Гарри Поттер и заклятье смерти (СИ) - Риндевич Константин

Хотя сказать об этом он мог и более прямо, на взгляд Поттера.

— И это ещё одна причина, почему Северусу Снейпу стоит оставаться на своём месте.

Гарри моргнул. Директор хочет использовать зельевара против Волдеморта? Нет, если дядя правильно оценил Снейпа, то тот хоть и не любил отца и был бы рад прибить однажды, но ненавидел он именно тёмного мага. В конце концов, выйдя за Поттера-старшего, мама оставалась жива, и кто знает, как можно было повернуть историю. А вот смерть уже никак не обратить, и Снейп никогда не простит этого даже своему господину.

— Вы считаете, Волдеморт ничего не поймёт?

— Нет, — с какой-то грустью покачал головой профессор Дамблдор, — если я что-то и понял в противостоянии с ним, то это, что он не в состоянии осознать саму концепцию любви. Увы, я не могу выяснить, с чем это связано — для этого надо углубляться в историю самого Волдеморта, что невозможно.

— Почему? — удивился Гарри, для себя отметив, что они опять куда-то свернули с темы Снейпа. Не чтобы он мог вести разговор, скорее вставлял нужные слова в правильные места. — Разве он не учился в Хогвартсе?

— Да, это так, — согласился директор. — Я даже могу вспомнить, что это я привёл его в мир магии. Увы, почти ничего кроме этого, хотя я искушен в магии работы с разумом. Однажды он просто запечатал своё имя, и теперь лишь он сам может открыть его, насколько я смог разобраться.

— Ритуал вроде того, из-за которого меня все забыли? — предположил Гарри. Рубеус наверняка помнил и этого человека, но знал ли он, кто стал Волдемортом? Да и сомневался мальчик, что Хранитель Ключей хранил в своей памяти имена прямо всех учеников Хогвартса.

— Возможно, — кивнул профессор Дамблдор. — И тут я должен извинится перед тобой, Гарри. Так вышло, что я собирался оставить тебя у маглов ненадолго, пока не удастся разобраться хотя бы с основными проблемами. Было опасно оставлять тебя с кем-то из магов, пока столько Пожирателей на свободе. И уж тем более не стоило на месяцы оставлять тебя в Запретном Лесу с Хагридом. Сестра Лили была лучшим вариантом хотя бы на пару лет.

— Вы хотите забрать меня? — напрягся Гарри. Не то чтобы он надеялся даже сбежать, если старик решит ему помешать.

— Нет, — покачал головой директор. — Даже если бы хотел, и даже если бы тебе не так повезло с ними, сейчас это было бы уже невозможно. Я не смог разобраться за месяц, что точно произошло, как и почему заклятье Лили, магия защиты наследника от Поттеров, неизвестный сейчас ритуал и мои действия так смешались. Понятен лишь итог — до совершеннолетия ты будешь с ними в безопасности, почти такой же, что может обеспечить Хогвартс.

— Хуф, — облегчённо выдохнул Гарри, поняв, что забирать от семьи его не собираются, по крайне мере, в ближайшие годы. А там со временем уже можно будет разобраться. Тут его мозг обработал остальную часть речи директора. Ну, понятную часть. — Вы знаете о заклятье мамы?

И тут же понял, что ляпнул не подумав наперёд. В конце концов, даже если директор знал о заклятье не означает, что это было точно за заклятье. И уж тем более о информированности самого Поттера директор мог только догадываться. Профессор Бабблинг не успела бы ему ничего рассказать, даже если собиралась, в чём Гарри сомневался.

— Я не мастер в рунах, но узнать их могу, — при этих словах мальчик машинально потёр шрам. И отметил, что явную оговорку профессор Дамблдор проигнорировал. — Лили использовала их для твоей защиты, но это всё, что я могу сказать после изучения дома твоих родителей. С ритуалом же ясности даже меньше. Лучшее моё предположение — Поттеры создали защиту для своего наследника на случай, если он останется в одиночестве. Хотя мне не доводилось слышать о подобных ритуалах в этой семье.

Гарри хотел заметить, что профессор Флитвик считал автором ритуала именно маму, но остановил себя. Пожалуй, об этом будет лучше спросить именно декана Равенкло, когда у него будет время.

— Моя семья меня полностью устраивает, — решил вернуться к прошлой теме Поттер. — И рад, что всё так сложилось. Так что вам не стоит извиняться.

— Хорошо, — кивнул профессор Дамблдор. — Позволь ещё вернуть тебе одну вещь. Она принадлежала твоему отцу.

Директор положил на стол сверкающую серебристо-серую ткань. Кажется, она лежала в одном из ящиков его стола.

— Это мантия-невидимка твоего отца, — старик подтолкнул ткань к Гарри. — Я нашёл её, когда пытался разобраться, что случилось в твоём доме. Лежала рядом с твоей кроваткой. Ума не приложу, почему твои родители не использовали её, чтобы сбежать от Волдеморта… Я решил, что лучше будет вернуть её тебе, когда ты подрастёшь, чем оставлять валяться там, где кто-то может соблазниться и стащить.

— Спасибо, сэр, — принял странную вещь Гарри. — А что это вообще такое?

— Если ты накинешь её, то тебя будет невозможно увидеть, — объяснил профессор Дамблдор. Не то чтобы от этого стало как-то понятнее, но хотя бы понятно, откуда начинать исследования.

Ткань была мягкой, и почти прозрачной, если развернуть и посмотреть на свет. В темноте, наверное, вообще не видно. Это было интересно.

"Лежала рядом с твоей кроваткой" — подчеркнул зачем-то директор.

"…запутался ещё в чём-то помню, будто в паутине…" — мельком заметил Рубеус, когда рассказывал, как забирал его из разрушенного дома Поттеров. Подумать только, это было только утром!

Интересное совпадение, которое вряд ли было просто совпадением. Осталось понять, а что из этого следовало-то?

— Она какая-то особенная? — решил всё же спросить Гарри.

— Не знаю, — пожал плечами директор. — Разве что обычные мантии быстро изнашиваются, а это, как я слышал от Джеймса, семейное наследие. Кто знает, как Поттеры смогли улучшить обычное зачарование? Я не изучал мантию, только хранил, пока не придёт время вернуть её тебе.

— Спасибо, сэр, — искренне поблагодарил мальчик.

— Но мы отдалились от основной темы нашего разговора. Стоит всё же решить, как разрешить дела с профессором Снейпом, — как ни в чём не бывало сказал профессор Дамблдор.

Гарри искренне не понимал, почему именно это вдруг стало их основной темой — он вообще не понимал, о чём они говорят, перескакивая с одного на другое. Не то чтобы его кто-то спрашивал, не так ли?

Ещё сильнее его смущала формулировка директора. Звучало, будто именно он, Гарри, пусть и вместе с профессором Дамблдором, решал судьбу Снейпа. Что это было? Грубая лесть ребёнку? Реальная позиция директора, основанная на славе Мальчика-Которой-Выжил, которой Поттер пока вообще не собирался пользоваться? Какая-то проверка для фиктивного победителя Волдеморта? Просто маразм старика?

Ага, особенно верилось в последнее, конечно-конечно.

Впрочем, если уж и сам Снейп не хочет учить детей зельеварению, а выгонять его совсем было бы глупым, то остаётся всего один логичный вариант.

— А почему не нанять Снейпу ассистента, пусть и не мастера? Который бы преподавал бы у младших курсах? А там и посмотреть можно, как пойдёт, — говоря эти слова, Гарри чувствовал, что его мозг отчаянно чешется. Он не мог отделаться от чувства, будто читает по невидимой бумажке, полученной от директора.

— Неплохая мысль, — благосклонно принял идею — свою, как пить дать! — профессор Дамблдор. — Думаю, что смогу убедить в необходимости такого шага Попечительский Совет и Министерство. Есть несколько неплохих претендентов. Действительно, это выход. Благодарю, Гарри. У тебя ещё остались вопросы? Я и так надолго задержал тебя.

Мальчик в ответ выразительно посмотрел, но возражать не стал. Его больше не давал покоя другой момент.

— Вы упомянули магию работы с разумом. Вы много мне сегодня рассказали, особенно про Снейпа. Разве это не опасно? Волдеморт или кто-то из его приспешников не владеет такой же магии? Никто не сможет прочитать мой разум, особенно такую опасную информацию?

— Ум — не книга, которую можно прочитать, — ответил директор, чуть нахмурившись. Наверное, кто-нибудь на месте Гарри и поверил, что старик только сейчас спохватился об этом вопросе. — Но ты прав, Волдеморт тоже мастер легилименции, и при желании сможет вытащить всё, что угодно, из твоего разума. Если ты конечно, не сможешь его защитить… Хм. Пожалуй, стоит обучить тебя окклюменции. К сожалению, мастеров этого направления не так много, и будет лучше, если я займусь этим сам.