Потерпевшие победу. Немцы в Корсуньском «котле» - Гельмут Фогель

В условиях полного численного превосходства советское командование имело возможность собрать превосходящие силы в районе Корсуня. Исходная группировка, вводившаяся в бой, включала 451 танк и 62 САУ. Это давало почти четырехкратное превосходство над боеспособными немецкими танками и штурмовыми орудиями. Сравнивать артиллерию сложнее, поскольку противостоящие армии вели учет артиллерии различным образом. К тому же в Советской армии тяжелые минометы составляли гораздо большую долю, чем в немецкой. Однако можно заключить, что советские силы, сосредоточенные для проведения операции, насчитывали 2677 артиллерийских орудий и 2222 миномета. Первое число включает и противотанковые пушки и может быть сопоставлено с данными по немецким войскам, имевшим в распоряжении немногим менее 500 артиллерийских орудий и 178 противотанковых пушек. Следовательно, два советских фронта превосходили немецкие войска в районе Корсуня примерно в четыре раза, если сравнивать гаубицы и пушки. Немцы также располагали определенным количеством пехотных гаубиц калибром 75 мм и 150 мм с небольшой дальностью огня, которые входили в пехотные полки. Несколько затруднительно определить истинное число минометов и пехотных гаубиц в немецких частях, потому что это оружие включалось не во все отчеты. Однако три танковые дивизии XXXXVII танкового корпуса на 22 января имели в среднем по 12 минометов и 13 пехотных гаубиц. В то же время три пехотные дивизии корпуса имели в среднем по 15 минометов и 12 пехотных гаубиц. Если эти цифры типичны для всех немецких частей в районе Корсуня, можно сделать вывод, что у немцев было около 400 минометов и пехотных гаубиц. Это будет значить, что два советских фронта, вероятно, имели пятикратное превосходство в оружии этого класса[70].

Таким образом, в целом Красная армия имела примерно четырехкратное превосходство по основным видам тяжелого оружия. Сложнее оценить советское превосходство в людях. Во-первых, уцелевшие немецкие документы дают подробное описание численности ряда дивизий, но по многим другим не имеется никакой информации. Едва ли возможно установить полную численность немецких войск. В советских источниках приводятся значения численности всех сил, задействованных в начальной фазе операции. Однако они заметно различаются. Например, один источник называет число 254 965 человек[71], тогда как другой дает гораздо большее значение — 336 700 человек[72]. Возможно, эта разница происходит из использования различных категорий численности — например когда небоевые подразделения включаются в число бойцов или нет, включаются или не включаются все эшелоны обеспечения.

Последний фактор особенно важен при сравнении советских и немецких сил. Немецкие дивизии на бумаге были больше, чем советские, но, с другой стороны, советские части имели значительно большую поддержку за счет армейских и фронтовых средств усиления. Необходимо проводить сравнение таким образом, чтобы учитывались все значимые факторы.

По всей видимости, число дивизий дает достаточно точную картину соотношения сил[73]. В Корсунь-Шевченковской операции 40 советским дивизиям противостояли 15 немецких, что дает соотношение сил 2,7:1. Это, по крайней мере, является косвенным показателем советского численного превосходства[74].

С настолько превосходящими противника силами в районе, в котором планировалась операция, неудивительно, что два советских фронта сумели сосредоточить на направлениях главных ударов огромные силы по сравнению с силами обороняющихся. Даже в исследовании советского Генерального штаба говорилось о семикратном численном превосходстве в пехоте и тринадцатикратном — в танках на направлении, на котором 2-й Украинский фронт собирался нанести удар. Тот факт, что советское командование обычно имело в своем распоряжении больше людей и материальной части, позволяло ему концентрировать силы там, где это было нужно[75].

ТЯЖЕЛОЕ ВООРУЖЕНИЕ НЕМЕЦКИХ ЧАСТЕЙ В РАЙОНЕ КОРСУНЯ НА 25 ЯНВАРЯ

Танки и штурмовые орудия / Артиллерийские стволы / Противотанковые пушки

Корпусная группа «Б»

/ 0 / 41 / 11

88-я пехотная дивизия

/ 0 / 22 / 14

Управление XXXXII армейского корпуса

/ 0 / 0 / 0

198-я пехотная дивизия

/ 0 / 36(примерно) / 14

34-я пехотная дивизия

/ 0 / 33(примерно) / 14

Управление VII армейского корпуса

/ 23 / 10(примерно) / 0

Дивизия СС «Викинг»

/ 20(примерно) / 52 / 12 (включая 7 самоходных)

Бригада СС «Валлония»

/ 10 / 0 / 9

57-я пехотная дивизия

/ 0 / 50 / 8

72-я пехотная дивизия

/ 0 / 33 / 14

389-я пехотная дивизия

/ 0 / 26 / 12

Управление XI армейского корпуса

/ 9(примерно) / 16 / 0

3-я танковая дивизия

/ 20(примерно) / 22 / 10 (включая 5 самоходных)

106-я пехотная дивизия

/ 0 / 31 / 7

320-я пехотная дивизия

/ 0 / 24 / 17

282-я пехотная дивизия

/ 0 / 36 / 10

14-я танковая дивизия

/ 15 / 24 / 15

11-я танковая дивизия

/ 25(примерно) / 26 / 11 (включая 5 самоходных)

Управление XXXXVII танкового корпуса

/20(примерно) / 11(примерно) / 0

Всего / 142 / 493 / 178

Глава 5

Наступает Конев

Ранним утром 25 января советская артиллерия усилила огонь по позициям немецкой 389-й пехотной дивизии. Не менее семи стрелковых дивизий[76] при мощной поддержке бронетехники были готовы перейти в атаку на участок, обороняемый немецкой 389-й дивизией, которая имела лишь 1500 человек пехоты для прикрытия фронта протяженностью 21 километр. Другие советские части, включая две стрелковые дивизии и большую часть 5-й гвардейской танковой армии Ротмистрова, были приведены в боевую готовность в качестве резервов.

Не менее 270 советских танков были задействованы против 389-й дивизии и ее южного соседа, 3-й танковой дивизии[77].

Вскоре пехота 53-й армии и 4-й гвардейской армии, подержанная танками 5-й гвардейской танковой армии, пошла в атаку. 389-я дивизия к тому моменту уже была ослаблена. У нее было слишком мало людей для создания сплошного фронта обороны, так что вместо этого она удерживала ряд опорных пунктов. Советские силы быстро пробили бреши в немецкой обороне. В частности, стремительно ухудшалось положение в Оситняжке, вынуждая немецкий XI армейский корпус искать возможность выделить подкрепления из других частей. Небольшая боевая группа с бронетехникой была направлена на Оситняжку из дивизии СС «Викинг»; гуда же был направлен 676-й полк из 57-й пехотной дивизии, уже находившийся на марше.

Скоро стало ясно, что этих сил недостаточно, и тогда было принято решение снять с позиций всю 57-ю дивизию и направить ее на юг[78].

Советские атаки на северном фланге XXXXVI танкового корпуса имели меньший успех. Четыре стрелковые дивизии: 14-я гвардейская, 138-я, 213-я и 233-я — при поддержке танков были брошены против немецких 3-й танковой и 106-й пехотной дивизий. 106-я дивизия, на участке которой атаки были не особенно сильными, сумела удержать свои позиции, но ее северный сосед, 3-я танковая дивизия, вела более тяжелый бой. Наиболее мощные советские атаки были направлены на село Буртки. К югу от села разведывательный батальон 3-й танковой дивизии пытался удержать оборону, но вскоре был отброшен. В 10:00 поступил приказ оборонять позиции вдоль высот северо-восточнее Рейментаровки, в то время как танки дивизии выводились вперед для контратаки[79].

Контратака временно стабилизировала положение, но во второй половине дня советская 53-я армия под командованием Галанина нанесла решительный удар под Рейментаровкой. После мощной артиллерийской подготовки советская пехота устремилась вперед. В немецкой обороне была пробита брешь, что вынудило командование XXXXVII танкового корпуса отдать приказ на отход подразделений, оборонявшихся северо-восточнее Рейментаровки. Наступающие советские войска проникли в лес юго-восточнее Рейментаровки и разорвали связь между 3-й танковой дивизией и ее южным соседом. Немцам не удавалось взять ситуацию под контроль до 20:00, когда вклинение было ликвидировано, а связь между двумя дивизиями восстановлена.

Таким образом, 3-я танковой и 106-й пехотной дивизиям с трудом удалось удержать оборонительный рубеж, но к северу от позиций XXXXVII танкового корпуса события развивались совершенно иначе. Давление советских сил на южный фланг 389-й дивизии было очень сильным. Оборона дивизии была практически сокрушена, нарушилась связь между XI армейским корпусом и XXXXVII танковым корпусом. Но подкрепления уже подходили. 14-я танковая дивизия двигалась всю ночь, чтобы организовать контратаку, и немногим позже 9 часов утра командиру дивизии доложили, что его часть будет готова к атаке около полудня. Генерал Вёлер, командующий 8-й армией, хотел, чтобы 14-я дивизия провела разведку района, через который прорывались советские войска. Мартин Унрейн, командир 14-й танковой дивизии, отвечал, что он уже отдал приказ об этом и разведка уже проводится.