Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

– О да! – воскликнула я вполне искренне.

– Позвольте угостить вас еще кое-чем, – сказала Дараи. Рядом со мной возник слуга с подносом, на котором помещалось три высоких стакана с нежно-оранжевой жидкостью. – Ручаюсь, вы никогда такого не пробовали.

– Ну отчего же, – ответила я, взяв стакан и осторожно понюхав содержимое. – Выдержанный сок алаисской зимоплодки, не так ли?

– А вы разбираетесь в таких вещах? – удивилась Дараи.

– В чем я только не разбираюсь… – хмыкнула я. – Так я угадала?

– Вы правы, это именно он, трехлетней выдержки. – Дараи ласково улыбнулась. – Отведайте же!

– Простите, арнайя Дараи, даже пробовать не буду, – не менее обаятельно улыбнулась я и чувствительно пнула под столом лейтенанта, который как раз успел донести стакан до рта. – И тебе, племянничек, не советую!

Лауринь вздрогнул, едва не расплескав редкостный напиток, и поспешно отставил стакан подальше.

– Отчего же? – заметно огорчилась хозяйка дома.

Я только усмехнулась. Сок алаисской зимоплодки на вкус восхитителен, а стоит столько, что не всякий вельможа может позволить себе иметь у себя на столе этот напиток. На мой взгляд, стоимость сока этой невзрачной ягоды бессовестно завышена. С другой стороны, давить сок из зимоплодки – занятие неблагодарное, потому что в ягодах его содержится до смешного мало. Ягоды, между прочим, есть не советую, редкая гадость на вкус. А вот хорошо постоявший сок, который, кстати говоря, и не думает портиться и скисать, приобретает изумительный вкус и цвет. Естественно, чем он старше, тем дороже стоит, в точности как хорошее вино.

Но кроме этих удивительных свойств есть у сока зимоплодки еще одно, о котором знают немногие. Арнайя Дараи определенно знала, потому и предложила нам сей напиток. Зачем – вопрос другой, и я, кажется, уже знала на него ответ.

– Да оттого, арнайя Дараи, – ответила я, – что вы попотчевали нас отменным жарким. С приправой из волчегонки и красного болотного ореха.

Лауринь заметно побледнел, очевидно, напуганный этими очаровательно звучащими названиями.

– Не робей, племянничек, – подбодрила я. – Травки эти совершенно безобидны, разве что называются противно. Только вот в сочетании с соком алаисской зимоплодки они дают весьма неприятный эффект…

Дараи молчала, все сильнее сжимая губы. Очевидно, я серьезно испортила ее замысел.

– Какой? – не выдержал лейтенант.

– Будет выворачивать наизнанку, пока все кишки не выблюешь, – любезно просветила я. – Не смертельно, но крайне неприятно. Так ведь, арнайя Дараи?

– Вы… не простая торговка, – заметила та сквозь зубы.

– Конечно, не простая, – хмыкнула я. – А вы не так уж умны, раз не заметили вот этого.

Я указала на хитрый узелок на своей косынке. На лице Дараи ничего не отразилось, очевидно, она даже не знала, что это за знак.

– Надо же, – несколько обиженно заметила я. – Я-то считала, что нашего брата всюду узнают, ан поди ж ты…

– Неважно, что это все означает и кто вы такая на самом деле, – проговорила Дараи, поднимаясь из-за стола. – Винч!..

Лауринь вскочил, с грохотом отшвырнув стул, я последовала его примеру. Впрочем, толку от этого было немного: в обширную залу ввалилось несколько дюжих молодцов во главе с Винчем, и сомневаться в их намерениях не приходилось.

– Взять их! – приказала Дараи, отступая к стене.

– Лауринь, – прошипела я. – Сопротивляйтесь всерьез, только постарайтесь, чтобы вас не убили и сильно не покалечили!..

– Понял, – серьезно отозвался лейтенант, и вот тут-то и началась безобразная драка.

Тесак у Лауриня вышибли сразу же, я ведь говорила, что пользоваться им лейтенант не умел. Впрочем, он не растерялся и некоторое время достаточно успешно отбивался увесистым стулом.

У меня из оружия имелся длинный нож, я даже успела им воспользоваться, но, увы, нож завяз в чьей-то крепкой ручище, и я была вынуждена его бросить. Пришлось запрыгнуть на стол, и еще некоторое время мне удавалось довольно успешно отбиваться ногами. Одного моего меткого пинка вполне достаточно, чтобы свернуть на сторону физиономию, главное, не дать при этом схватить себя за ногу. Увы, долго развлекаться таким образом не получилось; Винч, очевидно, вспомнил волшебное действие, оказанное на меня на дороге арбалетом, и вскоре на меня нацелилось аж три такие штуковины.

– Давайте-ка по-хорошему, госпожа! – выдохнул Винч, держась за голову – ему тоже перепало подкованным сапогом. – Слазьте оттуда, не то хуже будет…

В ответ я выдала длиннющее нецензурное ругательство, но со стола все-таки спустилась и даже позволила себя обыскать. За спиной глухо ахнул Лауринь, которому угодили под ребра сапогом – у него отобрали-таки стул, а поскольку сдаваться лейтенант не собирался, то церемониться с ним не стали.

С меня сняли все, вплоть до колец и серег, я уж не говорю о своих бесчисленных подвесках. Сапоги тоже заставили снять и вытряхнули из них все ценное, включая засапожный нож и спрятанные под двойной стелькой золотые монеты. Ладно еще, пояс не отобрали, хороша бы я была в сваливающихся штанах… С Лауринем проделали ту же процедуру, только куда менее вежливо, так что мой лейтенант приобрел весьма растерзанный вид.

– Ну, ты получишь, – туманно пообещала я Дараи, когда нас с Лауринем куда-то потащили мимо нее. – Когда наши узнают, как ты со мной обошлась, от этой халупы камня на камне не останется!..

– Боюсь, они никогда об этом не узнают, – невозмутимо улыбнулась Дараи и обратилась к Винчу: – Заприте их как следует, я займусь ими позже.

Заперли нас и в самом деле на славу, во всяком случае, окованную железом дверь не сразу получилось бы вынести и тараном. Да и поди развернись с тараном в узком коридоре…

Что ж… Я прошлась по камере, куда засунули нас с Лауринем слуги госпожи Дараи. Пять шагов в длину и семь в ширину, крохотное окошко под самым потолком, видимо, для вентиляции, – а до потолка не достанешь, подвалы тут были глубоченные. Крохотный светильник над дверью – тоже не дотянешься, если только на плечи друг другу встать. Холод от каменного пола и стен исходил зверский, а если учесть, что нас оставили босиком и без верхней одежды, то станет ясно, что чувствовать себя комфортно в таких условиях было затруднительно. Из мебели имелись узкие деревянные нары у дальней стены, на которые я немедленно и забралась с ногами, чтобы не стоять на ледяном полу.

– Лауринь, – окликнула я лейтенанта, застывшего посреди камеры. – Что вы там встали, идите сюда! Все теплее будет…

Я, положим, от холода особенно не страдала. Терморегуляция у магов отменная, при желании я вообще могу спать голой на снегу. Другое дело, что таких безумных идей мне в голову никогда не приходило. Но даже я чувствовала себя