Иерусалим: три религии - три мира - Татьяна Носенко

В докладе комиссии Пила впервые прозвучала идея о том, что Англии, возможно, придется отказаться от Палестины, но отдавать Иерусалим «новые крестоносцы» не хотели ни при каких условиях. В рекомендациях комиссии предлагалось выделить его в особую, контролируемую англичанами зону вместе с Вифлеемом и коридором до порта Яффа. В дальнейшем, уже в годы Второй мировой войны, это предложение получило развитие в секретных разработках британского кабинета министров, предполагавших раздел Палестины на еврейское государство, палестинскую территорию и государство Иерусалим под управлением Англии. Но в конце 40-х годов судьба Святого города решалась уже не международными постановлениями и мандатами, а в битвах между теми, кто жил на Палестинской земле.

Во время Первой мировой войны воюющие державы вновь вспомнили о святых местах христианства. На управление ими претендовали и традиционно соперничавшие по этому поводу Франция и Россия и даже Англия. Германия же предложила своему союзнику турецкому султану просто подарить храм Гроба Господня немецкому и австрийскому императорам, которые затем передали бы его Папе Римскому.

К концу войны Россия — покровительница православных — была выведена из игры, так как ее новое большевистское правительство не интересовалось церковными проблемами. У католиков пробудились надежды вернуть себе в Святой Земле то преобладающее положение, которое они занимали во времена Крестовых походов. В католической литературе и прессе зазвучали восторженные филиппики по поводу того, что в Палестине следует ожидать возвращения эры крестоносцев во всем ее великолепии, что воины-потомки крестоносцев XII в. отомстили узурпаторам и вернули христианству Святой город.[307] Под узурпаторами при этом подразумевались как мусульмане, так и Греко-православная церковь.

На Парижской мирной конференции в 1919 г. францисканский хранитель святых мест в Иерусалиме потребовал от имени всех католиков восстановить положение, существовавшее до 1757 г., опираясь совершенно на ту же историческую аргументацию, которая выдвигалась его предшественниками в преддверии Крымской войны в середине XIX в. Греко-православный патриархат в Иерусалиме, отстаивая свои права и опровергая эти претензии, отвечал ссылками на то, что существующий статус святых мест был признан и утвержден двумя международными конференциями — Парижской в 1856 г. и Берлинской в 1878 г. — и не подлежит изменению.

В конце концов вопрос о святых местах был включен отдельной статьей в мандат на управление Палестиной, предоставленный Лигой наций Великобритании в 1920 г. Мандатные власти брали на себя всю ответственность за обеспечение доступа к святым местам, а также обязались в кратчайшие сроки создать специальную комиссию для изучения претензий различных религиозных сообществ и урегулирования спорных вопросов.[308] Однако продолжавшиеся на протяжении двух лет попытки англичан организовать такую комиссию не имели успеха главным образом из-за разногласий внутри самой католической церкви и из-за требований католиков предоставить им преимущественные права в создаваемом органе. Мандатные власти отказались от идеи создания комиссии, и в 1924 г. вся ответственность за управление святыми местами была возложена на Верховного комиссара в Палестине, которому теперь вменялось в обязанность выступать в качестве конечной инстанции при решении всех касавшихся их спорных вопросов. На практике это означало сохранение статус-кво, установленного при турках в 1757 г.

Несколькими годами позже английская администрация в Палестине разработала закрытый документ «Статус-кво в святых местах», предназначавшийся исключительно для ее внутреннего пользования. Пожалуй, впервые в истории Иерусалима в одном документе были собраны все сведения о распределении святых мест между различными христианскими деноминациями и тщательно описана сложная практика наиболее важных служб в храме Рождества в Вифлееме и в храме Гроба Господня в Иерусалиме. Эти правила практически без изменений действуют и в наши дни.

Только три иерусалимских патриархата — католический, греко-православный и армянский — обладают правами собственности в храме Гроба Господня, за исключением небольшой часовни, которой владеют копты. Только по просьбе этих трех патриархатов могут открываться двери храма, и только они имеют право самостоятельно проводить в нем религиозные процессии и службы. Три другие более мелкие конфессии — копты, сирийские яковиты и эфиопские христиане — пользуются лишь очень ограниченными правами в отправлении своих независимых служб.

На протяжении десятилетий незыблемым остается описанный англичанами порядок расположения ламп, канделябров, свечей, икон и другой церковной утвари, принадлежащей разным конфессиональным группам, а также правила ремонтных работ, уборки и мытья всех частей храма. Главный христианский собор выглядит запущенным, а некоторые его части просто кажутся полуразрушенными именно потому, что церковным иерархам редко удается договориться о приведении его в порядок. Сепаратные действия любой из конфессий, направленные на благоустройство своих владений, немедленно вызывают протесты остальных, опасающихся, что будут ущемлены их права. При англичанах на протяжении десятилетий фасад храма был закован в металлические леса, так как христианские иерархи не могли решить, как осуществлять ремонт. Правда, в последние годы, в преддверии двухтысячелетия христианства все же был реставрирован купол ротонды над часовней Кувуклией и проведен ряд других ремонтных работ. Это дает надежду, что храм Гроба Господня, возрождавшийся после разрушения его мусульманами-фанатиками, выстоявший в многочисленных войнах и стихийных бедствиях, сохранит свое величие, несмотря на тщеславные и мелочные споры между самими христианами.

В период британского мандата в Иерусалиме продолжалось строительство христианских храмов. В 1924 г. у подножья Масличной горы была возведена церковь Всех Наций (базилика Гефсиманской молитвы), строительство которой финансировалось католическими церквами нескольких стран. Еще в IV в. паломница Эгерия описывала церковь, стоявшую на этом месте, где со времен первых иерусалимских христиан поклонялись камню, у которого Иисус совершал свою последнюю молитву накануне надвигавшегося ареста. Это здесь он просил: «Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня…».[309] На протяжении веков много храмов сменили друг друга на этом месте, а сегодня драгоценная реликвия — огромная скальная глыба, выступающая из-под пола алтарной части церкви, находится «под опекой» братьев-францисканцев. Они же хранят и расположенный по соседству «Гефсиманский сад» — несколько очень старых оливковых деревьев с узловатыми стволами, напоминающими искореженные болезнью старческие пальцы. Каждому известно, что дерево не живет две тысячи лет, но колдовство иерусалимской ауры заставляет поверить, что именно эти оливы были свидетелями последней скорбной молитвы Иисуса и предательского поцелуя Иуды.

Еще одному заключительному евангельскому эпизоду — предательству Петра, предреченному Иисусом, — была посвящена церковь Св. Петра в Галликанту, построенная в 1931 г. на склоне Сионской горы. Галликанту в переводе с латыни означает «при крике петуха», то есть название церкви происходит от той евангельской строки, где Иисус говорит Петру: «…ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня».[310] В настоящее время церковь принадлежит католическому братству ассумпционистов, которые гордятся тем, что они сохраняют существующую с IV в. христианскую традицию размышлений об отречении Петра во дворе первосвященника Каиафы и о последующем покаянии апостола. Местоположение дворца первосвященника точно не установлено, и трудно понять, почему с византийских времен именно на этом скалистом склоне, неудобном для строительства, возводились церкви, посвященные отречению апостола. Одна из версий предполагает, что, по раннехристианской традиции, здесь находилась пещера, где Петр оплакивал свое предательство. Как бы там ни было, обстановка в храме, стоящем вдали от основных паломнических и туристических маршрутов, открывающаяся с его террасы живописная панорама на иерусалимские долины располагают к философским размышлениям, в том числе и о слабости человеческого духа.

В годы британского мандата в Палестине по-прежнему сохранялось русское присутствие. Революция в России смела с трона Романовых и уничтожила царскую семью. Усилиями большевиков православная церковь в стране была фактически разгромлена, а ее общественное влияние сведено к нулю. Хотя в 1914 г. Русская Духовная Миссия переехала в Александрию, но в Иерусалиме сохранялись уголки старой России с ее молитвами и колокольным звоном. Бури российской и палестинской истории мало изменили патриархальный быт русских монахинь и священнослужителей, которых, по некоторым сведениям, оставалось в Иерусалиме около 300 человек. А. П. Ладинский писал: «В покоях у митрополита плюшевая мебель восьмидесятых годов и та старомодная вежливость и изысканная речь, какая сохранилась только на архиерейских подворьях да в монастырях, с этими «изволите вы» и «угодно вам», которых мы уже не употребляем в нашем житейском, растрепанном языке».[311]