Психологическая война - Дмитрий Волкогонов

Если бросить ретроспективный взгляд в глубь истории, то нетрудно убедиться, что на всех этапах развития антагонистических обществ классовая борьба выступала как могучая движущая сила. Чем это объясняется? Как известно, с того далекого времени, когда произошло деление, раскол общества на классы, между ними идет неутихающая ожесточенная борьба. Господствующие классы борются за сохранение своей власти, а трудящиеся — за социально-политическое освобождение. Трудящиеся массы, носители передового, прогрессивного, всегда выступали против отношений неравенства, социальной несправедливости, экономического и духовного гнета, которые являлись и являются неизбежными атрибутами эксплуататоров и по сей день. И по мере того как усиливался конфликт между производительными силами (развивающимися, как правило, всегда быстрее) и производственными отношениями, обострялась борьба классов.

Исторический опыт показывает, что наиболее полное разрешение этот конфликт находит лишь в социальной революции, ведущей к смене одной общественно-экономической формации другой. Революционная борьба эксплуатируемых классов ломает, отбрасывает старое, отжившее, уцененное историей и создает новые формы и структуры общественной жизни. Наибольшее влияние на весь ход мирового исторического развития оказала и продолжает оказывать Великая Октябрьская социалистическая революция — всемирно-историческое событие XX века.

В современных условиях, несмотря на попытки правящих буржуазных кругов сгладить, смягчить, затушевать классовые антагонизмы так называемого «свободного общества», им это сделать не удается. В Программе КПСС дана такая оценка этого положения: «Буржуазный строй родился с заманчивыми лозунгами — свобода, равенство и братство. Но эти лозунги буржуазия использовала лишь для того, чтобы оттеснить феодальную знать, прийти к власти. Вместо равенства образовалась новая глубочайшая пропасть социального и экономического неравенства. Не братство, а ожесточенная классовая борьба царит в буржуазном обществе»[62].

Монополистическая буржуазия, стремясь к получению прибылей и сверхприбылей, пытается максимально использовать для этих целей государственную машину, принудительный аппарат, идеологические средства. Она не останавливается ни перед чем в своих действиях, чтобы затормозить революционный процесс, классовые выступления трудящихся. И если только возникает реальная угроза господству монополистического капитала, империализм идет на все, отбрасывая всякую видимость демократии. Он готов попрать и суверенитет государств, и любую законность, не говоря уже о гуманности. Клевета, одурманивание общественности, экономическая блокада, саботаж, подкуп и угрозы, террор, организация убийств политических деятелей, погромы в фашистском стиле — таков арсенал современной контрреволюции.

Однако, несмотря на все ухищрения империалистов, размах и острота классовой борьбы трудящихся в странах капитала не ослабевают. Эта борьба ведется в различных формах, основные из них были определены еще классиками марксизма-ленинизма. По-прежнему ведется непрерывная борьба в экономической сфере. Исключительно острым продолжает оставаться политическое противоборство. Социально-экономическая и политическая борьба находит свое отражение в области духовной. Суть ее заключается в борьбе двух диаметрально противоположных мировоззрений: буржуазного и социалистического. Классовая борьба, ее успехи и поражения в значительной мере зависят от того, насколько эффективно, действенно вносится идеология научного социализма в сознание масс и преодолевается идейное влияние буржуазии. В современных условиях идеологическая форма классовой борьбы выдвигается на первый план. Это связано с рядом обстоятельств.

Буржуазия все более нуждается в идеологической «косметике», обосновании, оправдании своего антинародного, антикоммунистического курса, который чреват нарастанием военной угрозы, наступлением военно-промышленного комплекса на куцые буржуазно-демократические свободы и права человека в капиталистическом мире. Кроме того, выросли технические возможности буржуазии манипулировать общественным сознанием, вносить в него ложные пропагандистские штампы вроде мифа о «советской военной угрозе» «нарушении прав человека» в социалистических и развивающихся странах. С помощью такого манипулирования делается попытка канализировать социальное недовольство трудящихся в антикоммунистическом направлении, «оправдывающем» неизлечимые пороки капиталистического общества, безработицу, гнет, коррупцию, расизм, преступность.

В классовой борьбе наши идеологические противники максимально используют антикоммунизм, который является не только идеологией империализма, но и его главным идейно-политическим оружием. Это основная социально-классовая концепция буржуазии, выражающая ее ненависть ко всему коммунистическому, социалистическому, советскому.

Идеологическая доктрина антикоммунизма, если ее характеризовать с точки зрения систематизации и обобщения, выступает в теоретической (идеологической) и эмпирической (психологической) формах.

«Теоретический» антикоммунизм претендует на научность и паразитирует главным образом в сфере политического сознания, философии, социологии, истории, права. Теоретики антикоммунизма не устают «опровергать» марксизм-ленинизм, «доказывать» его «устарелость» и «современную несостоятельность», а также его «большую перспективность в национальных образцах». Именно «теоретический» антикоммунизм благословил многочисленные антимарксистские теории последних лет типа «конвергенции», «деидеологизации», «единого индустриального общества» и др. Это плоды, если так можно выразиться, «стратегического» антикоммунизма. В них выражаются долгосрочные цели империализма, стремящегося нанести максимальный ущерб реальному социализму.

Например, известно, что каждый новый президент США, занимая Овальный кабинет в Белом доме, пытается выразить суть своей политики некоей броской рекламной формулой, которая должна, по его мысли, кратко выразить сущность стратегической линии новой администрации. Например, Трумэн свою политику назвал «справедливым курсом», Кеннеди — «новыми рубежами», Джонсон — «путь к великому обществу», Никсон — «моя цель — закон и порядок», Картер — «новые горизонты». Нынешний президент США Рейган провозгласил курс «возрождения могучей Америки», по существу исходя из позиций гегемонизма.

Если отбросить пропагандистскую шелуху, обильно насыпанную на эти «курсы», «программы», «пути», то станет ясно, что во внешнеполитическом плане все они исходят из необходимости ведения ожесточенной антикоммунистической борьбы. Все декларации, заявления, доктрины, провозглашенные в главной капиталистической цитадели, пронизаны антикоммунистическим содержанием, которое затем с огромным рвением пытаются «развить», «обосновать», «детализировать» платные идеологи империализма в своих теориях и концепциях. По сути, «теоретический» антикоммунизм выражает глубинную классовую ненависть империализма к реальному социализму.

Существует и эмпирический, «вульгарный» антикоммунизм, продукция которого используется главным образом в психологической войне империализма. Для обыденного сознания буржуазные пропагандистские центры пытаются распространять различные домыслы о советской действительности, социалистических вооруженных силах; стремятся оживлять националистические предрассудки, частнособственнические наклонности; не прекращаются усилия представить различные стороны жизни социалистического общества в карикатурном свете.

«Вульгарный» антикоммунизм более активно реагирует на текущие события, и его акции носят как бы тактический характер. Сообщения, факты, новости, не претендующие на теоретическую глубину, призваны, по мысли профессионалов психологической войны, внести в общественное сознание, прежде всего на его обыденном уровне, идеи, установки, взгляды антикоммунизма. Внешняя популярность, доступность восприятия антикоммунистических стереотипов и штампов должны, по мысли сотрудников аппарата психологической войны, способствовать их внедрению в сознание людей. Если «теоретический» антикоммунизм адресуется ограниченному кругу людей (главным образом интеллигенции), то эмпирический предназначен для миллионов людей, это «массовый» антикоммунизм.

Эмпирический, «вульгарный» антикоммунизм, например, во всей полноте предстал в той идеологической борьбе, которую вели и ведут западные центры психологической войны против социалистической Польши. Западногерманское издательство «Роте блеттер» выпустило в 1982 г. сборник статей и документов, посвященных конкретным фактам вмешательства США в НАТО в дела суверенной страны. В сборнике, составленном активистами марксистского студенческого союза, приводятся многочисленные данные, которые свидетельствуют о том, что духовная агрессия против ПНР проявляется прежде всего в клевете обмане, запугивании, введении населения в заблуждение в подстрекательстве его к различным подрывным акциям Дело доходит до того, пишут авторы сборника, что оголтелый антикоммунист Йозеф Штраус публично выступает «выражениями своей солидарности с польскими рабочими стремящимися улучшить социализм». Злейший враг социализма и рабочих считает нужным и допустимым настолько деформировать истину, что даже надевает на себя тогу «защитника социализма». Подоплека подобных метаморфоз ясна: империалисты готовы пойти на любые шаги действия, которые отвечают их классовым интересам.