В любой гадости ищи свои радости - Штаний Люба

лицо, то есть в морду, ударила волна на удивление тёплого воздуха.

– Заходи. Там хватит места обоим. – Кивнул на вход горбун, удерживая дверь. – Сама пойдёшь или

как?

Сил на то, чтобы пренебрежительно фыркнуть в ответ на ехидный тон, не осталось, и я просто

вошла внутрь, старательно следя, чтобы не коснуться уродца. Открывшееся помещение удивило. Что

тут было, интересно?

Каменные стены, а пол земляной. В крыше в двух местах правильной формы отверстия, под

которыми находились выложенные камнем кострища. Пахло дымом, потом и навозом. Изнутри домик

оказался достаточно большим, чтобы не видеть стен вообще. Тут, конечно, не малую роль играло

отсутствие освещения, но эхо подсказывало, что места здесь более чем достаточно.

Хлопнула дверь, и, обернувшись, я увидела Алехандро с кристаллом, которым он вчера увеличивал

книгу. Последний горбун держал за цепочку на вытянутой руке. Слабого свечения, исходившего от

камня, оказалось достаточно, чтобы отодвинуть темноту на пару метров. В призрачном мерцании

частью разукрашенное, частью гниющее лицо смотрелось ещё более отталкивающе, чем раньше. Жу-

уть...

Если бы я увидела это впервые, точняк ломанулась бы куда глаза глядят, снеся дверь, а может и

стену. Но сейчас только отступила назад, отметив про себя, что, судя по тому, как уверенно кошмарик

двинулся куда-то влево, он здесь уже бывал.

Через полчаса в самовольно занятом домике уже полыхал костёр. Как оказалось, у одной из стен

была сложена основательная груда хвороста и поленьев, на наше счастье сухих. Видимо, здание это

служило чем-то вроде перевалочного пункта, потому что кроме дров в длинном, освещённом

неверным светом костра помещении, нашелся так же запас сена и гладкая перекладина у дальней

стены. Судя по следам навоза около неё, там привязывали лошадей. И, если учесть интенсивность

запаха, совсем недавно.

Обнаружив эту ароматную деталь, я глянула на Алехандро и с удивлением обнаружила, что он как-

то подозрительно задумчив. Но рычать, показывая, что привязывать меня к палке – плохая идея, не

пришлось. Горбун криво ухмыльнулся и кивнул на костёр.

– Иди к огню, скотинка. Околела, наверное, в реке-то. Погрейся уж

Я осторожно подошла, скрипя сердце позволила снять с себя поклажу и улеглась на утрамбованную

землю. То, что ладони у уродца очистились от язв, откровенно радовало. Будь иначе, вряд ли я после

сегодняшних злоключений выдержала ещё и испытание прикосновениями Алехандро. Как бы его

целиком ‘покрасить’? Может. .

За мечтами о несбыточном я пригрелась, расслабилась и как-то незаметно меня сморил сон....

Глава 7

Яркое рыжее солнышко весело светило с чистого безоблачного неба. Я огляделась и не смогла

сдержать улыбки. Красота...

Между высокими деревьями во все стороны разбежались извилистые аккуратные дорожки,

выложенные фигурной золотисто-бежевой брусчаткой. Земля, укрытая цветочным ковром, дышала

счастьем. Парк пронизывали сотни косых лучей, пробивавшихся сквозь ажурные кроны. Всё вокруг

было пропитано упоительной радостью...

Перед лицом порхали огромные радужно-яркие бабочки. Крохотные птички вразнобой чирикали на

ветках. Сосредоточенные и деловитые, кружили над землёй лохматые шмели. Стремительно

проносились мимо стрекозы, а лёгкий ветерок обдавал щёки ласковой прохладой.

Я шла по дорожке, наслаждаясь волшебным сном. Как чудесно снова чувствовать себя человеком!

А чувствовать себя человеком в любимом брючном костюмчике, вообще, сказочно-прекрасно.

Уютные беседки и удобные, даже на вид, лавочки так и манили, но отчего-то я всё шла, и шла, и

шла. Шла пока впереди не показалась площадь. Странная такая... Будто идеально круглый блин из

белого камня. От тропинки к её краю вели три широкие ступени.

Смутное беспокойство шевельнулось в груди. Остановившись, я неуверенно посмотрела на

площадь, которая, хоть и довольно далеко, но явственно виднелась в просвете между деревьями. Не

хочу туда. Решительно развернувшись, я торопливо потопала прочь, чтобы уже через десять минут

снова оказаться перед ней. Чёрт!

Раза три я уходила и каждый раз, как ни старалась выбирать прямые дорожки, как ни следила за

направлением, в конце концов упиралась в полукруглые снежно-белые каменные ступени.

Медленно, но верно мой сказочный сон превращался в кошмар. Уже не радовали цветы, бабочки,

тут и там умиротворяюще журчащие фонтанчики. Жужжание шмелей раздражало. Мелькающие мимо

стрекозы пугали. Когда на дорожку из-под куста пышно цветущего жасмина выпрыгнул пушистый

кролик, я попросту шарахнулась от него, едва не завизжав в голос.

Всё! Хватит! Это уже слишком!

Глубоко вздохнув, я сжала кулаки, расправила плечи и, вздёрнув подбородок, решительно обошла

ушастого зверя. Когда впереди показались ступеньки, я вместо того, чтобы развернуться, не сбавляя

скорости, направилась к ним.

Злая и раскрасневшаяся я буквально вылетела на круглую искристо-белую площадь. Отражённый

от её стеклянисто-гладкой поверхности солнечный свет резал глаза, но я упрямо смотрела на

женщину, снисходительно-издевательски улыбающуюся мне. Она сидела на массивном, не

отягощённом резьбой или украшениями, каменном троне, стоящем на возвышении в центре.

Три широкие ступени казались с ним единым целым. Спинка и подлокотники, нарочито грубые и

квадратные, смотрелись ещё тяжеловеснее по сравнению с тонкой фигуркой той самой незнакомки,

встреча с которой закончилась для меня перемещением в этот мир.

Белый шёлк её платья стекал с бёдер на ступени и мягкими волнами струился по ним вплоть до

самой земли. Вернее до того же камня, но образующего уже площадь. Несмотря на монохромность

трона, платья и окружающего пространства сидящая на широком сиденье блондинка странным

образом ничуть не терялась на этом фоне. Тёмно-карие глаза при том казались ещё ярче...

Вот интересно, а у неё задница не мёрзнет на камне? И как она ходит при таком-то подоле? Может,

на голову наматывает наподобие тюрбана? Или этот прикид парадно-выходной и в нём ходить

вообще не полагается?

Я молча сверлила взглядом эту надменную гадину. А чего говорить, если она здесь хозяйка

положения? Я, конечно, дура, но не настолько же, чтобы не понимать, что странный сон наслан ею.

Если это вообще сон... Но, в любом случае, если эта стерва, кем бы она ни была, приходит уже во

второй раз, значит, её что-то нужно от меня. Вот пусть она и говорит.

Лично мне сейчас безумно хочется расцарапать белобрысой барышне личико и волосья проредить,

чтоб думала, прежде чем людей в животных превращать. Только логика на пару с интуицией

подсказывают, что добраться до гадины не удастся. Вот я и смотрела исподлобья, не двигаясь и не

делая ни малейшей попытки приблизиться. Ну, про себя материлась конечно, это да...

Постепенно снисходительно-надменное выражение на гладком лице сменило раздражение. Тонкие

пальцы пару раз ударили по подлокотникам, выдавая недовольство. Ну-ну, посмотрим на сколько тебя

хватит. . И я стояла молча, не отрывая злого взгляда от стервы в белом. Почему-то, что передо мной

самовлюблённая мстительная стерва, было ясно как день. Наконец, она не выдержала и досадливо

поморщилась.

– Можешь уже говорить. – Бросила женщина милостиво.

Я только насмешливо хмыкнула и сложила руки на груди. На секунду показалось, что в карих глазах

мелькнула растерянность, но в следующее мгновение, чтобы там ни мелькало, оно скрылось в

злобном прищуре.

– Значит так... – Протянула безымянная и прищёлкнула пальцами.

Словно невидимые нечеловечески тяжёлые ладони легли мне на плечи и с силой надавили. Я упала

на колени.

– Так-то лучше... – Довольно улыбнулась гадина.

Сжав зубы и кулаки, я всё так же сверлила взглядом сидящую на каменном троне виновницу моих

злоключений.

– А ты упрямая. – Протянула она с издёвкой. – Упрямая и глупая. Ну что ж, так даже интереснее.

Женщина поднесла ладонь к губам и подула на неё. Воздух между нами дрогнул и загустел. Трон и

его хозяйка стали не видны, скрытые молочно-белым облаком туманной дымки.

– Так или иначе, ты согласилась помочь. Довольно опрометчиво с твоей стороны, надо сказать. –

Прошелестело прямо над ухом. – Но мне это только на руку. И теперь, хочешь ты того или нет, будешь

исполнять обещание. Я могла бы вообще ничего не объяснять, но личная заинтересованность

подстёгивает сообразительность и увеличивает вероятность положительного исхода дела, поэтому...

Смотри.

Марево предо мной тускло засветилось и расползлось от центра к краям, открывая большое окно, в

котором показалось полуразрушенное здание. Судя по специфике архитектуры, либо дворец либо