На страже Империи. Том 2 - Валентин Якимов

— Ничего особенного. — быстро заверил я его. Сфера быстро истощалась, запас моих сил все еще не так уж велик. — Расскажи мне, какие существуют официальные возможности убивать ваших Господ?

На слове «официальные» я сделал сильный акцент. Этот мир — мир правил, барьеров и общих формул. Если Ион решит готовить заговор, или криминальное убийство, никакая сфера его не спасет. В этом смысле на Ириат чем-то похожа земная Британская Империя с их королевой, знающей намерения всех своих подданных.

А вот обрисовать мне, как гостю, легальные способы убийства — такие как дуэли, или казни, профессор имеет право. Это все еще очень нежелательно, но от такого внимания моя сфера вполне скроет. И Ион стал объяснять.

К тому же, неглупый ученый явно сразу понял, что нам нужны именно Ядра. Техник он, или нет, но историю древних войн знать обязан.

— По сути сейчас в мире осталось лишь три способа убить кого-то из Господ по закону. Первый и главный для вас — вызвать на дуэль. Если вы являетесь аристократами в своем мире и кто-нибудь из Видящих Суть может это подтвердить с ваших слов, вы имеете право вызывать на дуэль, или быть вызванным. Но повод должен быть достаточно веским, а иначе вас могут казнить как смутьянов и провокаторов.

Вторым способом оказалось участие в клановых войнах в качестве наемников. Создав прочную оборонительную армию и магию против вторжений, запретив своим подданным покидать Ириат самим, превратив их буквально в вещи, Господа за прошедшие два тысячелетия утратили монолитное единство. Правит всем до сих пор Левиафан, несокрушимый и всесильный как тысячи лет назад, но его подданные начали грызню за ограниченные ресурсы мира.

Ну а третий — убить Левиафана. Согласно первородному обычаю Ириата верховная власть принадлежит сильнейшему в мире существу. Убьешь его — власть твоя.

Признаться честно, четыре тысячи лет назад я не справился. Еле ноги унес. Но и местные понесли такие потери, что выбыли из войны. Теперь этот вариант отпадает сразу же.

А вот какой вариант подходит нам больше — дуэли или войны — да еще со сроком всего в пару земных дней? Это нам и нужно выяснить поскорей.

Глава 19

Наемники клана Оот

У профессора Иона вир-Ильмина мы провели еще пару часов. Мы все-таки выбрали участие в войне — и подробно выясняли, как тут все устроено и куда нам податься.

В Ириате и в мое время было все в порядке с транспортной системой — подчиненная умелыми магами водная стихия могла быстро доставить тебя куда угодно. Теперь же вообще весь обитаемый мир соединяли сверхскоростные артерии. При желании можно было попасть на противоположный конец обитаемого мира всего за несколько часов.

За пределами транспортной сети путешествовать по Ириату очень опасно. Но внутри — одно удовольствие. Так что мы пытались по официальным каналам выяснить, где происходит ближайшая подходящая нам клановая война.

— А зачем ваши Господа вообще воюют? — спросила Алиса, живо интересующаяся информацией о новом для нее месте. Сфера с Иона уже была снята — раз мы решили заделаться в наемники, а не резать окрестную знать, скрываться нужды особо не было. Так что отвечал на вопросы он снова в своей раболепной манере.

— В своей нескончаемой мудрости вечный и всемогущий Левиафан закрыл своей волей наш мир от внешних угроз и соблазнов тысячелетия назад. Но понимая, что время не стоит на месте, а застой губителен всему живому, он не стал всецело подчинять нашу ничтожную жизнь себе. Он позволил Господам… соревноваться меж собой, сражаться за воды друг друга, доказывая всем свою силу и право на жизнь. С тех пор, Господа, единые и несокрушимые перед лицом любой внешней угрозы, бьются друг с другом. Слабые отсеиваются, сильные становятся сильнее, образуются и укрепляются союзы лучших, оттачивается волшебное искусство. А также выявляются наиболее жизнеспособные идеи об общественном пути…

— Понятно. — хмыкнул Виктор. — Классическое «разделяй и властвуй». Молодец ваш Левиафан.

— Погоди. — привлек я внимание профессора. — Ты говоришь, что в войнах выявляются лучшие пути для общества. О чем ты? Какие, например, идут споры сейчас?

Я, впрочем, уже предчувствовал ответ. Нетрудно догадаться, о чем спорит военная знать, когда надвигается чудовищная межмировая война. Участвовать в ней, или поддерживать нейтралитет? Левиафан хоть и неизмеримо могуч, но если высшая знать заключит союз и выступит против его воли — он падёт. Думаю, это не секрет для его нечеловеческого разума, обнимающего собой полмира.

Мои предположения подтвердились.

— О будущей войне. — защелкал панцирем Ион. — Надвигается, похоже, жуткая бойня. Я безмерно сочувствую вам, человекам, ведь у вас нет столь мудрого и всесильного покровителя, защищающего вас от алчных соседей, какой есть у нас. И большинство Глубинных солидарны с ним. Но существуют и… иные. Я не стану никак их характеризовать. Они просто есть. Они желают ввязаться в драку, или страшатся, что, сохранив нейтралитет, Ириат обратит на себя всеобщий гнев Аспектов. Сейчас почти все сражения ведутся по этой линии.

Я стал размышлять вслух, предоставляя соратникам на суд свои планы:

— Итак. Положим, большинство Господ против вступления в войну с людьми. Они за нейтралитет миров. Соответственно, наше существование в этом мире для них не проблема. Меньшинство же обращено против человечества и стремиться нас уничтожить. Если мы открыто пойдем в найм к большинству, это станет отличным козырем в пропаганде меньшинства — мол, вот, смотрите, люди открыто вмешиваются в наши дела, в наши войны. Это может несколько усилить позиции меньшинства.

Все закивали. Эта проблема была самой очевидной — судя по напряженному лицу и сморщенному лбу, княжич подумал об этом сразу, как услышал расклад. Но у всего есть обратная сторона.

— Но при нашем вмешательстве в местные дела нейтральное большинство увидит, что и мы стремимся к нейтралитету. — продолжил я. — И в случае чего готовы поддерживать нейтральное большинство силой. Ни к чему им знать, что реально мы на это не очень-то способны. Нужно постараться продемонстрировать иное. Более того — нужно постараться нанести меньшинству максимальный ущерб. А даже если оно усилится, используя нас как козырь — и даже если из меньшинства станет большинством — им придется столкнуться с противодействием Левиафана. Он и тысячелетия назад стремился к нейтралитету, а теперь, похоже, его воля непоколебима. Значит, что бы мы не делали, угроза, что Ириат в итоге вмешается в войну, ничтожна.