Дом нереализованных игрушек - Константин Томилов

– Ну что ж, Максим…, откровенность за откровенность, – тяжело вздохнула старая, уставшая от горя женщина, – эти игрушки принадлежали моей дочери и зятю. Это их магазин был. Когда в девяносто восьмом дефолт произошёл они почему то так перепугались, что решили эмигрировать. У них в соседнем доме квартира была, большая, хорошая. Продали её. Деньги от продажи и те, которые от бизнеса были, они, чтобы "не потерять", потихоньку, нелегально через Швейцарию. У зятя дружок, тоже еврейчик, взялся помочь. Ну и, в-общем, уехали они, сказали, мама, жди, устроимся и потом за тобой приедем. И так вот одиннадцать лет и жду. Когда Майя последний раз звонила, то сказала, что Соломон что-то "финтит-мутит", не торопится деньги отдавать, "завтраками'кормит". А потом они оба пропали, ни её, ни Мишки. Пыталась я хоть что-то узнать, и в посольство ходила, и туда съездила – никакого результата, до сих пор…, так что, Максим, забирайте всё задаром и отправляйте, а я Вам даже упаковать всё это помогу.

– Огромное Вам спасибо, Клавдия Николаевна. Уходите? Торопитесь куда-то?

– Так ведь суббота сегодня, на службу мне надо. Слава Богу недалеко, пешком хожу, – кивнула хозяйка квартиры в вечереющее окно, в котором за парой невысоких домов в закатном свете золотились православные купола, – а Вы, Максим, вроде сказали что в Бога верите?

– Да, я крещёный, православный, только вот, что-то в храм не очень часто…, не приучен или как более правильно говорится, не воцерковлён, да и некуда там было ходить. Ближайший приход за полтыщи километров был.

– А надо, Максим, надо. Тем более таким как мы. Как с таким горем без Спасителя то жить? – остановившись в приоткрытой двери и уже переступая порог добавила, – приходите, Максим, обязательно приходите.

– Приду, – согласно кивнул головой Новопризванный.