Один год из жизни Уильяма Шекспира. 1599 - Джеймс Шапиро

Лондонцы прекрасно знали о том, как ненадежны здания, построенные на скорую руку; они особенно опасны при большом скоплении людей; в августе 1599-го около сорока человек получили травмы и пятеро погибли (среди них и «две милейшего вида потаскушки», отмечает Джон Чемберлен), когда во время кукольного представления на Сент-Джеймс-стрит, на северо-западной окраине Лондона, обвалилось здание, где было полно народу. Ранее, в 1583-м, случилась другая трагедия — в Пэрис-Гарден во время медвежьей травли обвалилась галерея амфитеатра, битком забитая зрителями. Восемь человек, оказавшиеся под завалами, погибли, остальные получили увечья. Поэтому строители Глобуса медлили в ожидании подходящей погоды.

Однако Уильям Шеперд (рабочий, приглашенный Стритом для закладки фундамента) понимал: нельзя упустить подходящий момент. Хотя в начале весны и было сухо не по сезону, вскоре ожидались весенние ливни и паводок. Так и случилось в конце мая. Джон Стоу отмечает, что на неделе после Пятидесятницы Лондон сильно затопило: «…вода поднялась очень высоко, чего давно не случалось». Когда Темза вышла из берегов, вода добралась и до строительной площадки. Даже тридцать лет спустя, после того как вокруг Глобуса, по северной и южной границе, выкопали дренажные канавы, местность все равно затапливало во время весеннего половодья. Строителям оставался таким образом лишь небольшой промежуток времени между заморозками и началом паводка.

Пайщики столкнулись и с другими проблемами: началась судебная тяжба с Джайлзом Алленом по поводу здания Театра. Можно только представить себе, в какую ярость впал Аллен, обнаружив, что здание исчезло, трава затоптана, а по всему полю разбросаны засохшая штукатурка и битая черепица. Первый судебный процесс состоялся 20 января в Вестминстере — Аллен в Суде королевской скамьи «со всей строгостью» предъявил Питеру Стриту обвинение в нарушении границ частной собственности и порче имущества. Стрит явно не собирался ввязываться в эту историю, и, вероятнее всего, судебные издержки по защите строителей взяли на себя Бербедж и его партнеры. Обе стороны понимали, сколь сложным будет судебный процесс. Аллен, возможно, догадывался, что Бербедж нанесет встречный удар, выступив с заявлением в Суде мелких тяжб; Бербедж же в свою очередь ожидал, что Аллен в таком случае ответит новым обвинением в Суде королевской скамьи. Оба знали: если и это не поможет, Аллен опротестует дело в Звездной палате (что он в конце концов и сделал). Последнее, чего хотели бы Слуги лорда-камергера, — чтобы Аллен приостановил строительные работы или помешал их осуществлению. И хотя победа над Алленом была уже не за горами, счета за судебные издержки только увеличивались.

Слуг лорда-камергера тревожило и другое — постоянно растущее количество театральных трупп, их конкурентов. В Куртине продолжают играть Слуги лорда-адмирала. Лебедь предоставляет помещение любой постоянной труппе, и вряд ли положение изменится. Продать билеты в Глобус будет непросто, учитывая, что в Бэнксайде расположены еще три театра и арена для травли медведей. К тому же, владельцы «Кабаньей головы», трактира в западном пригороде Лондона, не пожалели средств на то, что перестроить помещение, превратив его к лету 1599-го в полноценную театральную площадку. Как только Слуги лорда-камергера освободят Куртину, тут же найдется другая труппа, готовая занять их место.

Еще больше настораживало, что после десятилетнего перерыва собрались возобновить свои выступления певчие Собора св. Павла. Генри Эванс уже успел поинтересоваться у Бербеджа, нельзя ли арендовать театр Блэкфрайерс для певчих из другой труппы. С тех пор как в 1596-м там запретили играть взрослым труппам, помещение пустовало. Сделка состоялась через год; прибыль от стабильной аренды была для Бербеджей, с их немалыми долгами, куда важнее, чем опасность потерять зрителей для второй труппы певчих. Позднее, в «Гамлете», Розенкранц скажет, что сейчас в моде «выводок детей», затмивших даже Глобус:

ГАМЛЕТ

И власть забрали дети?

РОЗЕНКРАНЦ

Да, принц, забрали; Геркулеса вместе с его ношей[3].

( II, 2; перевод М. Лозинского )

Очевидно, что Шекспира совсем не радовал успех детских трупп. Труппы росли как грибы, и управляющие театров думали лишь о том, как бы набить карманы. Возможно, Шекспир слышал, что даже издатель Джон Вулф решил «построить театр на Найтингейл-стрит неподалеку от Ист Смитфилда, рядом с Тауэром» (об этом сохранилась запись в суде графства Миддлсекс от апреля 1599-го).

Никак не ожидая такой высокой конкуренции, Шекспир и другие пайщики, скорее всего, недоумевали, почему не соблюдается указ Тайного совета, принятый всего год назад, согласно которому в Лондоне разрешается играть только двум труппам — Слугам лорда-адмирала и Слугам лорда-камергера. Вероятно, в данном случае невыполнение указа, содержавшего угрозу, — снести с лица земли все лондонские театры, — сулило больше преимуществ, чем неукоснительное следование букве закона. Однако решение пайщиков вложить деньги в Глобус, возможно, и было принято как раз ввиду того, что Совет обещал им дуополию; теперешняя же ситуация многих разочаровала. Откуда же возьмется столько зрителей?.. В нынешних условиях спрос на новые пьесы, которые дополнят шекспировский репертуар, сильно возрастет. Цены на билеты снизятся, а следовательно, качество спектаклей ухудшится. Слуги лорда-камергера — труппа, многое повидавшая на своем веку, — с опаской взирали на все эти новшества — от детских трупп до аристократов, драматургов-любителей. Чем быстрее откроется Глобус, тем скорее Шекспир напишет пьесы, установив новый стандарт качества, и театр наконец обретет своего зрителя.

Слугам лорда-камергера, ветеранам сцены, во что бы то ни стало нужно было выделиться из толпы конкурентов, поэтому не удивительно, что Шекспир решительно взялся за работу. Для начала он решил обновить состав труппы. Наиболее показательной в этом отношении является трагедия «Юлий Цезарь», для которой требовалось четверо хороших актеров — на роли Брута, Цезаря, Кассия и Антония. В 1599-м Шекспир всячески старался занять в спектаклях и двух юных актеров, поручая им ведущие роли (их имена, к сожалению, не сохранились). Один из них, судя по всему, исполнял роли героинь, другой все остальные женские роли. Посмотрите, какие актерские дуэты создал Шекспир менее чем за год в расчете на этих двух юношей — от Беатриче и Геро в пьесе «Много шума из ничего» до Екатерины Французской и Алисы в «Генрихе V»… В «Юлии