Три мгновения - Nata Malfoy

- Не беспокойся, мой милый, я не причиню тебе боли, - глаза Волдеморта сверкнули красным огнем, и он закончил:

- Я лучше посмотрю, как это сделают другие. Беллатриса! - он обернулся к волшебнице, стоявшей в нескольких шагах от Малфоя. - Позови сюда Нотта. Насколько я помню, ему всегда нравились красивые мальчики.

Волдеморт снова повернулся к Драко.

- Теперь все зависит только от твоего врага или… - кровавые глаза снова сверкнули, - любовника? Мне не доставляет удовольствия портить твое хорошенькое личико, но у меня нет выбора, - Лорд развел руками. - Можешь попросить Поттера, только он в силах остановить это.

Драко отступил к стене, но не проронил ни слова, когда к нему шагнул высокий мужчина, который смотрел глазами вампира, почуявшего свежую кровь.

- Нотт, можешь делать с этим мальчишкой все, что тебе угодно. Одно условие: он должен кричать, - сказал Волдеморт и обернулся к Гарри:

- Мне кажется, это заставит нашего героя-спасителя передумать, - он ухмыльнулся гриффиндорцу и добавил:

- Да, и побольше крови, Нотт.

Гарри закрыл глаза и попытался сосредоточиться на мысли о том, что НЕ МОЖЕТ предать волшебный мир. А ведь если он сейчас согласится на эту ужасную сделку с Волдемортом, то сделает бесполезными смерти стольких волшебников. Своих друзей. Своих родителей.

Он мгновенно широко распахнул глаза, услышав, как Драко вскрикнул.

Блондин отступал к стене до тех пор, пока Нотт не прижал его к ней. В ту же секунду на запястьях защелкнулись наручники, приковывая его к стене так, как Гарри. Мелькнула и обожгла мысль: «Что же пришлось пережить Поттеру?..»

В это время Нотт разорвал на нем рубашку, оставив царапины от ногтей на нежной коже груди. От неожиданности Драко вскрикнул, и перед его мысленным взором невольно промелькнула будто забытая, отодвинутая на задворки сознания картина, где вот так же на ком-то рвали одежду. На Малкольме?..

Поттер поднял голову, и теперь смотрел на Драко затуманенными глазами, которые были до краев наполнены болью. И Малфой, точно так же, как Гарри чуть раньше, понял, что эта боль вызвана не физическими муками, а невозможностью спасти его, Драко.

Пока Пожиратель срывал с него последнюю одежду, Малфой смотрел на гриффиндорца. Поттер тоже не сводил с него глаз, и на щеках у него выступил румянец, когда Драко оказался совершенно обнаженным.

Нотт глухо зарычал - видимо, ему тоже пришлось по вкусу тело Малфоя. Наклонившись, Пожиратель прошипел:

- В прошлый раз такой красивый мальчик умер прежде, чем я успел насладиться. Но в этот раз Фенрира здесь нет, и ты - мой!..

Драко с тихим стоном выдохнул, когда на его шее сомкнулись зубы, вырвав кусочек снежно-белой кожи. «Не хочу, не хочу!» - надрывалось сердце, а в памяти одно за другим всплывали воспоминания о Малкольме, которые тщетно было пытаться забыть - такой сильный ужас не стирается даже Заклятием Памяти. Малфой сжимал кулаки все крепче, изо всех сил стараясь не закричать, когда изверг расцарапывал его тело.

Нотт терзал его, рвал зубами белую нежную кожу на шее, груди, животе, Драко был напряжен до предела, но не издавал ни звука. Он видел, Гарри порывается что-то сказать Волдеморту, и одними губами шептал, хоть знал, что Гарри не услышит: «Не смей этого делать!»

Пожиратель смерти увидел это, схватил пленника за плечи и ударил головой о стену, вырвав у него едва различимый стон. Снова притянув блондина к себе, Нотт злобно прошептал:

- Сейчас ты будешь у меня кричать! Никакая боль не бывает сильнее этой! - и он поднял лежавшую рядом тонкую трость, наконечник которой был усыпан мелкими острыми шипами. Потом провел ею по телу Драко, словно проверяя остроту шипов и остался удовлетворенным, увидев красные дорожки крови на груди юноши.

Драко вздрогнул от мысли, зачем бы его мучителю понадобилась эта трость, и дернулся, безуспешно пытаясь вырваться. Нотт только гнусно рассмеялся и развел ноги Малфоя в стороны. В следующее мгновение наконечник трости оказался у Драко внутри.

* * *

…Он не будет кричать... Он не должен позволить Гарри согласиться на это. Поттер может не понять, что происходит, ведь его очки свалились на пол, а Драко заслонил Нотт. Главное - не упасть в обморок: гриффиндорец не сможет не заметить, как тело Драко повиснет на цепях…

Это не было похоже даже на изнасилование. Закусив губу, и почти теряя сознание от боли, Малфой подумал, что, если переживет это, то не будет больше ничего чувствовать. Он подозревал, что его ноги все в крови, и молил Бога о том, чтобы Волдеморт забыл, что без очков Гарри ничего не видит. Драко и сам уже видел все в тумане от невыносимой боли и слез, которые стояли в глазах и стекали по щекам, капали на грудь и смешивались с кровью.

Острые, как иглы, шипы разрывали изнутри его тело, а Нотт стал поворачивать трость… В глазах Драко окружающий мир заволокся багровым туманом, внутри, казалось, все пожирал огонь, но блондин молчал. Сил не хватало даже на крик…

Тогда его мучитель резко дернул на себя и вверх.

У Драко перехватило дыхание. А Нотт, увидев еще больше побелевшее лицо Малфоя, сделал так еще раз.

Страшный крик разорвал застывшую тишину подземелья, отразившись от стен, и несдерживаемой волной хлынул к Гарри…

* * *

Гарри заставлял себя не смотреть на то, что происходило у противоположной стены. Без очков он различал только силуэты, но не в меру услужливое воображение рисовало такие картинки, от которых сердце готово было остановиться. Но Драко молчал, и мальчик заставлял себя думать, что слизеринца пока только пугают. Гарри понимал, что сейчас совершенно не время мечтать и размышлять об этом, но какое тело было у Драко!.. Все, что не видел Поттер, живо дополняло его воображение. И мальчик со стыдом почувствовал, как его лицо заливает жаркая краска.

Наблюдая, как Нотт рвет на Драко тонкую шелковую рубашку, Гарри не мог удержаться от мыслей, как он сам раздевал бы слизеринца - медленно, едва касаясь, слегка лаская нежную кожу пальцами…. Мальчик и не представлял себе, какую боль ему может причинить только то, что с Малфоя так грубо срывают одежду.

Гарри убеждал себя, что жизни слишком многих людей поставлены на карту, и это перевешивает жизнь Драко…

Но вдруг блондин закричал так, что сердце гриффиндорца чуть не оборвалось. Он рванулся вперед, забыв о том, что прикован к стене. От страха за Малфоя он не мог произнести ни слова.

Тут же рядом оказался Волдеморт.

- О, Гарри! - воскликнул он. - Какое чудовищное упущение! Я забыл о твоих очках! - маг поднял их и, произнеся: «Окулюс репарум!», надел на Гарри.

- Как тебе эта картина? - поинтересовался Волдеморт, указывая кивком головы на Малфоя и Нотта. - Теодор, повтори еще раз то, что ты сделал только что. Специально для Гарри.

- Нет! - закричал Гарри, еще до конца не осознавший, почему пол с той стороны такой красный.

- Non... - застонал Драко, задыхавшийся от боли, но стыдившийся признаться в своей слабости перед Поттером. - Je... ne peux pas plus... (Нет… Я… не могу больше…)

- Ну что, Гарри? - спросил Волдеморт, поворачиваясь к гриффиндорцу. - Ты уже передумал или будем дальше проверять степень выносливости мистера Малфоя? А надо отдать должное, он долго держался, - с неким удивлением и даже уважением заметил Темный Лорд, обернувшись и взглянув на светловолосую голову, почти безжизненно упавшую на плечо.

- Я согласен на все твои условия, - хрипло сказал Гарри, не желая думать о Дамблдоре, учениках Хогвартса и других волшебниках, большинство из которых теперь ждала смерть. Сейчас для него из всего мира существовал только Драко, такой прекрасный и такой измученный…

- Теодор, оставь его, - приказал Волдеморт, и Нотт неохотно отошел от своей жертвы.

- Только пообещай, что отпустишь его в Хогвартс! - твердо потребовал Гарри. Глупо было брать обещания с Волдеморта, но у мальчика не было выхода, и он надеялся на то, что у мага еще осталось представление о чести волшебника.

- Отпустишь НАС в Хогвартс, - произнес тихий голос, выделив слово «нас». - Ты понял, Волдеморт? - освобожденный, и уже успевший, насколько это было возможно, залечить раны Малфой сидел на полу возле стены и держал в руках свою волшебную палочку, которую Беллатриса неосмотрительно бросила.

Волдеморт даже не удостоил его взгляда.

- Неужели ты думаешь, у тебя хватит магической силы убить меня? - и он расхохотался.

- Нет, - глаза Драко сверкнули. - Но ее будет достаточно, чтобы убить себя, и тебе нечем будет шантажировать Поттера, - и блондин поднес палочку к своему горлу. - Я жду ответа.

- Хорошо, - было заметно, какого труда стоило Волдеморту сказать это слово. - Гарри, теперь твоя очередь.

Лорд взмахнул палочкой и цепи соскользнули с рук Гарри. Гриффиндорец, пошатываясь, шагнул вперед и протянул руку.

- Бери, сколько тебе нужно.

Волдеморт подвел его к столу и, придерживая руку мальчика над серебряной чашей, сделал надрез на предплечье. Гарри только вздрогнул, когда холодный металл глубоко вонзился в его кожу. Кровь быстро наполнила сосуд до краев, и Темный Лорд залечил рану.