Как я изучаю языки. Заметки полиглота - Ломб Като

Однако не только системные рекомендации и личный опыт делают книгу «Как я изучаю языки» привлекательной для читателя. Перед нами предстает не только уникальный автодидакт, опытный переводчик и универсальный языковед, но и удивительный человек. Стремление овладеть новым языком всегда связано у Ломб с глубоким уважением к культуре конкретного народа, на этом языке говорящего. Поразительная открытость, способность воспринять непривычное, усвоить его и сделать своим, быстрая реакция, да и простое любопытство – вот рецепт успеха полиглота, переводчицы, универсального лингвиста Като Ломб, и она с радостью делится им со всеми, кто готов посвятить свое время увлекательнейшему путешествию в мир человеческих языков.

Оксана Якименко,

переводчик с английского и венгерского языков,

старший преподаватель кафедры финно-угорских языков СПбГУ,

июль 2016 года

От автора

Если речь заходит о моих языковых познаниях, мне всегда задают три вопроса, причем всегда одни и те же. Ну а я, естественно, даю одни и те же ответы. И эту книжку я написала для того, чтобы все мы, кого интересует данная тема, могли сообща ответить на эти вопросы.

Вопрос первый: можно ли знать шестнадцать языков? Ответ: нет, нельзя. По крайней мере нельзя их знать на одинаковом уровне. Родной язык у меня только один – венгерский. Но пять языков живут во мне одновременно: русский, английский, французский, немецкий и венгерский. Работая с этими языками, я перевожу с одного на другой в любом сочетании и в перевод «включаюсь» мгновенно. Прежде чем приступить к работе, связанной с применением итальянского, испанского, японского, китайского или польского языка, я, чтобы освежить знания, обычно трачу полдня, просматривая свои записи. С остальными шестью языками я работаю только как переводчик художественной и специальной литературы, то есть имею здесь лишь пассивную практику.

Вопрос второй: почему вы не занимаетесь преподаванием языков?

Ответ: я не специалист в этой области. Чтобы обучать (подчеркиваю: обучать, а не изучать), недостаточно знать много языков. На вопрос анкеты о профессии я бы в шутку ответила: изучаю языки. Обучение – профессия совершенно иная. Наверняка найдется много таких людей, которые перенесли ту или иную хирургическую операцию. И все же я ни за что не дала бы им в руки скальпель (и, думаю, никто бы не дал), чтобы они, опираясь на свой, возможно немалый, опыт, сами бы проделали операцию.

Вопрос третий: нужны ли особые способности, чтобы овладеть таким количеством языков?

Ответ: нет, не нужны. Думаю, что результат, эффективность всякой человеческой деятельности, за исключением искусства, зависят от степени интереса и количества энергии, затраченной на реализацию этого интереса. Люди, которые любят слово как таковое и которых занимает, при помощи каких словесных средств можно красиво и своеобразно передать чужие и выразить свои мысли, обязательно достигнут желаемого. Этот вывод я сделала, опираясь на свой действительно большой опыт работы с языками и общения с людьми, – опыт, накопленный почти за сорок лет. О своих наблюдениях я и хотела бы рассказать в этой книге.

Недостатки книги порождены моими ошибками. От тех, кто готов меня выслушать, я жду и признания ее достоинств.

Итак, я посвящаю ее читателям.

Русским читателям

В наши дни повсюду задумываются над тем, как можно было бы быстро и эффективно преодолеть языковые барьеры. Свой посильный вклад в это дело постаралась внести и я.

Возникает вопрос: могу ли я как автор этой книги предложить такое решение задачи (полное или частичное), какого еще не нашли мудрые филологи и опытные преподаватели иностранных языков? Я хорошо знакома с советской методической школой преподавания иностранных языков – знакома не потому, что изучала ее, а, так сказать, практически, работая нередко бок о бок с советскими переводчиками на международных конференциях и съездах. И я считаю методические достижения советской школы одними из самых высоких в мире, в отношении преподавания фонетики особенно. В разработке этой темы я принимаю участие не как ученый-языковед, методических соображений по обучению не предлагаю и предлагать не хочу. И если в моих скромных записках кто-то склонен будет усмотреть методические указания (или просто мысли по этому поводу), то следует иметь в виду, что это моя личная методика, то есть методика изучения способом личного общения с языком без участия кого-то третьего, будь то живой человек или учебник. Короче, в споре о том, как изучать язык, я прошу слова не как преподаватель, а как учащийся. И опытному педагогу меня так и следует рассматривать; меня в данном случае представляет моя книга.

Нас, отдавших изучению языка годы, десятилетия, а то и всю жизнь, и тех, кто вступил на путь филологии, так сказать, не профессионально, а только по внутреннему побуждению, кто был заворожен языком, литературой, чудом общения на неродном языке, в этом мире много десятков, а может быть, и сотен тысяч. Эту группу людей про себя я называю «стихийными» лингвистами; к изучению языков они относятся ревностно, без остатка поглощены этим делом и черпают в нем такую же радость, как, скажем, коллекционеры марок, которые, не превращая своего занятия в науку, оперируют нередко огромным количеством информации из самых разных областей знания.

Итак, моя книга, написанная вечной ученицей, обращена к учащимся, настоящим и будущим. Эта книга – попытка заочной беседы коллег, настоящих или будущих.

Думаю, наш современник, изучающий или желающий изучать иностранный язык, сильно отличается от своих коллег в предыдущих поколениях. Он уже не школяр, единственное дело которого так или иначе – учеба. Он занимается языком не под давлением обстоятельств, не обязан приноравливаться к дисциплине, ритму и учебным средствам школы. Он должен иметь свои мотивы и систему изучения языка. К тому же подавляющее большинство изучающих язык не филологи, работают в иных областях науки, на производстве, служат в государственном аппарате или армии, имеют многочисленные семейные обязанности, так что большого досуга для их увлечения не остается. Бывает, что день у них складывается так, что в него не уложишь строгий методический распорядок учебного заведения или курсов. Предупреждая возражения, скажу, что я вовсе не призываю сбрасывать со счета нормативную программу, а, скорее, хочу оказать ей помощь.

Нужен какой-то такой метод, при котором изучение языка не ляжет на плечи тяжким грузом, а будет в жизни трудящегося человека моментом развлечения. Метод, который предложил бы изучающему язык не как искусственно созданный учебный материал, а как самую жизнь, дал бы не упрощенные ради скорейшего усвоения тексты, а оригинальный языковой материал, лежащий в поле личных интересов учащегося и требующий только раздумий с «ключом» в руках.

Голова взрослого человека с большим трудом приноравливается к учебному диктату извне, каким бы мастерским последний ни был. Иное дело, когда меру и характер своей активности учащийся определяет сам: усвоение слов, оборотов, правил происходит быстрее, если учащийся нашел их сам, если на понимание их он сам мобилизовал свою духовную энергию. Самостоятельное решение задачи, как известно, всегда приносит больше радости, а радость этого типа, называемая психологами «переживание успеха», – важнейшее условие эффективности всякой деятельности, в том числе и изучения иностранных языков.

Эта маленькая книжка и посвящена описанию ряда моментов такого «изучения языка не по правилам», в котором вам, дорогие читатели, желает много успехов, выдержки и настойчивости преданная вам.

Като Ломб

Будапешт, май 1977 года

Введение

Мне было примерно года четыре, когда я своих домашних удивила заявлением, что знаю немецкий.