Мусульманские страны на пороге XXI в. Власть и насилие - Коллектив авторов

Под лозунгом очищения ислама бин Сауд за 40 лет завоевал весь Неджд, а его преемники вышли за его пределы. Однако две первые попытки объединения Аравии имели кратковременный успех. Современная Саудовская Аравия возникла благодаря потрясениям Первой мировой войны. В 1932 г. потомок М. бин Сауда Абд-уль-Азиз провозгласил свою власть во всем Неджде и Хиджазе. Роль конституции в новом государстве стал играть Коран. Монарх обладает безраздельной властью, а значительную роль при новом режиме играют алимы во главе с потомками Абд-уль-Ваххаба.

Первая нефтяная концессия в Аравии была предоставлена еще в 1923 г. британскому «Eastern and General Syndicate». Однако поскольку в то время в стране еще не обнаружили ни литра нефти, синдикат продали американской «Standard Oil Company of California» (нынешняя «Chevron») — сроком на 60 лет, с арендной платой в $ 50 тыс. в год. К 1946 г. филиал компании в Саудовской Аравии назывался «Arabian and American Oil Company» («Aramco»), и долю в ее капитале имели «Texaco», «Standard Oil Company of New Jersey» (нынешняя «Exxon») и «Socony‑Vacuum» (нынешняя «Mobil»).

С самого начала добычи нефти (с 1938 г.) председатель «Aramco» фактически являлся послом США в Саудовской Аравии, а компания взяла на себя роль технического модернизатора страны. В Дахране появилась военная база США, и американцы стали привилегированными партнерами саудовского монарха. С 50‑х годов Саудовская Аравия заняла свое место в международном сообществе в условиях необычайного нефтяного бума.

«Aramco» контролирует более 95% саудовской нефти, а ее добыча постоянно растет (547 тыс. баррелей в день в 1950 г., 1 млн. — в 1980 г.) и дает 75% доходов страны ($ 56 млн. в 1950 г., $ 102 млрд. в 1980 г.) (с. 99). Такая зависимость от США сделала Саудов осторожными во внешней политике. И все же в нефтяном эмбарго 1973 г. роль Саудовской Аравии была решающей — как и ее роль в ОПЕК. В 1988 г. американские компании вышли из «Aramco», и она стала называться «Saudi Aramco» (ныне — крупнейшая в мире нефтяная корпорация). Однако это вовсе не было концом экономического империализма США в Персидском заливе: многие члены ее правления — американцы.

«Однако зло уже совершилось. Уже давно в королевстве песков что-то подгнило. Переход от верблюда бедуина к сияющему "Мерседес‑600" эмира не произошел безболезненно для страны» (с. 101). Сверхбыстрая модернизация общества не могла не породить недовольство традиционалистов. Оно выплеснулось наружу, в частности, в 1979 г. в виде захвата мечети в Мекке. В 1991 г. Сауды поддержали США в их войне против Ирака, и чувства многих мусульман были оскорблены, когда они воочию увидели степень зависимости своей страны от США. Одновременно начались экономические трудности. Последние были в немалой степени связаны с тем, что члены правящего дома безвозмездно черпали из казны для собственных нужд. К тому же они сохраняют за собой ключевые государственные посты, далеко не всегда обладая компетентностью. В 1995 и 1996 гг. в стране произошли антиамериканские теракты.

«Королевская семья продолжает исполнять свой шпагат, по-прежнему оставаясь слабой перед лицом Соединенных Штатов, но в то же время демонстрируя относительную благосклонность к определенным интегристским движениям, таким как "Талибан", которые проповедуют близкую к идеалу ваххабизма религиозную практику» (с. 105).

Понять роль Саудовской Аравии в экспансии радикальной формы исламизма позволяют три фактора: религиозный прозелитизм, банковская система как инструмент, дающий королевству возможность реализовать свои религиозные амбиции, и нефть как оружие устрашения Запада. Афганский конфликт был катализатором развития этих факторов и стоящих за ними интересов, позволивших расчистить путь радикальному исламу. Еще с 70‑х годов Саудовская Аравия поддерживала исламистские суннитские движения, защищая свои нефтяные интересы, реагируя на подъем арабского национализма и вступив в противостояние с революционным Ираном. Неудивительно, что едва ли не все исламистские организации мира финансируются Саудовской Аравией напрямую либо посредством контролируемых ею исламских международных институтов — Организации исламской конференции (создана в 1970 г.), Лиги исламского мира (с 1962 г.) и особенно саудовских холдингов и банков.

«Будучи прекрасно интегрированной в капиталистическую систему», Саудовская Аравия «использует все ее пружины, причем настолько умело, что отныне ее капиталы стали необходимыми для нормального функционирования мировой экономики. Представляя собой энергетический резерв первостепенной важности, саудовское королевство в своей прозелитической деятельности пользуется покровительством нынешней сверхдержавы — Соединенных Штатов. Таким образом, маловероятно, что в кратко- или среднесрочной перспективе будет поставлен предел распространению исламского фундаментализма, который является опорой групп, выступающих за крайние формы насилия, — таких как "Хамас" в Палестине, "Талибан" в Афганистане или ВИГ ("Вооруженные исламские группы". — Реф.) в Алжире» (с. 111).

Усаму бин Ладина в некоторой степени сформировала именно данная политика. В 1978 г. по инициативе главы саудовских разведывательных служб принца Турки он создал организацию «Исламский легион» с целью экспорта воинствующего ислама в Афганистан. В этот период Саудовская Аравия снабжала бин Ладина средствами для его антисоветской деятельности. Что бы ни утверждали ее представители, эти связи сохранялись до совсем недавнего времени — несмотря на изгнание бин Ладина и приписанные ему многочисленные теракты.

Для финансирования воинствующего исламизма Саудовская Аравия создала обширную сеть исламских организаций, формальной целью которой являются благотворительность и взаимопомощь. На самом деле многие из них представляют собой центры вербовки или финансирования деятельности бин Ладина. Важнейшими являются Организация международной исламской помощи и Международная исламская организация помощи (создана в 1978 г.).

Неудивительно, что между Саудами и бин Ладином существует взаимная терпимость. Поэтому Сауды не сотрудничали с США в расследовании антиамериканских взрывов в своей стране и отказались предоставить свою территорию для американских войск во время ударов по Афганистану. Власти стремились не провоцировать исламских радикалов, а бин Ладин (несмотря на резкую критику им властей) — не ставить Саудовскую Аравию в неудобное положение, навлекая на нее гнев США. «Охотно говорят о "государственном терроризме" применительно к Ливии или Ирану. Саудовской Аравии в черных списках нет. Существует простое и достаточное основание для этого: она — незаменимый игрок на мировой нефтяной сцене. Если бы у нее не было нефти и финансов, она, вероятно, занимала бы в черном списке видное место…

Мы (Запад. — Реф.) долго закрывали глаза на эту ситуацию, чтобы лучше обеспечивать безопасность саудовского союзника. Тем самым мы позволили развиться росткам фундаментализма, вышедшего из-под контроля, и отказались от какого бы то ни было давления на державу, которая и сегодня защищает то, что невозможно защищать, и позволяет этому существовать в политическом, материальном и финансовом отношениях» (с. 130-131).

Усама — не единственный представитель семьи