Буря страсти - Пенни Джордан

Люди, живущие логикой, не влюбляются с первого взгляда. И они не культивируют эту любовь, забывая об осторожности и последствиях. Их тянет друг к другу с такой силой, что они не могут ей сопротивляться. Тем не менее сегодня Мэтт понял: он любит Эмили и любил бы ее независимо от того, сколько женихов у нее было. Независимо от того, что она запрещает себе любить его.

Он понимал ее чувства. Она уже связана с другим мужчиной, а к Мэтту испытывает только физическое желание. Если бы не этот Трэвис, ему было бы гораздо легче убедить Эмили в том, что, хотя их отношения начались довольно необычно, они по-настоящему неравнодушны друг к другу.

Оказавшись в своей спальне, Эмили тупо уставилась на стену. Дрожа, она все еще пыталась смириться с потрясением после того, как поняла, что сильно влюбилась в Мэтта.

Она не просто нуждалась в нем и хотела его, а по-настоящему любила. Он такой нежный, понимающий, щедрый и заботливый. Рядом с ним она внезапно избавилась от большинства заблуждений и страхов, которые сознательно взращивала в себе. Впервые до конца осознала, что она за человек.

Эмили словно спустилась на землю, понимая, что ее тело и эмоции характеризуют ее точнее, чем мозг. Естественные чувства намного больше отвечают ее реальным потребностям, чем сознательный разум. Если бы она не солгала и была честна с Мэттом с самого начала…

А в чем смысл? Он не любит ее. Она подозревала, что ему просто ее жалко. И она выставит себя еще большей дурой, мечтая о невозможном. Зачем ей выстраивать вокруг себя и Мэтта фантастический мир, где живет любовь и покой? Входить в этот мир очень опасно, даже мысленно.

Глава 9

Если изначально Эмили хотела, чтобы месяцы проживания Мэтта в доме ее дядюшки пролетели как можно быстрее, то теперь она лелеяла каждую минуту до его отъезда. Она не хотела, чтобы он уезжал, и все же не могла думать о том, что он останется. Всякий раз, когда он смотрел на нее или входил в комнату, она чувствовала его присутствие каждой клеточкой своего тела и напрягалась.

Если Мэтт случайно прикасался к ней, помогая по дому, его прикосновения становились одновременно адом и раем. Эмили так старалась не выдавать своих чувств, что стала избегать его.

Она похудела, ее лицо и тело казались очень хрупкими. Мэтт хмурился и мысленно проклинал ее жениха, который оставил ее одну, хотя она явно тосковала по нему. Ему становилось не по себе, когда он видел ее осунувшееся, бледное лицо, а иногда с трудом удерживался от того, чтобы не обнять ее. Все свободное время он работал в саду, пытаясь заглушить переживания тяжелым физическим трудом.

Через три месяца после того, как Мэтт переехал к ним, Эмили отправилась в Оксфорд за ежемесячными покупками. Мэтт предлагал поехать с ней, но она отказалась. Не надо было усугублять ситуацию. Странно, но такая простая и обыденная работа, как покупки в супермаркете, могла сильнее разволновать и измучить Эмили.

Мэтт наблюдал, как она уезжает, и сожалел о том, что не может облегчить ее очевидные страдания. Ему хотелось узнать некое волшебное заклинание, произнеся которое он заставит Эмили разлюбить Трэвиса и вместо этого полюбить его.

Как все-таки несправедливо: ей нравится Мэтт, она хочет его, но любит другого мужчину!

При других обстоятельствах Мэтт был бы доволен работой, проделанной в саду: он тщательно прополол клумбы и очистил от сорняков несколько больших кустов пионов с толстыми розовыми бутонами, а также бледно-розовые маки. Вдоль стены росли старомодные плетистые розы и клематисы, а в центре стены – величественная и очень старая глициния с узловатым стволом.

Мэтт занимался сорняками, когда услышал шум машины. Сначала он подумал, что Джон рано вернулся от друга, а потом увидел, что из машины выходит энергичная блондинка с густой гривой и широкой дружелюбной улыбкой.

– Привет! Я Грейси, – представилась она, подходя к Мэтту, и насмешливо прибавила: – Я сестра Эмили. – Она повернулась к машине и протянула руку высокому блондину. – А это мой жених, Трэвис.

Грейси не смотрела прямо на Мэтта, делая эти заявления. Он смутно слышал, как она говорила о том, что вернулась в Англию накануне вечером и решила сделать Эмили сюрприз.

– Кстати, где она? – спросила она, обернулась и посмотрела на Мэтта.

– Уехала по магазинам. – Он знал, что говорит отрывисто и нервно, но не мог отвести глаз от человека, стоящего рядом с Грейси.

– Ты тот самый Мэтт Слейтер, о котором Эмили нам рассказывала? – резко спросила Грейси.

Мэтт тупо кивнул, а потом выпалил:

– Когда вы сыграли помолвку?

Краем глаза он заметил, что Трэвис, нахмурившись, шагнул вперед. Грейси сжала руку жениха и спокойно ответила:

– На Рождество. Мы познакомились, когда я была в Австралии.

Теперь нахмурился Мэтт:

– Эмили была с вами в Австралии?

– Эмили? В Австралии? – Грейси хохотнула. – Нет, конечно. Эмили ненавидит путешествия. Она говорит, что это произошло потому, что мы редко виделись в детстве с нашими родителями, которые были постоянно в отъезде. Эмили живет на одном месте. Кстати, когда она вернется?

– Возвращение? – Мэтт с трудом сосредоточился на разговоре.

Трэвис по-прежнему смотрел на него, и Мэтт чувствовал, что ему не нравится, как он расспрашивает Грейси. Мэтт мог бы весь день осторожно и незаметно выуживать нужную ему информацию, но он понимал: этот рослый и мрачный австралиец будет решительно возражать против любых вопросов об их помолвке. Как бы Мэтт ни ненавидел обсуждать свои чувства и личную жизнь, на карту поставлено слишком много. Он не может рисковать и потерять Эмили просто потому, что решил скрытничать.

Глядя на Грейси и Трэвиса, он тихо сказал:

– Послушайте, я знаю, это может показаться странным, но мне нужно поговорить с вами обоими. И надо сделать это до возвращения Эмили. – Он увидел озабоченный взгляд Грейси и то, как Трэвис взял ее за руку. – Все в порядке. У Эмили все хорошо. Просто… Давайте зайдем в дом. Я заварю чай, и мы поговорим.

Полчаса спустя Грейси смотрела на Мэтта с нескрываемым весельем.

– Эмили притворилась, что помолвлена с Трэвисом? Но почему? Что ты с ней сделал?

– Я занимался с ней любовью, – признался Мэтт, и внезапно Грейси посерьезнела.

Трэвис тоже. Грейси встала. Она была рослой, намного выше Эмили, но все же ниже Мэтта. Тем не менее она выглядела как львица,