Человечество: История. Религия. Культура Древний Рим - Константин Владиславович Рыжов

же их заставляла присутствовать при этом. Если кто уклонялся, против него и его семейства возводились ложные обвинения и их преследовали. (Виктор: “О Цезарях; 4). Все это она проделывала совершенно открыто, на глазах у всего города, и Клавдий был единственным, кто ни о чем не знал. Наконец Мессалина преисполнилась такой дерзости, что, не таясь ни от кого, сыграла свадьбу со своим любовником Силием. Тогда вольноотпущенники Клавдия, Каллист и Нарцисс, вершившие от его имени всеми делами, стали опасаться за свою судьбу: как бы Силий, бывший праправнуком Августа, набрав такую власть, не совершил государственный переворот и сам не сделался принцепсом. В этой крайности они рискнули донести Клавдию о происках его жены и изобразили дело так, что жизнь его подвергается серьезной опасности. Клавдий от этого внезапного известия впал в такую растерянность, что не мог ни на что решиться, и Нарцисс своей властью довел дело до конца. По его настоянию сначала был казнен Силий, а потом умерщвлена Мессалина. Клавдию сообщили о ее смерти, умолчав о том, была ли она добровольной или насильственной. И он, не спросив об этом, потребовал чашу с вином и далее продолжал пировать, как ни в чем не бывало. Да и в последующие дни он не выказал ни малейших признаков радости, ненависти, гнева, печали или какого-либо иного движения души. (Тацит: “Анналы”; 11; 26–38).

В день смерти жены Клавдий поклялся перед воинами, что, так как все его супружества были несчастливыми, то ныне он пребудет безбрачным, а если не устоит, то пусть они заколют его своими руками. И все же он не мог удержаться от помыслов о новом браке – то с Петиной, которую он сам когда-то прогнал, то с Лоллией Павлиной, которая была замужем за Калигулой. Но в конце концов он был обольщен лукавой Агриппиной, дочерью его брата Германика, пользовавшейся своим правом на поцелуи и родственные ласки; он нашел людей, которые на ближайшем заседании предложили сенату обязать Клавдия жениться на Агриппине, якобы для высшего блага государства, и дозволить подобные браки для всех, хотя до той поры они считались кровосмесительными. И чуть ли не через день он справил свадьбу. (Светоний: “Клавдий”; 26).

Новый брак Клавдия явился причиной решительных перемен в государстве: всем стала управлять женщина, которая вершила делами Римской державы отнюдь не побуждаемая разнузданным своеволием, как Мессалина; она держала узду крепко натянутой, как если бы та находилась в мужской руке. (Тацит: “Анналы”; 12; 7). Все усилия она сосредоточила на том, чтобы устроить судьбу своего сына от первого брака Луция Домиция. Дочь Клавдия Октавия была уже помолвлена с Луцием Силаном. Но Агриппина, обвинив его в кровосмесительной связи с сестрой, добилась его опалы, а потом довела до самоубийства. Октавию она предназначила в жены своему сыну, и вскоре после свадьбы с Агриппиной, в 49 г., Клавдий дал на это согласие. В следующем году он усыновил Луция под именем Тиберия Клавдия Нерона, а потом назначил его своим наследником. (Светоний: “Клавдий”; 27,29). Когда все это было сделано, Агриппина, опасаясь, как бы Клавдий по какой-нибудь причине не изменил своего решения, решила умертвить его. Она разыскала поднаторевшую в отравлениях искусницу Локусту и та составила для нее необходимый яд. Дал же его Клавдию евнух Галот, в обязанности которого входило приносить и отведывать предназначенные для Клавдия кушанья. Яд был примешан к изысканному грибному блюду. Клавдий отравился, но после обильного поноса ему полегчало. Тогда врач Ксенофонт, как бы для того, чтобы вызвать рвоту, ввел в горло Клавдия смазанное быстродействующим ядом перо. Агриппина несколько дней скрывала смерть мужа, и тем временем подготовила все для принятия власти Нероном. (Тацит: “Анналы”; 12; 66–69).

Ирод Агриппа

У младшего из казненных сыновей иудейского царя Ирода I, Аристобула, был маленький сын по имени Ирод Агриппа. Жизнь его (подробно рассказанная Иосифом Флавием) сложилась более счастливо, нежели судьба его несчастного отца, хотя и он испытал немало жестоких ударов судьбы. Еще будучи ребенком, Ирод Агриппа был увезен своей матерью в Рим и жил там при императорском дворе. Благодаря этому он избежал притеснений со стороны своего жестокого деда, но по образованию, воспитанию и образу мыслей сделался более римлянином, чем иудеем. Император Тиберий очень жаловал его и считал своим близким человеком. Однако Ирод Агриппа понимал, что ждать от престарелого Тиберия больших благодеяний бесполезно и более надеялся на его внучатого племянника Гая Калигулу, молодого человека, который должен был унаследовать власть после смерти бездетного императора. Постаравшись сблизиться с Калигулой, он настолько преуспел в этом, что стал его наилучшим другом и проводил в его обществе целые дни.

Однажды во время прогулки, когда никто не мог слышать их, кроме возничего Евтиха, Агриппа сказал Калигуле: «Наступит ли, наконец, тот день, когда этот старик Тиберий умрет и сделает тебя властелином мира? Открою тебе свое сердце – я давно жду его смерти, как величайшего праздника!» Гай, заметив, что возничий прислушивается к их разговору, промолчал и поступил благоразумно, потому что по прошествии некоторого времени Евтих донес об этом неосторожном разговоре императору. Рассерженный и оскорбленный Тиберий велел немедленно схватить Ирода Агриппу и заключить его в темницу. Закованный в цепи несчастный царевич был препровожден в тюрьму. Там он томился в течение нескольких месяцев, не ведая даже, что ожидает его в дальнейшем.

Как-то раз, когда Ирода Агриппу вместе с прочими арестантами вывели на прогулку в тюремный двор, случилось знаменательное происшествие: на дерево, к которому он прислонился, слетел филин. Сам царевич не обратил на птицу внимания, но ее появление не ускользнуло от внимания других заключенных. Один из них подошел к Агриппе и сказал: «Господь открыл мне Свою волю, славный юноша! Позволь я предскажу тебе твое будущее. Сегодня ты пребываешь в горе и печали и считаешь себя несчастнейшим из смертных. Но знай, что пройдет всего пять дней, и ты вновь обретешь свободу. После этого ты достигнешь величайшего почета и власти. Господь, послав тебе эту птицу, показал тем самым, что взял тебя под Свое покровительство. Забудь теперь о муках и радуйся жизни. Только помни, что в следующий раз филин будет для тебя вестником смерти. Если вновь увидишь его сидящим над тобой, знай, что через пять дней ты умрешь!»

Так говорил этот неведомый арестант, и Агриппа дивился его словам. Через пять дней пришло известие о смерти Тиберия. Гай Калигула, став императором, немедленно освободил своего друга из тюрьмы и осыпал его знаками внимания. Перво-наперво, взамен железной