Мой (не)случайный препод - Анастасия Безбрежная

Разговор прервала вибрация его телефона.

— Прошу прощения, — сказал он мне с любезной улыбкой и удалился в соседнюю комнату.

Я немного выдохнула, видимо, моя реакция на этого человека никогда не изменится. Мельком оглядев разноцветные папки, я прочитала названия некоторых из них. Врожденное любопытство так и подмывало открыть и прочитать, но лезть в чужие документы было не в моих правилах. Немного закусив губу, я еще раз осмотрела стол, взгляд зацепился за толстую синюю папку, датированную две тысячи двенадцатым годом.

Десять лет — достаточный срок, вряд ли там что-то важное. Решившись, я метнула взгляд на дверь, за которой скрылся отчим, и потянулась к папке. Она состояла из нескольких отсеков, открыв последний, я поняла, что это были документы за две тысячи четырнадцатый год, содержащий различные имена, списки транзакций и номера счетов. Мне это ни о чем не говорило и, перелистнув на самое начало, я увидела описание. Оказалось, это был благотворительный проект, направленный на финансирование подающих надежды выпускников. У нас в универе тоже работал подобный, возможно отчим имел к нему отношение, учитывая его связь с нашим ректором.

Я слегка хмыкнула от удивления, не думала, что Владимир Викторович занимался благотворительность и тем более помощью талантливым студентам, что в очередной раз натолкнуло меня на мысль, что я действительно плохо знаю своего отчима.

Дальше был короткий список имен, всего три, включая моего отчима: Белов В.В., Лебедев М.Д., Сахаров Е.К.

Услышав шаги за дверью, я поспешно закрыла папку и положила ее на стол, отступив от него на шаг.

— Прости, Лена, по работе, — сказал, закрыв за собой дверь отчим.

Я понимающе кивнула, и мы приступили к обсуждению дня рождения мамы, так что спать я легла ближе к полуночи.