Пожарский-3 - Ольга Войлошникова

— Ну, сестёр и племянниц твоей прабабушки знать надо.

Тут молодка ка-ак завопит:

— Умила, так это что — Дурак?

— Да, Маша, это наш правнук Дмитрий. И невежливо его таким позорным прозвищем величать. Тем более, говоришь, спас он тебя. Или как?

— Но он же Дурак! — ещё раз завопила девушка.

Бабушка поморщилась:

— Дорогой, а давай внучку́другое прозвище дадим? В честь спасения Марии из пожара назовём Дмитрия Пожарским. И пусть кто-нибудь против тебя вякнет, а?

— А хороша идея! Мне нравится. Осталось женить Марию на Пожарском, и дело закончим.

— Я — против!

— Без меня!

Мы с Марией заорали отказ абсолютно синхронно. Старшие сестры и Умила так хохотали, что спугнули голубей, стаей облетевших нас кругом.

Так, с высочайшей воли великого Рюрика, Дмитрия Дурака начали именовать Дмитрием Пожарским. Слава всем богам, что от свадьбы мне в тот раз удалось отмазаться.

ЗА ТЯЖЁЛЫМИ ПОРТЬЕРАМИ

Посольство Оловянных островов

— Как же меня раздражают эти надутые пшеки!

— Ты озвучил им задание?

— Буквально по пунктам.

— И они?

— Как всегда надулись, словно индюки, и начали пыжиться, один другого сильнее.

— Но они сделают?

— Конечно, сделают! На словах будут громко кричать, что это они сами всё придумали, гонор шляхетский показывать, а втайне-то каждый из них понимает, что сто́ит только шаг не в ту сторону сделать — и всё, кормушка прикроется. Так что сделают всё как миленькие.

ЗНАМЕНАТЕЛЬНЫЙ ДЕНЬ НАЧИНАЕТСЯ ФЕЕРИЧЕСКИ

Торжественная комиссия Магической Академии выстроилась в банкетном зале для встречи наипочётнейшего ректора. Ярена Васильевна всегда открывала свой портал именно сюда. И в этот раз она не изменила своей традиции. Рядом с главным входом возникла рамка портала.

— Коллега, — профессор магических конструкций, Велемир Елизарович, склонился к уху пожилой алхимички, — вам не кажется, что в этот раз оттенок свечения несколько… не тот?

— Секундочку! Я в последнее время, к сожалению, начала слабеть глазами, — Аристина Ярославовна сдёрнула с носа очки в роговой оправе и, цепляясь за шнурки и вязки, достала из специального кармашка другие — гранёные, вправленные в медь. — Действительно, очень странный фон. Быть может, мне показ… — портал свернулся, и уважаемая алхимичка поперхнулась.

Ярена стояла, слегка покачиваясь, низко голову наклоня, и смотрела куда-то вбок.

— Мы рады в очередной раз приветствовать вас!.. — радостно заблеял ректор, но архимагиня перебила его, громко втянув воздух и хрипло, со взрыкиванием, выдав:

— Пожарским духом пахнет!

06. ЯВИЛАСЬ, НЕ ЗАПЫЛИЛАСЬ

МЕНТАЛЬНЫЙ СЛЕД

Ряд преподавателей замер.

— Простите… что? — осторожно спросил ректор.

Но Ярена, кажется, не слышала. Она покачивалась и бормотала:

— Сколько лет прошло, сколько ле-е-ет… м-м-м… а я до сих пор узнаю его ментальный след… — она качнулась резче, заставив весь строй инстинктивно дёрнуться, икнула и неожиданно запела: — Сколько лет прошло с той встречи, сколько ле-ет… До сих пор ищу я твой ментальный сле-е-ед…

— Надеюсь, теперь вы не будете меня осуждать, — глава отделения превращений достал из кармана бутылёк антипохмелина. — Однако, кто рискнёт?

— Давайте я! Женщины обычно вызывают меньший выплеск агрессии в такой… ситуации, — алхимичка сгребла бутылёк, выбрала на столе бокал и вытрясла в него содержимое. — Мальчики! Тащите стулья!

Болеслав Константинович и големостроитель Андрей Леонидович, как самые молодые, метнулись за стульями. Ярена при их приближении зашипела, но Аристина Ярославовна уже подплыла со своим бокалом:

— За встречу!

Высокая гостья приняла бокал и тяжело опустилась на стул, несколько секунд изучала что-то на донышке:

— Чь…то плавает?

Аристина подвинулась ближе и тоже заглянула в бокал.

— А-а-а! Это листик мяты, для приятного запаха.

— М-м? — Ярена очень высоко подняла брови. — Н… ладно.

Она начала пить, откидываясь назад всё дальше и дальше, пока профессорский состав не начал переживать, что сейчас она грохнется на спину вместе со стулом. Замерла…

— С-с-сука, ну вот заче-е-ем… Я ведь только перестала думать… — она вдруг села очень прямо и впилась взглядом в глаза алхимички: — Ты кто?

— Аристина, — с достоинством представилась та и с невозмутимым видом достала из кармана ещё один бутылёк антипохмелина: — За знакомство?

— Наливай! — махнула рукой Ярена и с величайшим вниманием принялась следить за бульканьем. — А себе?

— Коне-е-ечно! — всплеснула руками алхимичка. — Мальчики! Ещё бокал!

Все отметили, что у пожилой профессорши было два бутылька. Или, возможно, больше.

— Будем здоровы! — дамы хрустально чокнулись и выпили.

Ярена некоторое время посидела, прикрыв глаза. Тряхнула головой.

— Итак, на чём мы?..

— За знакомство, — напомнил смелый големостроитель.

— Не… — почётная ректорша мотнула головой. — До этого?

— Вы, — ректор сжал в замок сухонькие ручки, — изволили интересоваться Пожарским.

— Вам что, удалось уговорить его преподавать? И за сколько он согласился?

Несколько секунд висела тишина, потом Ярена тихо сказала:

— Бл***. Есть ещё?

— Конечно! — Аристина достала из кармана третий бутылёк.

Вот после него знаменитая гостья как будто бы пришла в себя.

— Что за тема с Пожарским?

Преподаватели дружно опустили глаза, предоставив ректору право отдуваться. Тот крупно сглотнул:

— Э-э-э… мальчик княжеского рода… Вы же понимаете, мы не могли его не принять…

Ярена сощурилась:

— А что, кто-то выступал против?

Все тут же начали бормотать, мол: не-е-ет, никто не против, все только за…

— У него отсутствовал магический потенциал, — заявил Болеслав, которому начала надоедать эта свистопляска.

— Что — совсем? — перекосилась Ярена.

— Да. Родовая магостатическая травма. Поэтому первоначально парня приняли на экономический. Но в конце лета он явился и подал запрос на перевод его на боевой. На удивление, продемонстрировал минимально необходимый уровень, двадцать единиц, — Болеслав решил отсечь лишние подробности. — Я перевёл его под свою ответственность.

— И как он теперь?

— Обычный студент. Лекции пишет. Практикумы только начались, преподавательница по огневой подготовке упомянула его в числе успешно выполняющих задания.

— М-хм. А травма от чего получилась? Вы говорили, у него отсутствовал потенциал.

— Последствия клановых войн, — Болеслав развёл руками. — История малоприятная.

Вот же сучьи потроха! Отвернёшься на какие-то жалкие полсотни лет — и всё, пиштец! Кто-нибудь чего-нибудь да наворотит.

— Что за род? — мрачно спросила Ярена. — И почему никто раньше