Мусульманские страны на пороге XXI в. Власть и насилие - Коллектив авторов

Исламисты очень часто оказываются вовлечены в геополитическую борьбу. Например, в 80‑е годы соперничество между Саудовской Аравией и Ираном было по сути борьбой суннитов и шиитов, в которой саудийцы надеялись на победу ваххабитской версии ислама в иранской революции. Многие радикальные исламские группы на Филиппинах, в Центральной Азии, на Кавказе, в Афганистане, Пакистане и других местах представляют собой продукт экспорта ваххабизма, попавшего на благодатную местную почву.

Чем хуже социальная, экономическая и политическая ситуация в мусульманском мире, чем ниже уровень жизни, тем сильнее стремление людей опереться на традиционные ценности. «В результате даже несмотря на либерализацию некоторых исламистских движений, большая часть мусульманского сообщества движется в другом направлении, становясь более жестким и менее терпимым и современным» (с. 56), что создает проблему не только для мусульман, но и для Запада. События 11 сентября продемонстрировали это со всей очевидностью. Даже те мусульмане, кто относится к взрыву «башен-близнецов» как к чудовищному преступлению, считают, что он станет хорошим «уроком» для США и заставит их изменить свою ближневосточную политику. Мусульмане не испытывают ненависти к США как таковым, однако они считают, что именно политика США блокирует их стремление к свободе и нормальной жизни, консервирует коррумпированные репрессивные режимы в их странах, и поддерживают Израиль. В такой ситуации Америка тем более должна избегать манихейского подхода — «мир должен быть либо с нами, либо с террористами». Вместо этого необходимо поддерживать в мусульманском мире те силы, которые способны реформировать ислам в демократическом направлении, как это когда-то произошло с Турцией, а сейчас отчасти происходит в Кувейте, Бахрейне, Марокко, Иордании, Йемене, Малайзии и Индонезии. Правительства этих стран стремятся избежать социального взрыва, к которому неминуемо ведут действия исламистов. Показательно, что граждан и подданных именно этих стран, по сути, нет среди террористов, а египтян и саудовцев предостаточно.

Террористы должны быть наказаны, заключает автор. Однако если Вашингтон ограничится карательными действиями, и они станут его единственной реакцией на кризис в мусульманском мире, это обернется катастрофой для США, а в истории мусульманского мира откроется новая жестокая страница с антиамериканскими строчками (с. 60).

А. И. Фурсов

Али Т.

Реколонизация Ирака

15 февраля 2003 г., пишет Т. Али, известный специалист по «третьему миру», член редколлегии «New left reiews», 8 млн. людей пяти континентов вышли на улицы крупнейших городов мира (Лондон, Париж, Рим, Мадрид, Брюссель, Афины, Стамбул, Нью-Йорк, Сан-Франциско, Лос-Анджелес, Чикаго, Монреаль, Мельбурн и др.), протестуя против готовящейся агрессии США и их союзников в Ираке. Несмотря на эту первую в истории подлинно глобальную манифестацию, 21 марта английские и американские войска высадились в Ираке. Республиканская администрация использовала травму, которую нанесли американскому обществу события 11 сентября, чтобы реализовать свой имперский план, первый пункт в котором — оккупация Ирака. Воплощаемая ныне программа была впервые обнародована в 1997 г. под названием «Проект нового американского столетия». Под ней стоят подписи известных политиков (Д. Чейни, Р. Рамсфелда, П. Вулфовица, Дж. Буша, З. Хализаде, Э. Абрамса, Д. Куэйла) и интеллектуалов (Ф. Фукуямы, М. Дектера, Л. Либби, Н. Подгореца). В связи с этим Т. Али вспоминает вдохновителя Вашингтонского консенсуса неолиберала Ф. Хайека, приветствовавшего бомбардировки Ирана в 1979 г. и действия англичан против Аргентины в 1982 г.

Главная мысль «Проекта» проста: Америка не может позволить себе самодовольно почивать на лаврах после окончания «холодной войны»; ей необходимы военная мощь и сохранение мировой гегемонии; ради этих целей Америка должна применять силу — всегда и везде (с. 8).

Ясно, что для администрации, руководствующейся такой программой, теракт 11 сентября 2001 г. был даром небесным. Уже на следующий день в Белом доме в Совете безопасности обсуждали вопрос, по кому наносить удар, — по Ираку или по Афганистану. Операция в Багдаде была запланирована на сентябрь 2002 г. Стать жертвой Ираку «помог» целый ряд обстоятельств. У Ирака — вторые в мире запасы дешевой нефти; в 2000 г. Багдад перешел с долларов на евро в расчете за экспорт, т. е. двинулся по пути президента Венесуэлы Чавеса и иранских мулл. Существование режима Саддама было стратегическим раздражителем для израильских военных. Наконец, блицкриг должен был преподать урок другим странам Ближнего и Дальнего Востока.

Англо-американская агрессия расколола Европу — впервые после окончания «холодной войны», и это приняло форму внутризападного скандала (с. 16). В то время как правые режимы Аснара в Испании и Берлускони в Италии поддержали США, французские и немецкие социалисты выступили против. Впрочем, времена искреннего антиамериканизма европейцев в духе де Голля давно в прошлом, и вскоре Ширак и Блэйр помирятся, а немцы сделают вид, что не понимают истинной роли Англии в Евросоюзе — «троянского мула» США (с. 17). На Ближнем Востоке, пишет Т. Али, возник знакомый ландшафт лицемерия и сговора. Мубарак дал свободно пройти американским кораблям через Суэцкий канал, Саудовская Аравия и Турция позволили разместить на своей территории ракеты, мелкие государства Персидского залива вообще выступили пешками в игре Вашингтона, Сирия и Иран попытались сохранить хорошую мину при плохой игре. Лига арабских государств превзошла саму себя в качестве коллективного выражения позора; она осудила войну — ту самую, в которой большинство ее членов принимало участие на стороне США (с. 12).

Реальность «международного сообщества», которое в действительности означает американскую глобальную гегемонию, никогда не была столь ясной, как в ситуации с Ираком. Мало кто рискнул открыто выступить против США. Но исключения все же были. Единственным политическим органом, который действительно пытался остановить войну, был турецкий парламент, выступивший как против США, так и против своего правительства. В Индонезии Мегавати призвала к созыву чрезвычайного заседания Совета Безопасности ООН (которая теперь больше похожа на Организацию американских наций), чтобы заклеймить на нем США. Президент Малайзии Махатхир потребовал отставки Кофи Аннана. И это, пожалуй, все. Сегодня, замечает Али, нет Советского Союза, который, как во время Суэцкого кризиса 1956 г., одним-единственным заявлением мог охладить наступательный пыл Запада (с. 17).

Война в Ираке планировалась по типу войн в Югославии и Афганистане. Политики и генералы в Вашингтоне и Лондоне рассчитывали на полное повторение косово-кабульской модели — массированные бомбардировки плюс фактический отказ от помощи своим «клиентам» бывших стран-патронов (Россия, Пакистан). С Ираком так не получилось. К тому же иракская армия не развалилась при первом же выстреле, как ожидалось. Действия американцев превратили их в глазах большинства арабов в «новых крестоносцев, а Саддама Хусайна — в героя арабского мира. Шииты вовсе не встретили оккупантов с распростертыми