Независимая Украина. Крах проекта - Максим Калашников

Разительные перемены! А куда подевались прежние оросительные системы? Вырыты из земли, разрезаны, сданы в металлолом. Никто, понятное дело, за это ответственности не понес.

А что произошло с механизацией сельского хозяйства? Современное земледелие с его сложной, но эффективной агротехникой немыслимо без мощной технической базы. И такая база в Донецкой области была. Тракторы, комбайны, многочисленные и разнообразные агрегаты обеспечивали обработку земли, влагозадержание, борьбу с сорняками, сбор богатых урожаев. Еще в 1991 году сельхозпредприятия области располагали 23,2 тыс. тракторов. Спустя полтора десятилетия их численность снизилась в два с лишним раза. Такая же картина наблюдается и с зерноуборочными комбайнами.

Быть может, снижение тракторного парка было компенсировано приходом на поля более мощной и совершенной техники? Статистические данные убедительно свидетельствуют о том, что суммарная мощность двигателей тракторов, составлявшая в 1991 году 1979 тыс. лошадиных сил, на сегодняшний день снизилась вдвое (по Старобешевскому району — втрое).

«О какой научно обоснованной обработке почв можно теперь вообще вести речь?» — написал Василий Семенов на сайте «ДКР» (Донецкий коммуникационный ресурс). И так — везде на Украине.

А еще в Крыму вызревает очаг кровопролитного исламско-православного конфликта, что сулит быть не менее жестоким, кровавым и затяжным, чем Чечня. И никто в Киеве не может остановить сей процесс.

А что вы хотите от власти маньяков-свидомитов, чьи идеи «тарасизма-украинизма» вызревали в эмиграции или в звериных, сырых логовах — бандеровских схронах? Чьи идеи до сих пор вызывают тошноту у миллионов граждан самой Украины? Они ведь не имеют никакого исторического опыта для создания процветающей страны. У них нет опыта ни успешных пятилеток, ни прореформенного подъема Российской империи при Александре Третьем. А короткая история так называемой «независимости» в семнадцатом веке — это, как вы помните, история мерзкой алчности, предательства, междоусобиц и воровства. Нет ничего удивительного, что реалии нынешней «самостийной» здорово напоминают реалии Руины семнадцатого века, а поведение нынешней украинской «элиты» — почти точь-в-точь такое, как у всяких гетманов и старшины.

А самое главное: нет никакого просвета впереди. Сам проект «независимая Украина» был изначально порочен. «Новой независимой державе» с самого начала отрубили ноги. Нынешняя Украина полным ходом идет к своей исторической кончине. Причем симптомы агонии будут только усиливаться год от года.

Нынешняя Украина изнурена вечными нищетой и неустроенностью. Она относится к категории самых бедных и слаборазвитых стран. Национальный доход на душу населения в ней — 1520 долларов в год. (Для сравнения: в Марокко — 1730, в Гватемале — 2400, в Албании — 2520 долларов.) От вечной боли Украину бросает из одной иллюзии в другую. Из старого бреда — в новый.

Людям казалось: виновата только власть. Вот если надеть оранжевую тряпку, выйти на Майдан, сбросить старую номенклатуру и привести к власти ющенок-тимошенок — и сразу станет легче. Ну, сбросили старую проворовавшуюся верхушку. А что получили в итоге? Новую волну голых властолюбцев, взяточников и коррупционеров. И некомпетентных экспериментаторов. Они тут же ввергли республику в перманентную кризисную лихорадку. Кажется — уже неизлечимую.

Самое ужасное для искренних оранжистов заключается в том, что их дело — мертворожденное. Можно расстрелять Януковича и Рината Ахметова, поголовно «окрестить» жителей Востока и Юга Украины в «оранжевую веру», наполнить Верховную Раду и правительство одними клонами Ющенки (Тимошенки) — и все равно ничего не выйдет. Украине нечем заработать на жизнь. У нее нет места в мировом разделении труда. Ничего, кроме угля, марганца, энной доли металлургической продукции, гастарбайтеров и проституток Украина предложить миру не может. Чтобы жить хорошо, нужно зарабатывать на поставках миру чего-то совершенного, современного. С большой добавленной стоимостью. Судостроение, авиастроение, машиностроение, электроника, химическая промышленность — все это уже у других развито. Все эти отрасли развивались на Западе и Востоке тогда, когда «самостийная» стагнировала и растрачивала советское наследство. Наука? Погромлена. Украина больше не может похвастаться дешевой и квалифицированной рабочей силой: квалификацию успели утратить, а обученная дешевая рабсила нынче в Китае, Таиланде, Малайзии. Она дешевле, чем украинская. Украинское продовольствие? Его и самой «незалежной» теперь не хватает.

Странное «независимое государство» Украина, образованное на волне распада Советского Союза в августе 1991 года, обречено. Больше всего оно напоминает неорганичные, искусственные порождения Версальского миропорядка по итогам Первой мировой: Чехословакию 1920–1930-х годов и Польшу тех же лет. А чем-то — и Речь Посполитую на исходе XVIII в. Все эти аналоги, как известно, подверглись распаду и разделу.

В самом деле, самостийностая Украина (СУ), образованная в границах Украинской советской социалистической республики (УССР), обрела независимость не в результате национально-освободительной борьбы, как, к примеру, Индия или Ирландия. Нет, все случилось в итоге криминально-чиновничьей революции, когда советская бюрократия решила сдаться в холодной войне и пограбить богатства Советского Союза. А для этого она решила разделить СССР на некие «независимые государства»: на своеобразные гангстерские зоны влияния. Одной из таковых и стала так называемая СУ. На деле не существует никакого национального украинского единства: УССР как целостность сформировалась именно в Советском Союзе. Именно ему Украина обязана высоким научно-промышленным, аграрным и культурным уровнем развития, достигнутым к концу 1980-х годов. Но единой украинской нации нет. Сие — фикция. На СУ проживают де-факто несколько народов, почему-то окрещенных «украинцами». У них различаются даже языки и фамилии. Одно это создает сильнейшие предпосылки для дезинтеграции.

Во-первых, нынешние Херсонская, Николаевская, Одесская области плюс Крым есть не что иное, как Новороссия, что включает в себя и часть нынешней «суверенной Молдавии» — Приднестровье. А на востоке Новороссия включает в себя Кубань и Ставрополье. Эти земли были отбиты у турок в восемнадцатом веке никакой не Украиной, а Российской империей. Обитает здесь смешанное население. В основном — восточнославянское, говорящее на смеси украинских (малороссийских) простонародных наречий с великорусскими словами. Условно говоря, они — новороссы. Но здесь же (если вы поездите по Одесской области) вы услышите молдавскую, гагаузскую, болгарскую речи. Оказавшаяся в составе СУ сия часть Новороссии — промышленно развитая часть, край верфей (Николаев), важнейших портов, научно-исследовательских центров, курортов.

Особая территория — области Запорожская, Донецкая, Днепропетровская, Луганская и Харьковская. Ярко выраженный индустриальный и научный стержень УССР. Ее металлургия, уголь, ракето- и авиастроение, моторостроение, машиностроение разных видов были гордостью СССР. Да и сегодня именно эта часть СУ не дает этой стране окончательно издохнуть от нищеты: Донецкая и Днепропетровская области обеспечивают четверть (!) доходов всего украинского бюджета. Здесь живет типично малорусское (восточно-украинское) и великорусское население. В городах говорят по-великорусски: на языке Пушкина, а не Тараса Шевченко. А от звучающего в здешних селах суржика хватаются за сердце ревнители чистоты «украиньской мовы»: он сильно от последней отличается. И эта часть нынешней СУ очень сильно тяготеет к РФ.

Собственно украинскими можно считать центральные области экс-УССР во главе с Киевом. А дальше начинается Западная Украина, некогда — часть Австро-Венгрии и версальской, панской Польши 1920–1930-х гг. Можно сказать, «львовская Украина». Самая нищая и неразвитая часть и Дунайской империи, и довоенной Польши. Язык оной части СУ также сильно отличается от украинского литературного. Здесь много полонизмов, заимствований из немецкого, идиш, словацкого и даже венгерского. Мне, служившему здесь в армии в первые полгода, приходилось понимать местных с некоторым трудом. Местные фамилии также отличны от остальной Украины. На Востоке, например — это «-енки» (Кучеренко, Иваненко), «-юки» (Павлюк, Сидорчук). Или запорожско-казацкие, происходящие от боевых кличек: Перебийнис (Перебей-нос), Непийвода (Непей-вода), Затуливитер (Заслони-ветер). В западной части даже фамилии иные: Токар, Носович, Баняс, Трескот, Яремкив, Василец и т. п. Запад в обыденности принято называть «бандеровским»: именно тут наиболее сильны антимосковские настроения, здесь был очаг вооруженного сепаратизма, подавленного при Сталине и Хрущеве.

Наконец, есть еще Закарпатье (Ужгород и Мукачево), населенный этническими группами, объединенными именем «угрорусы» или «карпатороссы». Здесь — тоже большие языковые отличия, да и фамилии своеобразные. Некоторые звучат весьма похоже на великорусские (Куцын), некоторые — прямо-таки как помесь итальянского с японским (Идзьо, Бенедьо, Франко). В Закарпатье «львовскую Украину» не сильно любят. За националистическую невменяемость.