Предания русского народа - И. Кузнецов

«Чистоплотным» Иван Купала называется оттого, что на заре этого дня принято купаться, причем такого рода купанью приписывается целебная сила. С той же целью отыскать целебную силу, поутру Иванова дня, вологодские бабы «черпают росу»; для этого берется чистая скатерть и «бурак», с которыми отправляются на луг. Здесь скатерть таскают по мокрой траве, а потом выжимают в бурак и этой росой умывают лицо и руки, чтобы прогнать всякую «болесть», и чтобы на лице не было ни угрей, ни прыщей.

В Пензенской губернии точно так же «черпают росу», хотя здесь она служит не только для здоровья, но и для чистоты в доме: купальской росой кропят кровати и стены дома, чтобы не водились клопы и тараканы.

С Иванова дня начинают ломать прутья берёзы для банных веников. Считается, что веники, которые срезаны до Иванова дня, приносят вред здоровью, потому что на теле будет «чес», то есть чесотка. Вообще, баня, купанье в реках и умыванье росой составляет один из наиболее распространенных в народе купальских обычаев. Местами этот обычай выродился даже в своеобразный обряд обливания водой всякого встречного и поперечного. В Орловской губернии, например, деревенские парни одеваются в грязное, старое белье и отправляются с ведрами и кувшинами нареку, где наполняют их самой грязной, мутной водой, а то и просто жидкой грязью. Потом они идут по деревне, обливая всех и каждого, и делая исключение только для стариков и малолеток. Но всего охотнее, разумеется, обливают девушек: парни врываются даже в дома, вытаскивают и выносят девушек на улицу силой, и здесь с ног до головы окачивают водой и грязью. В свою очередь, и девушки стараются отомстить парням, и тоже бегут на реку за водой и грязью. Начинается, таким образом, общая свалка, полная веселья, криков и смеха. Кончается дело тем, что молодежь, перепачканная, мокрая, в прилипшей к телу одежде, гурьбой устремляется нареку и здесь, выбрав укромное местечко, подальше от глаз старших, купается вместе, причем и парни, и девушки остаются в одеждах.

Иван Купала повсеместно именуется еще и «травником». Последнее название указывает на общенародное верование, которое гласит, что все чудодейственные и целебные травы распускаются как раз в ночь на Ивана Купала, когда творческие силы земли достигают своего наивысшего напряжения. Поэтому знающие и опытные люди, а особенно деревенские лекари и знахари, ни под каким видом не пропускают Ивановой ночи и собирают целебные травы и коренья на весь год.

(С. Максимов)

Ильин день

На огненной колеснице могучий, седой старец, с грозными очами, разъезжает из конца в конец по беспредельным небесным полям, и карающая рука его сыплет с надзвездной высоты огненные стрелы, поражая испуганные сонмы бесов и преступивших закон Божий сынов человеческих. Куда ни появится этот грозный старик, он всюду несет с собою огонь, ужас, смерть и разрушение. Его непреклонное сердце не смягчат ни вопли, ни стоны пораженных, и взор его грозных очей не остановится на зрелищах земных несчастий. Совершив правосудие неба, он, как бурный вихрь, мчится на своей сверкающей колеснице все дальше и дальше, и по могучим плечам его рассыпаются седые кудри, да по ветру развивается белая, серебристая борода.

Таков, по воззрениям народа, Илья-пророк, олицетворяющий собой праведный гнев Божий. Повсюду на Руси он именуется «грозным», и повсюду день, посвященный его памяти (20 июля), считается одним из самых опасных, Во многих местах крестьяне даже постятся всю Ильинскую неделю, чтобы предотвратить гнев пророка и спасти от его стрел свои поля, свои села и скотину. Самый же день 20 июля крестьяне называют «сердитым» и проводят его в полнейшей праздности, так как даже простая работа считается великим грехом и может навлечь гнев Ильи. Если в этот день на небе появятся тучки, народ с боязнью следит за ними; если дело доходит до грозы, то боязнь эта переходит в страх: все население забивается в дома, затворяет наглухо двери, занавешивает окна и, зажигая перед образом четверговые свечи, молит пророка сменить гнев на милость…

Приписывая Илье-пророку власть производить гром и молнию и направлять тучи по своему усмотрению, то есть, отдавая в его руки самые страшные и вместе с тем самые благодетельные силы природы, наш народ твердо верит, что плодородие земли есть дело пророка, и что без его воли не может быть урожая. Поэтому народ представляет себе Илью не только как вестника небесного гнева, но и как благодетеля человеческого рода, дарующего земле изобилие плодов и прогоняющего нечистую силу, эту виновницу человеческих несчастий и болезней. По народному поверью, для нечистой силы страшен не только сам Илья, но даже дождь, который проливается в его день, имеет великую силу: ильинским дождем умываются от вражьих наветов, от напусков и чар. Сам же Илья наводит на бесов панический, беспредельный ужас: как только на небе раздастся грохот его колесницы, черти толпами бегут на межи, прячутся за спины людей или укрываются под шляпки ядовитых грибов, известных в народе под именем «яруйки». Даже сам сатана трепещет перед грозным Ильей и, застигнутый пророком в облаках, пускается на хитрости, чтобы избежать могучих ударов.

(С. Максимов)

Простые люди говорят, что когда гром гремит, то Илья-пророк ездит по небу на огненной колеснице и убивает стрелою прогневавшего Бога дьявола, который тогда весьма укрывается и, обращаясь в разные виды, а особенно во младенцев, просит у людей укрытия; но если бы оный и за лик Божий спрятался, то и тот образ не пощажен будет. Громовая стрела, убив дьявола, уходит в землю и там три года пребывает; по прошествии того времени обнаруживается, и ее находят, состоящей из кремня. В случае колотья окачивают ее водою, и этою водой обливают больного. Пожилые простолюдины уверяют, что если кто часто или всегда ест гнилой хлеб, тот грома бояться не будет. Услышав же первый раз по зиме гром, девушки умываются с серебра, чая получить красоту, белизну и красоту тела, а также и здоровье.

(«Абевега русских суеверий»)

Свят, свят, свят! Седой в грому, обладывай молниями, проливай источники на лицо земли, о владыка страшный и грозный! Сам суди окаянному дьяволу с бесы, а нас, грешных, спаси, всегда и ныне и присно и во веки веков, аминь. Ум преподобен, самоизволен, честь от Бога, отечеству избавление, ныне и присно и во веки веков, аминь.

Пятница

Это маленькая часовня на столбике, на нём устроена кровелька, защищающая от непогоды полку, иногда убранную фигурною резьбою. На этой полочке ставят икону. Короче: наша часовня Пятница почти то же, что и кресты на землях католических, расставленные по межам владельцев. В древности у язычников, может быть, в той же силе, был термин. Положительное место для русских Пятниц — перекрёсток дорог, распутье на две, на три или на четыре стороны. Кто знает Русь, тот видал множество таких Пятниц. В старое, в тёмное, в непамятное время, говорят, что у нас на распутьях стояли столбы, чураки, неотёсанные болваны, и мимо них, как водилось, ни конный не проезжал, ни пеший не проходил без какой-либо жертвы, — христиане это истребили.

Замечательно, что в Рязанском княжении, ещё и до сих пор, некоторые из распутий, более других дорог, установленные Пятницами, почитаются отчего-то таинственными. Назову одну из них: это дорога Комарина — она идёт от Рязани полями и, не касаясь ни деревень, ни сёл, теряется в борах Радуницких. Подходя ближе к Радуницкому монастырю св. Николая, вы уже не слышите об этой дороге; но она опять проскочит, кое-где, по лесам московским и владимирским. Всякий перекрёсток этой дороги освящён Пятницею.

Такие таинственные пути, как упомянутый Комарин путь, пользовались чем-то, особенно священным. На этих путях, как на поклонных горах, обыкновенно торжествовали счастливую встречу с другом, сыном, отцом; тут же свершалась и последняя минута разлуки человека, уходящего в путь. Ожидания у Пятницы, проводы до Пятницы: общее поверье многих сельских жителей. Здесь, только, с благословением небесным, произносилось и сладкое слово: здравствуй! И страшное слово: прощай!

Нередко к Пятнице собирались и красные девицы: они пристально смотрели на синюю даль и угадывали, скоро ли к ним придут, скоро ли прилетят их ясные соколы. Тут и ныне ещё услышишь грустную песню осиротелой:

Отдалела-то я сударушка, отдалелаС милым дружком в разлуке я сиротою.

Далее в этой песне, обыкновенно, девица, покинутая другом, просит его, чтобы он не забывал её на чужой, дальней сторонке.

Наконец, от места Пятниц и страшные наши воры-разбойники: Каины и Рощины, Кудеяры и Верёвкины, отправляли грозных послов своих с тем, чтобы они, повидавшись с окрестными жителями, заявили им предсмертное слово, то есть, если они, жители такого-то села, или той-то деревни, не оставят своего жилища по доброй воле, и если задумают они воспротивиться, то в тот же миг весь их быт поравняется с землёю, их кости погложут псы и растаскает ворон! Редко противились обыватели ужасной силе предсмертного слова, они оставляли свои жилища, своё имущество, своих жён и дочерей, — всё на добычу разбойников, и тогда смельчаки-разбойники с торжеством распевали: