Храбры Древней Руси. Русские дружины в бою - Вадим Долгов

В. В. Долгов М. А. Савинов

Храбры Древней Руси. Русские дружины в бою

К читателю

Тяжеловооруженный конный воин, защитник слабых и угнетенных: шлем с забралом, латные рукавицы, золотые стремена, меч, копье и щит. При этих словах воображение тут же рисует нам образ, с детства знакомый по романам Вальтера Скотта — рыцарь! А вокруг простирается «милая Франция» или «старая добрая Англия».

Но, собственно, почему Франция или Англия?

Историками давно уже установлено, что тяжеловооруженная кавалерия была неотъемлемой частью русского войска. Да и само слово «рыцарь» — славянское (хоть и восходящее к немецкому слову «всадник» — «риттер»). Ведь ни во Франции, ни в Англии рыцари, собственно, рыцарями не назывались. Во Франции их называли chevalier, в Англии — knight. На Руси их чаще всего называли словом «храборъ» [Срезневский. 1912, 1394]. Это, кстати, уже очень неновое открытие. Казалось, всем уже должно быть известно, ан нет. Случайно усвоенное заблуждение крепко держится в голове — инерция ленивого и нелюбопытного сознания. Так и считается: рыцари — там, ну а что у нас?

Детские переложения былин, сомнительные мультфильмы и кинопостановки рисуют русских богатырей эдакими простодушными «валенками», если и побеждающими, то не львиной отвагой, не соколиным натиском, не умением, а в лучшем случае «силушкой». До того, чтобы почитать настоящие тексты былин или летописей, мало у кого руки и голова доходят. А если бы дошли — немало было бы удивления: поищите там миролюбивых увальней — не найдете. Представления эти уходят корнями в далекий XVIII век, когда среди некоторой части историков принято было считать славян «мирным и робким» народом. Каким образом «мирные и робкие» славяне смогли завоевать территорию, больше которой не занимал ни один народ в мире, оставалось загадкой… Но миф оказался на редкость живучим.

А между тем героизм и великое мастерство русских воинов заслуживает другого отношения: история России — это история непрекращавшихся войн. Столетие за столетием Русь сдерживала натиск неприятеля как с запада, так и с востока. Война продолжается и теперь: переходя из сферы военной в сферу идеологическую, борьба идет за умы и души людей. Война идет за Нашу Историю. Многочисленные фальсификаторы и просто невежды (в числе которых следует назвать Фоменко и Носовского, Чудинова и пр.) пытаются оболгать великое прошлое нашей страны: внушить презрение к ратному подвигу предков, подвижническому труду летописцев, к мудрости государей и законодателей.

Оружие против них есть только одно — научное знание. Знание, разрушающее карточные домики лжи и домыслов. Знание, делающее нас рыцарями на страже отечественной истории.

Русские средневековые рыцари: храбры, витязи, богатыри, — о них эта книга. Авторы приглашают читателя познакомиться с историей воинской элиты Древней Руси: тяжеловооруженных конных и пеших воинов, на протяжении столетий успешно отражавших как набеги стремительных степных орд, так и тяжелую поступь западных завоевателей.

Писать книгу — дело непростое. Без дружеской поддержки и советов тут не обойтись. Неоценимую помощь в исследованиях оказали нам наши «соратники по исторической дружине»: д.и.н. проф. В. В. Пузанов, руководитель клуба исторической реконструкции «Ладога» Д. А. Вельский, к.и.н. доцент Д. М. Котышев, Я. Р. Орлов, которым авторы, пользуясь случаем, выражают искреннюю признательность.

Особую благодарность автор выражает доктору исторических наук, заведующей сектором Института этнологии и антропологии РАН (г. Москва) профессору Н. Л. Пушкаревой, взявшей на себя нелегкий труд научного редактирования настоящего издания. Без ее вдохновляющего слова, без ее советов и помощи работа не смогла бы состояться.

Глава 1

«О, СВЕТЛО СВЕТЛАЯ И КРАСНО УКРАШЕННАЯ ЗЕМЛЯ РУССКАЯ!»

Русь в окружении друзей и врагов: варяги, кочевники, немцы, греки, кавказцы

Русь — страна, время создания которой летописец Нестор, автор «Повести временных лет», отнес к середине IX века. Ученые же до сих пор спорят о времени создания древнерусского государства. Одни считают, что это произошло гораздо раньше тех времен, о которых писал летописец, другие говорят о временах более поздних. Разноголосица мнений во многом объясняется разницей понимания того, что представляет собой государство, каким набором признаков обладает. Если брать признаки по минимуму, можно найти зачатки государства чуть ли не у пещерных людей, если по максимуму, то оно и вовсе до сих пор не возникло. На страницах этой книги мы не будем касаться этого сложного вопроса и доверимся летописцу: начнем отсчет с IX века.

Доверимся летописцу и в другом важном вопросе: мы не будем говорить о «государстве Русь» или о «княжестве Русь» — это слова из кабинетного обихода современных исследователей. Будем называть родину наших предков так, как они делали это сами, не примешивая к их пониманию своих терминов и штампов: «земля русская», «страна русская» или просто «Русь».

Многим современным авторам кажется, что они гораздо лучше разбираются в хитросплетениях событий, предположим, XII века. Сплошь и рядом можно видеть, что тот или иной древний книжник «не понимал», «исказил», «не знал», что происходило в его стране в его время. Тут можно лишь улыбнуться и развести руками. Хочется спросить такого «писателя»: если он не знал, то ты-то откуда узнал? Машину времени изобрел?

В соблазн «поправить» летописца впадают даже весьма авторитетные в своей сфере авторы, такие, например, как А. К. Белов, чья деятельность по возрождению славянского боевого искусства достойна всяческого уважения. Но бой боем, а история историей. Если бы все было так просто, все летописи давно бы сдали в макулатуру. Возможно, кто-то бы так и сделал. Но мы не будем спешить. Древние летописцы были не дурнее нас. Отнесемся же с уважением к их труду.

Помимо летописей, центральное место среди которых принадлежит «Повести временных лет», история Руси отразилась в разнообразных русских письменных источниках, дошедших до нас как в оригиналах, так и в составе более поздних произведений XIV–XVI веков: это древнейший свод законов — «Русская правда», многочисленные «Слова», «Поучения», «Жития» и «Повести». При этом, нужно понимать, что то, чем располагают современные историки, — лишь небольшая толика трудов древнерусских книжников, уцелевшая в многочисленных нашествиях, пожарах и междоусобных войнах. Во время нашествия Тохтамыша в 1382 году выгорел московский кремлевский Успенский собор, до сводов заполненный книгами, принесенными туда горожанами в надежде на защиту храмовых стен. Сколько ценных рукописей погибло в этом пожаре — остается только гадать…

Данные русских источников уточняются и сверяются с источниками иностранными. Сведения по истории и об общественном устройстве восточнославянского общества содержатся в византийских и западноевропейских хрониках, произведениях восточных (прежде всего арабских) путешественников. Очень ценны сведения, содержащиеся в скандинавских сагах: сохранившиеся в них бытовые детали позволяют воссоздать картину военной повседневности средневековой эпохи.

Огромную роль в восстановлении и сохранении памяти о прошлом играет археология. XX век ознаменовался масштабными раскопками, которые открыли нашему взору мир бытовой повседневности древнерусского города и села. Именно благодаря археологам мы теперь знаем, в каких домах жили наши предки, как одевались, какими игрушками играли дети, в какой посуде женщины подавали на стол еду, каким оружием сражались мужчины. Летописи и жития, саги и хроники, берестяные грамоты, остатки древних крепостей, дворов, посуды и оружия помогают нам рассеять тьму веков и заглянуть в прошлое.

В настоящей главе читатель сможет познакомиться с геополитической обстановкой, в условиях которой существовала Русь в первые века своей истории. Конечно, на двух десятках страниц нельзя представить всю сложность и многообразие военных и этнических конфликтов, связавшихся в плотный узел в самом центре Евразийского континента, — такая задача и не ставится. Это будет лишь беглая «экскурсия» по эпохе и региону, главная цель которой — обрисовать глобальные проблемы, в решении которых не последнее слово принадлежало русскому оружию. Читатель должен ощутить атмосферу эпохи, понять, чем жили наши далекие средневековые предки. Для этого авторы в этой главе и в книге в целом будут периодически уступать слово современникам описываемых событий, чьи слова, а через них — мысли и чувства дошли до нас в древних рукописях{1}. Фрагменты эти часто лишены приключенческой завлекательности, просты и безыскусны. Но вчитываться в них необходимо внимательно — поскольку именно это и есть голос истинной Истории.