конечно, у него находится время. И идеи, и, как мы уже знаем, нужные мастера. На этот раз Оливер отправляется в банк один, денежный заем стал привычным делом. Во вторник в девять утра передают ключи, в половине десятого мастера уже ждут у дверей: плотник из Штирии, слесарь из Каринтии, гипсокартонщик из бывшей Югославии и электрик из Вены. Пока предыдущий хозяин выносит последние лампы и мебель, они уже разбирают потолок, а электрик даже начинает прокладывать кабель.

Поскольку мы можем с полной уверенностью оставить черновую работу мастеру, то приступаем к созданию бизнес-плана. Этот книжный магазин в два раза больше первого: что и как мы хотим здесь продавать, кто будет работать, сколько людей нам нужно и где их взять?

У нас есть симпатичная коллега, Сильвия, итальянка, мы почти ничего о ней не знаем, только то, что она любит ходить на вечеринки и ужины для книготорговцев, потому что именно там мы с ней познакомились. Год назад она поделилась с нами мечтой всей своей жизни: она хочет открыть итальянский книжный магазин в Вене. Вместе с подругой. Они посмотрели несколько помещений, сделали кое-какие расчеты, но не знали, за что взяться.

Достаточно одного телефонного звонка, где произносятся волшебные слова «новый книжный магазин», «итальянский отдел», «полный рабочий день», и она сразу же соглашается.

На ум приходит еще один друг, с которым мы уже давно знакомы, он в курсе всех окололитературных событий в Вене. С ним весело, но не всегда легко, зато у него спокойная жена, которая продавала книги. С тех пор как закрылся последний магазин, где она работала, она сидит дома, потому что ей за пятьдесят и «трудно устроиться». Она тоже соглашается.

В нескольких минутах ходьбы от нового места уже несколько десятилетий существует французский книжный магазин, и кто-то сообщает нам, что он закрывается.

Он находится рядом с Французским лицеем, спрятан в здании, которое каким-то образом тоже принадлежит школе, но мне ни разу не доводилось там побывать. Мы знакомимся с седобородым книготорговцем, который сидит в своем уже немного опустевшем книжном, обводит его усталым взглядом, курит «Голуаз» и пьет черный кофе. Он выглядит так, будто учился вместе с Сартром или Камю, и, вероятно, так оно и было. Здание, в котором находится его магазин, планируют перестраивать, и ему нужно освободить помещение, кроме того, он уже в пенсионном возрасте. Так что отныне наш новый книжный магазин находится по соседству с французской школой, и французский отлично сочетается с итальянским. Мы покупаем несколько коробок книг из его запасов, они слегка пахнут сигаретами и имеют определенный уклон в сторону философии. Старый книготорговец бросается в объяснения, как сложно приходится французскому книжному рынку, как ненадежны лицеисты, как требовательны французские покупатели и что нам все равно не удастся импортировать книги из Франции. Ведь это не так просто, как с немецкими, утомительный процесс, сроки доставки большие, а почтовые расходы огромные. Но нас это только мотивирует, и мы быстро решаем создать французский отдел в дополнение к итальянскому.

Так получилось, что у Сильвии есть подруга, которая занимается книготорговлей и изучала романские языки, поэтому прекрасно говорит по-французски. К сожалению, она работает в небольшом книжном магазине, где ее все устраивает, и, кроме того, сейчас она в длительной командировке, а значит, мы не можем пригласить ее и лично убедить, что с осени она должна работать у нас и что мы самые лучшие начальники. Сильвия посылает ей имейл, и после возвращения франкоговорящая подруга оказывается за нашим кухонным столом. Мы описываем свое рабочее предложение. Она не проявляет особого энтузиазма, не хочет принимать решение спонтанно и просит время, чтобы все хорошенько обдумать. Выходные проходят в напряжении. Книжному магазину с солидным французским отделом нужен франкоговорящий продавец книг. Их не то чтобы как песку морского, и другого плана у нас нет. Через два дня она звонит. И соглашается.

Давным-давно к нам на работу пыталась устроиться француженка. Настоящая. Я точно помню и нахожу подтверждение в толстой папке с резюме. Тогда ее заявка привлекла наше внимание — французское имя, классная фотография, стюардесса в декрете, которая хотела бы продавать книги. Я звоню и приглашаю ее на собеседование. Она милая и с приятным акцентом. На мой вопрос, как именно она представляет себе работу с еще совсем маленькими детьми, она лаконично отвечает: «Что вы, pas de problem. Я ведь француженка». Через десять минут она получает место у нас. Пусть она и не продавец книг, но она француженка, а остальному научится.

Команда приступает к работе с большим энтузиазмом. Пока мастера трудятся на полную катушку, мы просматриваем французские и итальянские книжные каталоги, пытаемся наладить контакты с носителями языка, обзванивая всех подряд, и выяснить, как доставлять книги из Франции и Италии в Австрию. Ведь это не может быть так сложно, в конце концов, мы все в Евросоюзе! Но это сложно: требует много времени и денег. Две-три недели из Франции в Австрию, и если ускорить доставку, то почтовые расходы превысят стоимость книг. Тем не менее мы все пребываем в хорошем настроении, заказываем новинки и важные книги из бэк-листа, и когда я держу в руках «Очень голодную гусеницу» и «Бабушку на яблоне» на итальянском языке, то меня охватывает гордость за свой международный книжный магазин. Дракончика Кокошу у нас теперь называют Nocedicocco, а роман Даниэля Глаттауэра получил название Quand souffle le vent du nord.