Ставка больше, чем фильм. Советская разведка на экране и в жизни - Виктория Евгеньевна Пешкова

девушка — Мария Ундянская, между прочим, «из благородных». В отличие от Павла Кольцова, Павлу Макарову удалось бежать из-под стражи и уйти в партизаны. Свидетелей его партизанских подвигов было немало, но в 1929 году книгу всё-таки запретили, а её автора начали таскать по всяким комиссиям. Одни и те же люди то превозносили его заслуги, то обвиняли во всех возможных грехах. В итоге Макарова несколько раз то лишали персональной пенсии и прочих льгот, то снова возвращали, пока в 37-м не арестовали вместе с младшим братом Сергеем, который из застенка уже не вышел. А Павлу снова повезёт, когда в 1939 волна репрессий ненадолго стихнет и тех, на ком не было серьёзных грехов, выпустят.

Осенью 1941-го немцы займут Крым, Макаров, на этот раз вместе с женой, снова уйдет в партизаны и будет командовать одним из самых больших отрядов. Фашисты расправятся с матерью Павла Васильевича и родителями жены. Сын погибнет на фронте. А его самого, в состоянии крайнего истощения, в конце 42-го переправят на Большую землю и наградят орденом Красной звезды. Представление к награде составит его непосредственный начальник — подполковник Георгий Северский. Четверть века спустя Георгий Леонидович выступит на радио с воспоминаниями о своем боевом товарище. И история адъютанта его превосходительства получит неожиданное продолжение.

Автора!

Украинская республиканская газета «Юный ленинец» предложила журналисту Игорю Росоховатскому написать по мотивам радиопередачи повесть. Во время войны Георгий Леонидович Северский был заместителем командующего партизанскими соединениями Крыма. В редакции рассудили, что он сможет предоставить молодому писателю фактаж, а тот придаст ему художественную форму. Разногласия между соавторами возникли с самого начала. Росоховатскому не хотелось рисовать белых одной лишь чёрно краской, на чём настаивал Северский. Он вообще был человеком крутого нрава — после войны возглавлял Ростовское УГБ. Наметилась и еще одна странность — Георгий Леонидович под любыми предлогами отказывался знакомить Росоховатского с героем их повествования — самим Павлом Макаровым. Вскоре выяснилось, что у Маркова вышла книга воспоминании «Партизаны Таврии», в которую отдельной частью были включены и его адъютантские воспоминания. И Росоховатский переделал почти уже готовую повесть, основываясь, так сказать, на первоисточнике.

Повесть «И всё-таки это было» публиковалась в «Юном ленинце» из номера в номер с июня по ноябрь 1967 года. Главным героем — газета ведь детская — был мальчик Миша, сын белого офицера, оказавшийся в жерновах Гражданской войны между красными и белыми, и начиналась повесть с эпизода нападения банды батьки Ангела на поезд, в котором ехали Миша с мамой. Адъютант командующего носил фамилию Маканов, но сюжет повести имел мало сходства с реальной биографией Павла Макарова.

Повестью заинтересовалось республиканское издательство «Молодь». Для выхода книги требовалось согласие соавтора, но, по словам Росоховатского, Северский перестал выходить на связь. Почему Игорь Маркович сам не приехал к нему в Севастополь, он ни в одном интервью так и не рассказал. А может он и приехал, но его не пустили на порог? Тем временем Северский принёс на «Мосфильм» заявку на сценарий, каковой и был вскоре написан совместно с писателем Игорем Болгариным, отрывки опубликованы в журнале «Вокруг света».

Игорь Росоховатский ничего об этом не знал, пока по телевидению не показали фильм. Сюжетная линия Юры Львова имела много общего с приключениями, выпавшими на Миши из повести Росоховатского, совпадали и некоторые другие эпизоды. Игорь Маркович попытался заявить о своих правах. На его сторону встал режиссёр картины, киностудия заняла сторону сценаристов. Дело фактически чуть не дошло до суда, но в конфликт вмешалась тогдашний министр культуры Екатерина Фурцева и уговорила стороны кончить дело мировым соглашением: Игорю Росоховатскому была выплачена денежная компенсация, а тот, в свою очередь, отказался от прав на соавторство.

Обойдённым почувствовал себя и главный герой всей этой истории — Павел Васильевич Марков. Те, кто близко знал его, узнали в Кольцове своего земляка и однополчанина. Макаров предпринял попытку заявить о своей причастности к картине, но на ветерана обрушился новый поток клеветы и сердце его не выдержало. Павел Васильевич скончался в декабре 1970 года, как раз тогда, когда съёмочная группа получала вполне заслуженную награду. Могила его затерялась на одном из кладбищ Симферополя.

История, к сожалению, вышла довольно неприглядной. Однако нельзя не признать — если бы не энергия Георгия Леонидовича Северского, «Адъютант его превосходительства» вообще не появился бы на свет.

Правда вымысла

Как это часто бывает с историко-приключенческими лентами, отправной точкой сюжета стало событие, которое в действительности произойти не могло. Красным ни разу не удалось внедрить своих агентов в штабные структуры белых, чему имеются документальные свидетельства, хранящиеся в архивах спецслужб. Агентура красных эффективно работала среди солдат, но в офицерской среде её разоблачали практически моментально — подводило отсутствие воспитания и образования. Аристократизм Юрия Соломина во многом и обеспечивает фильму «достоверность». Впрочем, надо отдать должное режиссёру, в самом начале картины подчеркнувшего исключительность разворачивающихся в ней событий. Когда руководителю Всеукраинской ЧК Мартину Лацису, роль которого сыграл сам Ташков, докладывают об успешном внедрении Кольцова в штаб белых, помощник подчёркивает, что о такой удаче чекисты и мечтать не могли.

В фильме, благодаря Кольцову, чекистам удается полностью разгромить белогвардейское подполье в Киеве. На самом же деле оно действовало ещё достаточно долго и даже относительно успешно. Ещё одна заслуга капитана — срыв отправки эмиссара белых к Симону Петлюре с целью объединить усилия в борьбе с большевиками. В действительности белые считали для себя невозможным сотрудничество с украинскими националистами и, по мере возможности, вели против них боевые действия.

Кульминацией фильма стал эпизод, когда капитан Кольцов, рискуя жизнью, пускает под откос состав с танками, которые союзники предоставили белым, поскольку они могли, якобы, изменить ход Гражданской войны. Эпизод этот полностью вымышлен, хотя танки и другое вооружение действительно поставлялось войскам Деникина по инициативе Уинстона Черчилля, занимавшего тогда пост военного министра Великобритании. Но переломить ситуацию на фронте они не смогли бы. Во-первых, их было поставлено не так уж и много, чуть более 70 машин, а во-вторых, английские танки отличались тихоходностью и низкой маневренностью, что делало их отличной мишенью для артиллерии.

До последнего вздоха

Генерал Ковалевский, блистательно сыгранный Владиславом Стржельчиком, сохранил имя и отчество своего реального прототипа — командующего Добровольческой армией Владимира Зеноновича Май-Маевского. Сын офицера из небогатой шляхты, Май-Маевский получил прекрасное образование, окончив лучшее военное заведение царской России — Николаевскую академию Генерального штаба, и участвовал в Японской и Первой мировой войнах. Генерала Ковалевского мы видим только в