Исламское страхование (такафул): особенности правового регулирования - Ренат Беккин

1.2.3. Риба

Риба категорически осуждается Кораном: «Те, которые пожирают рост, восстанут только такими же, как восстанет тот, кого повергает сатана своим прикосновением. Это – за то, что они говорили: “Ведь торговля – то же, что рост”. А Аллах разрешил торговлю и запретил рост» (2: 275). Однако несмотря на разграничение торговых и ростовщических операций, в Священной Книге не дается самого определения понятия «риба», содержатся лишь косвенные указания на один из распространенных в ту эпоху видов ростовщичества – удвоение суммы долга в обмен на отсрочку его выплаты: «О вы, которые уверовали! Не пожирайте роста, удвоенного вдвойне…» (3: 130)[53].

В качестве примера в Коране указывается на деловое поведение иудеев, практиковавших финансовые операции на основе риба, в том числе и на территории Аравийского полуострова: «…Мы запретили им (иудеям) блага, которые были им разрешены, и за отвращение ими многих от пути Аллаха, и за то, что они брали рост, хотя это было им запрещено, и пожирали имущество людей попусту, Мы и приготовили неверным из них мучительное наказание» (4: 160–161).

Не исключено, что некоторые сподвижники Пророка, среди которых было немало торговцев, до ниспослания айатов, запрещающих риба, практиковали определенные ростовщические операции. Об этом свидетельствуют предания, в которых риба упоминается в связи с именем ал-‘Аббаса бин ‘Абд ал-Мутталиба – дяди Пророка. Так, в хадисе, приведенном в «ас-Сахихе» Муслима, Пророк сказал: «Риба времен джахилийи отменена. Первая риба, которую я отменяю, – это наша собственная риба, которую мы должны ал-‘Аббасу бин ‘Абд ал-Мутталибу. Она (с этого момента) полностью отменена»[54].

Мусульманские авторы спорят, о какой форме риба идет речь. По-видимому, в хадисе имеется в виду довольно распространенная в те времена практика удвоения суммы долга в обмен на отсрочку его возврата[55] или же a priori установленная в договоре надбавка к основной сумме долга.

Не исключено, что тот тип ростовщичества, о котором говорится в цитируемом хадисе, сочетал в себе оба признака: содержал условие о выплате процентов и одновременно оговорку о том, что в случае невозврата долга в срок его сумма увеличивается вдвое. Обе указанные формы ростовщичества характеризуются мусульманскими правоведами как один из двух известных в Средние века типов риба – риба ан-наси’а (долговая риба).

В широком значении риба ан-наси’а присутствует в договоре займа и означает любую надбавку к основной сумме долга, получаемую кредитором в качестве одного из условий предоставления средств в долг на определенный срок. Кроме того, риба ан-наси’а может означать надбавку к основной сумме долга, выплачиваемую в обмен на отсрочку платежа: «Пророк запрещал (вновь) продавать (товар, в отношении оплаты которого ранее уже была предоставлена отсрочка платежа, но который не был оплачен) в долг на новый срок под проценты»[56]. Получение процентов по банковским вкладам, а также использование банковских кредитов с последующей выплатой по ним процентов относится к риба ан-наси’а.

Тип риба, известный в древности и раннем Средневековье, – риба ал-фадл (риба—излишек) – подробно описан в Сунне. Этот тип также был известен арабам в доисламскую эпоху, но, в отличие от риба ан-наси’а, риба ал-фадл не всегда считалась ростовщичеством.

Риба ал-фадл имеет место при бартерном обмене одной партии одного и того же товара на другую, более низкого качества в неравной пропорции и не одновременно. В число таких товаров, согласно хадисам, входят: золото, серебро, пшеница, ячмень, финики, соль[57].

Впоследствии, по мнению большинства правоведов, риба ал-фадл – это любое несоответствие в количестве и качестве при обмене однородных товаров друг на друга. В одном из хадисов, посвященных риба ал-фадл, говорится: «Обмен золота на золото – ростовщичество, если только [золото не передается из рук в руки в равных количествах], и обмен пшеницы на пшеницу – ростовщичество, если только [пшеница не передается из рук в руки в равных количествах], и обмен фиников на финики – ростовщичество, если только [финики не передаются из рук в руки в равных количествах], и обмен ячменя на ячмень – ростовщичество, если только [ячмень не передается из рук в руки в равных количествах]»[58].

На первый взгляд запрет неравного обмена одного и того же товара, если речь не идет о рассрочке платежа, может показаться странным с точки зрения как средневековой экономики, так и современной. Однако в другом хадисе дается ответ на этот вопрос: «Однажды Билял принес Пророку финики [сорта] барни, и Пророк спросил его: “Откуда это?” Билял ответил: “У меня были плохие финики, и я обменял их на хорошие, отдав по два са’[59] за один са’ [хороших фиников], чтобы угостить ими Пророка”. Услышав это, Пророк воскликнул: “Так ведь это же настоящее ростовщичество! Никогда не делай так! Если хочешь купить финики получше, то продай плохие финики и за полученную плату купи хорошие”»[60]. Иными словами, две партии одного и того же товара могут быть разного качества и, несмотря на одинаковый вес, могут иметь разную стоимость.

То же самое с некоторыми оговорками можно сказать и о золотых и серебряных монетах. Монеты (прежде всего золотые) в первые годы хиджры и значительное время после выступали зачастую не как средство обращения, а как товар, и их стоимость определялась не по номиналу, а по весу[61]. Объясняется это тем, что качество таких монет было невысоким, и по мере их долгого нахождения в обращении их вес мог изменяться. Так, например, официально установленный вес дирхама колебался от 2,8 до 3,1 грамма[62].

Единственный из сподвижников Пророка, кто, согласно преданию, считал риба ал-фадл дозволенной, был Ибн ‘Аббас, который ссылался на хадис, переданный Усамой б. Зайдом, где говорилось, что риба – это только риба ан-наси’а[63]. Однако, как свидетельствуют некоторые авторы, впоследствии Ибн ‘Аббас отказался от своего мнения по этому вопросу[64].

В наши дни получила распространение другая, более простая классификация риба: ссудная риба (риба ал-дуйун) и торговая риба (риба ал-буйу’).

Ссудная риба включает в себя две формы риба ан-наси’а. К торговой же риба относится как риба ан-наси’а, так и риба ал-фадл. Например, если кто-то меняет килограмм ячменя на другой килограмм ячменя, и имеет место отсрочка, то можно говорить о риба ан-наси’а. Если же в обмен на килограмм ячменя кто-то получает, скажем, один килограмм и сто граммов ячменя, то перед нами риба ал-фадл. Обе формы риба могут сочетаться в одном и том же договоре продажи. Например, если кто-то меняет один килограмм ячменя на ячмень весом килограмм и сто граммов, причем получает все это не сразу, а через несколько месяцев.

Однако коранические предписания относительно запрета риба, и хадисы не сняли всех вопросов, связанных с ростовщичеством. Сразу после смерти Мухаммада сподвижники не могли дать однозначного ответа, подпадают ли некоторые операции под категорию ростовщических или нет. Например, можно ли получать в качестве платы за золотое украшение золотые монеты или слитки и должны ли при этом золотые монеты весить столько же, сколько весит золотое украшение? Распространяется ли запрет риба ал-фадл только на шесть перечисленных в хадисах товаров (золото, серебро, пшеница, ячмень, финики и соль) или же относится и к другим товарам, и т. п.?

Ключевая проблема при интерпретации коранического запрета риба в Новейшее время, когда бартерные сделки стали достоянием истории в большинстве уголков земного шара, заключается в следующем: любой ли ссудный процент можно рассматривать как ростовщичество?

Дискуссии по этому вопросу не утихали в течение всего XX века – времени, когда перед мусульманским миром встал вопрос: что делать с учреждавшимися то тут, то там многочисленными банками и другими финансовыми институтами в свете исламского запрета ростовщичества? Имеют ли право мусульмане заключать с такими структурами договоры и вообще каким бы то ни было образом участвовать в их деятельности?

Первым широко известным постановлением, сужавшим рамки понятия риба, была фетва Верховного муфтия Египта Мухаммада ‘Абду. Он охарактеризовал операции, осуществляемые появившимися на рубеже XIX и XX столетий в Египте сберегательными фондами, которые были учреждены правительством и работали на процентной основе, как соответствующие механизму мудараба[65]. После смерти ‘Абду его ученик Мухаммад Рашид Рида развил идеи учителя, считая, что почтовая администрация – инициатор создания подобных фондов – является мощной правительственной структурой и способна надлежащим образом распорядиться аккумулированными средствами в интересах как вкладчиков, так и государства. Вместе с тем позднее Рида признавал, что ‘Абду был удручен стремительно возраставшим значением банков в экономической жизни Египта[66].