Страж разума - Lady Khali

руки и позволила ему убить себя. И Хвост ... она узнала, что он предатель за несколько месяцев до того, как они с папой спрятались под Фиделиусом. Тонкие ручонки обвились вокруг моей шеи. Когда я напрягся, собираясь вырваться, она немного усилила хватку и прижалась ко мне щекой. - Я не знаю как, но уверена, что ваша мать защищала вас, как могла. Вы и мастер Томас должны сесть и поговорить об этом не позже, чем до конца недели. Мне все равно, если придется обездвижить вас обоих и залить зельями по самую макушку. Это зашло уже слишком далеко. Лучше обсудите свои разногласия сейчас, чем медленно сходить с ума, делая вид, что все в порядке. - Обхватив мое лицо руками, она внимательно посмотрела мне в глаза. - И вы привыкнете к тому, что если кто-то касается вас, он не причинит вам боли. Если понадобится, я буду обнимать вас каждый час. У меня вырвался невеселый смешок.

- Прав был Барти. Ты действительно злой маленький диктатор. Услышав мои слова, Лолли ослепительно улыбнулась и потрепала меня по волосам.

136/159

- Все мои мальчики говорят мне это рано или поздно. Это означает, что я хорошо выполняю свою работу.

Потом она поцеловала меня в лоб и выскочила из комнаты прежде, чем я успел ей возразить.

________________________________________

Примечание автора: В этой главе я попыталась выговориться. Другими словами, я задвинула свои планы подальше и просто писала, что придет в голову. Этот метод творит чудеса для некоторых людей, но я не из таких. В качестве готового продукта „выговориться”оказалось эпическим провалом. Тем не менее, в тексте из 9000 слов я обнаружила несколько самородков, которые действительно стоили того, чтобы пересмотреть свои планы. Это также заставило меня вернуться и пересмотреть некоторые другие проекты, над которыми я работаю. Для меня это было причиной номер один того, что я пишу этот фанфик. Однако есть еще одна причина, почему эта глава заняла так много времени. Некоторые из основных тем посвящены дому и семье. Война меняет людей. Когда видишь собственными глазами смерть людей, это меняет тебя самого. Потеря друзей и любимых меняет людей еще больше. Когда заканчивается война и муж-солдат возвращается домой, тебе иногда кажется, что он стал совсем другим человеком. Некоторые пары выходят из этого испытания, становясь только сильнее. Но другие - распадаются, чувствуя, что их мысли и чувства больше не гармонируют друг с другом, и прошлые отношения уже не вернуть. Это правда, какой ее вижу я. Если рассматривать последние дни Лили и Джеймса, проведенные вместе, я не вижу счастливую семью не осознающую грядущей беды, не смотря на то, что они фактически были в бегах. Если Роулинг изображает их именно такими, это ее право. Но я слишком цинична, чтобы поверить в образ счастливой беззаботной семьи. Таким образом, линзы на моих очках жестче и не такие розовые.

Джеймс и Лили были заперты в небольшом доме с ребенком на руках в то время, как их друзья снаружи сражались и умирали. Несмотря на то, что Снейп далеко не надежный источник информации, мы достаточно подробно узнаем от него о Джеймсе на всем протяжении книги, чтобы твердо сказать, что „войну“ со Снейпом начал именно Джеймс, и утверждение Снейпа, что Джеймс был высокомерным ханжой и хулиганом было правдой. (Это не делает Снейпа ангелом во плоти или непонятым героем. Это просто означает, что шалости мародеров были предназначены для того, чтобы унизить своих жертв.) Он также был бойцом.

 

Мы знаем о Лили гораздо меньше, чем о Джеймсе. Но возьмите любого бойца и прикажите ему целый год жить в бегах, скрываясь вместе с женой и ребенком, и вы гарантированно получите катастрофу. Если вы задумаетесь над этим, поймете, что Джеймс поступает так же, как Сириус в Отделе Тайн. В разгар войны Дамблдор просит их обоих (Дж. и Л.) сидеть с ребенком на руках в то время, как их друзья сражаются и умирают на поле боя. И молодые Поттеры сидели под угрозой пророчества, что нависло над ними, ничего не делая. Они жили как в кипящем котелке с закрытой крышкой. И вот, наконец, котел взорвался.

Действие пишется от первого лица, и я не могу читать мысли Джеймса или Лили. В то же время я не думаю, что Джеймс мог намерено причинить вред своему сыну Гарри. Джеймс был солдатом на войне, где во главе оппозиции стоял единственный в Великобритании известный змееуст. Когда он услышал змеиную речь в своем доме, среагировал на инстинктах. На мгновение Джеймс подумал: «что, если Гарри не мой сын, а Волдеморта». Лили, в свою очередь, отреагировала на угрозу со стороны Джеймса, и вот уже разгорелась “Третья

137/159

мировая”.

Я действительно считаю действия Лили в ту ночь, когда она погибла, самоубийством. Она не подняла палочку для своей защиты, не заблокировала дверь мебелью, не вылезла из окна; она даже не спряталась за дверью с метлой Джеймса в руках, чтобы ударить Волдеморта по голове, и вообще ... ничего не предприняла. На самом деле она даже не пыталась спасти свою жизнь, лишь умоляла. Она была матерью, которая защищала своего ребенка, но не сражалась с врагом. Почему? У меня есть теория, которую я буду развивать в следующих главах.

В каноне, если один волшебник дает другому Нерушимую клятву, ее обязательно должен скрепить третий волшебник своей палочкой. Тогда, как Гарри оказался спасен естественно возникшей Нерушимой клятвой?! Это объяснение противоречит канону. Оно всегда казалось мне жалкой попыткой сделать Снейпа скрытым положительным героем. Я не признаю это, потому что для меня действия Лили имеют смысл лишь в том случае, если она знала, что ее смерть спасет жизнь ее сына.

Ну, теперь вы знаете о моих безумных мыслях больше, чем вы когда-либо хотели знать.

Леди Кали

 

138/159

Глава 10а.

 

Однажды утром, через пять дней после того, как я понял, что моя мама покончила жизнь самоубийством, я сидел накрытый через голову одеялом, в обнимку с подушкой и с зеркалом Сириуса в руках. Это положение странным образом напомнило мне о том, как я ухитрялся готовить уроки в доме Дурслей, но их дом с домом Томаса отличались как небо и земля. Дурслей не волновало насколько хорошо я выспался ночью. Они предпочитали держать меня голодным и измученным. Кроме того, они не хотели, чтобы я читал всякие умные книги, особенно волшебные. Правила там существовали лишь