Варяги и Русь - Игорь Анатольевич Настенко

название «скотьего бога» с культом медвежьей лапы, являлся древнейшим объектом поклонения русов и непосредственным «наследником» прежних «хозяев» земли, связавший древних русов с духами людей, живших на земле нынешней Новгородчины в палеолитической древности. И этот факт — еще одно свидетельство того, что древние русы являлись насельниками в центре и на Севере Восточной Европе с тех времен, когда носители индоевропейских традиций стали локализоваться в восточноевропейских пределах, сменив здесь носителей палеолитических медвежьих культов. На протяжении всего русского средневековья культ Волоса прослеживался на значительной территории русских земель. Сказания связывают его с Русским Севером, Новгородчиной, Уралом. Герои былин, наделенные чертами Волосова оборотничества, рождаются в Киеве. Идолы Волоса известны от северорусских земель до Владимиро-Суздальской и Ростовской земель вплоть до Х-ХІ веков.

Есть основания полагать, что конский череп и змея были атрибутами Волоса. Известно, что это божество почиталось как покровитель скота. Волос выступал оберегом крестьянского двора, воспринимался как владыка аграрной магии и плодородия почвы, которого надо было умилостивлять («Волосу на бородку» оставляли несколько несжатых колосьев). «Бородка» Волоса — это его типическая черта. Бороду как обязательный атрибут сохранил и христианский «преемник» Волоса Св. Власий. В день этого святого его икону мазали коровьим маслом, что означало: у Св. Власия и борода в масле. Коровы и кони считались главным богатством в древние времена, что провозглашалось и в PB. И в этом смысле конь был животным, принадлежавшим Волосу. Но вышеупомянутые хтонические черты коня роднили его со змеей/змеем и другими хтоническими существами.

Известен и образ Волоса как змеевидного или иного «земноводного» противника Перуна. Такое описание Волоса в разных воплощениях отразилось во многих былинах и древнерусских сказаниях. Например, в «Сказании о Словене и Русе» так рассказывалось о княжеском сыне Волхве: «Больший же сын оного князя Словена Волхв бесоугодник и чародей и лют в людех тогда бысть, и бесовскими ухищреньми мечты творя многи, и преобразуйся во образ лютаго зверя коркодила, и залегше в той реце Волхове путь водный, и не поклоняющихся же ся ему овых пожираше, овых же испроверзая и утопляя. Сего же ради людие, тогда невегласи, сущим богом окаяннаго». В этом отрывке содержатся очень важные детали для понимания культа Волоса. Из рассказа мы узнаем, что объектом поклонения или «сущим богом» в Поволховье сделался княжеский сын Волхв. Он был чародей, и люди уверовали, что он мог принимать обличье «лютого зверя коркодила».

Какие основания отождествлять княжича Волхва из «Сказания о Словене и Русе» с Волосом? По убеждению Иванова и Топорова, само имя княжеского сына Волхва заключает родство с именем Волоса: волохатый или волосатый. Образ княжича Волхва имеет свои былинные аналоги в былинах о Волхе Всеславьевиче и о Вольге Буслаевиче/Святославьевиче. Эти былинные герои имели также княжеское происхождение. Матерью Волха Всеславьевича была «молода княжна Марфа Всеславьевна». Отцом богатыря был таинственный лютый змей, на которого княжна, гуляя по саду, «с камени скочила».

На мой взгляд, совершенно очевидно, что за сказочной канвой сюжета угадывается такая черта этого ряда мифологизированных персонажей или Волхва/Волха/Вольги как признанная за ними способность к перевоплощению или реинкарнации. Эта способность была хорошо известна и в древнеиндийской традиции: ею наделялись существа, отмеченные божественной или избраннической сущностью, согласно представлениям, свойственным части архаичных религиозно-философских систем. Например, мифы о Вишну повествуют о такой его отличительной черте, как способность перевоплощаться в разных земных существ, причем не только в животных (известны его перевоплощения в рыбу, в вепря, выходящего из воды и др.), но и в людей, приобретавших благодаря этому божественную сущность. Самыми знаменитыми воплощениями Вишну стали царевич Рама (герой поэмы «Рамаяна») и царевич Кришна (герой «Махабхараты»).

Эта же способность к перевоплощению отличает и древнерусских Волха/ Волхва и Вольгу. При этом многие их перевоплощения являются зооморфными образами солярного божества: рыба, ясный сокол, тур-золотые рога. Названные герои рождаются от хтонического змеевидного существа, которое несложно отождествить с Волосом, исходя как из указанного созвучия имен, так и из мифологического материала, который известен и может быть соотнесен с Волосом.

Кроме былин и сказаний, зафиксированных в летописях, божество Волоса воплотилось в народном литературном творчестве в ярких сказочных образах, легко узнаваемых благодаря характерной атрибутике. В древнерусских сказаниях, бытовавших на Урале и записанных П. П. Бажовым уже в XX в., запечатлелся образ хранителя золота — хтонического существа Великого Полоза, который имел двойное обличье: человека и гигантского змея.

Описание Великого Полоза перекликается с известными чертами Волоса: «Кафтан на ем, штаны — все желтое, из золотой, слыш-ко, поповской парчи, а поверх кафтана широкий пояс с узорами и кистями, тоже из парчи, только с зеленью. Шапка желтая, а справа и слева красные зазорины, и сапожки тоже красные. Лицо желтое, в окладистой бороде, а борода вся в тугие кольца завилась… И вот видят ребята — человека того уже нет. Которое место до пояса — все это голова стала, а от пояса шея. Голова точь-в-точь такая, как была, только большая, глаза ровно по гусиному яйцу стали, а шея змеиная. И вот из-под земли стало выкатываться тулово преогромного змея. Голова поднялась выше леса. Потом тулово выгнулось прямо на костер, вытянулось по земле, и поползло это чудо к Рябиновке, а из земли все кольца выходят да выходят. Ровно им и конца нет. И то диво, костер-то потух, а на полянке светло стало. Только свет не такой, как от солнышка, а какой-то другой, и холодом потянуло… Семеныч и объяснил ребятам: „Это есть Великий Полоз. Все золото в его власти. Где он пройдет — туда оно и подбежит. А ходить он может и по земле и под землей, как ему надо, и места может окружить сколько хочет…“»[821].

«Желтое лицо» Полоза созвучно рассказу ПВЛ о каре, которая постигнет преступившего клятву, данную именем Волоса. По выражению князя Святослава, «да будемъ золоти, яко золото…», что обычно переводится, как «да пожелтеем, как золото». Из приведенных источников выясняется, что какие функции/качества определяли могущество божества, известного под прозванием Волоса. Перечислю их ниже.

Культ «медвежьей лапы» раскрывает древнейшую «насельническую» связь Волоса с Восточной Европой. Как «скотий бог» Волос выступает владыкой аграрной магии и плодородия почвы, но кроме того богом — хранителем богатства. Такой смысл содержался в самом прозвании «скотий бог», поскольку слово скот имело в древнерусском языке значение имущество, деньги, отсюда скотница —