Сборник «3 бестселлера о подростковой любви» - Максим Анаэль

– Но он же её целовал в шею, в ухо, говорил ей всякие приятные слова! Держал за руки! Когда другой парень проявил к ней внимание, он чуть с ним не разодрался!

– Ну, вот и уточнения появляются, – рассмеялась мама, – ещё скажи, что эту девочку зовут Ирина Рыжова, так?

– Да, – я опустила голову.

– Рассказывай, всё по порядку, чтобы было более понятно. И, тогда уже, я, наверное, смогу тебе что-то подсказать.

Я рассказала маме, как всё было, умолчав, только о том, что мне было необыкновенно приятно, волшебно, когда Андрей целовал меня и шептал разные приятные словечки.

– Ну, что же доченька, – сделала мама заключение, после моего рассказа. – В тот вечер, ты, по всей вероятности, на самом деле понравилась ему, да и как было, не понравиться, вон ты какая была хорошенькая. Тем более, что и другой парень обратил на тебя внимание. А у них, у парней, «одному понравилась и мне тоже надо». На этом всё дело и закончилось. Сейчас, он к тебе равнодушен (внутри у меня всё оборвалось). У него, может даже, другая девочка есть. С ней, возможно, у него более близкие отношения. Мама многозначительно посмотрела на меня. Я готова была разреветься. Неужели то, что говорила Валя, правда? И он на самом деле дружит с Катей. Я рассказала маме ещё и про Катю.

– Всё понятно! Этого и следовало ожидать! Она его старше, ей 18, и, скорее всего, у них уже есть интимные отношения. Ну, и очень хорошо, – подытожила мама, – а тебе сейчас не о парнях нужно думать, а об учебе. Учишься на сплошные трояки, не куда ведь не поступишь. Выкинь всю эту ерунду из головы, займись учебой, это очень хорошо отвлечёт тебя от переживаний. Успеешь еще навлюбляешься. Смотри, не вздумай вступить с ним в половую связь. А, то девчонки частенько пытаются привязать этим к себе парней. Конечно, это действенно. Но не в твоем возрасте. Тебе ещё рано. Надеюсь, ты не начнешь делать глупости, не будешь портить себе жизнь.

– Почему портить?

– Как почему, ты вполне можешь забеременеть, и что тогда? Подумала об этом? Убивать не родившегося младенца?

– Но ведь есть же всякие средства.

– Да, конечно, но, ни один контрацептив не даст стопроцентной защиты. А тебе об этом, вообще, не надо думать. Слишком рано. Радуйся жизни и тому, что у тебя нет таких проблем.

После этих маминых слов, у меня, вообще, все мысли об учебе вылетели из головы:

– Мама! Но, ведь она же старая!

– Кто старая? – Не поняла мама.

– Катька, кто же ещё, ей же восемнадцать, а ему ещё только шестнадцать лет!

– Это тебе так кажется, в силу своей юности. Повзрослеешь, потом будем разговаривать, кто молодой, кто старый.

«Не может, этого быть, – думала я. – Я же видела, что нравлюсь ему. Мама тоже может ошибаться». Я решила продолжать бороться за свое счастье, но никому об этом не говорить, в том числе маме. Позову сама его в выходные в кино. Скажу, билет пропадает. Я обдумывала, как мне действовать: нет, это не правильно. Он может подумать: «А почему Вальку не позвала? Она бы точно пошла». Нет. Не подходит. В этой ситуации становится понятно, что я за ним бегаю, а это никуда не годно. Позвать просто, погулять? А вдруг он на самом деле с Катькой дружит? Тогда я буду выглядеть как дурочка. К тому же, вдруг, он откажется. Ничего не буду делать радикального, буду пытаться просто с ним налаживать отношения в школе и всё – окончательно утвердилась я в своем решении».

Никакие мои действия не имели успеха. Андрей просто общался со мной как с товарищем по классу, а не как с девушкой, которая ему нравится. «Может, он специально мучает меня, – подумала я, – что бы я переживала и ещё сильнее влюбилась в него. Такое бывает, я об этом читала в любовных романах. Там частенько бывает так, что мужчина любит девушку, но виду не подает, наоборот даже, прикидывается равнодушным, а потом, в конце, раскрывается ей…»

На перемене наши девчонки встали в коридоре кружком и что-то заинтересовано обсуждали. Интересно, что это они так обсуждают, подумала я и подошла к ним.

– Как раз о тебе говорим, – сказала наша староста Маринка Титова.

– Ничего себе! – Ответила я (мне, совершенно, это не понравилось).

– Может, прекратишь уже за Морозовым бегать! Просто не прилично уже всё это смотрится. Ты же девушка, гордость какую-то ты должна иметь, ну не нравишься ты ему и всё тут! Он свою Катю любит и не скрывает этого. – Это сказала Ольга Ящукова, она дружила с Колей Осинцевым из нашего класса, и была стороной, вообще, не заинтересованной, а, следовательно, могла объективно оценивать ситуацию.

От её слов у меня всё внутри похолодело: неужели всё так явно, я же старалась не подавать виду, чтобы не было разговоров. И, вот, пожалуйста, ситуация…

– Мне Морозов, вообще, не нравится! – С вызовом ответила я, – мне нравятся светловолосые и сероглазые блондины, а уж ни как не черненькие. Морозов совсем не «герой моего романа!» – Уверенно продолжала я. Я так уверенно об этом сказала, что даже сама поверила. Я не хотела, выглядеть бедненькой – несчастненькой.

– Я общаюсь с ним просто как с другом только и всего, – я решила усилить свои слова.

Девчонки примолкли, видимо, уж очень убедительно я это сказала.

– Ну и кто этот светловолосый и сероглазый блондин? – Спросила Ольга Рыбакова.

– Я знаю, кто! – Многозначительно ответила я, – всем своим видом давая понять, что мне кто-то нравится, но не скажу кто.

– Может, Старовой? – Спросила Титова.

Я ничего не ответила и пошла в класс. У окна стоял Старовой и смотрел прямо на меня. Я не поверила своим глазам – сероглазый блондин, рост выше среднего. Как я не замечала этого раньше. Мы стояли и молча, смотрели друг на друга. Потом он подошел ко мне и сказал:

– Ты, наконец, проснулась, спящая красавица…

Глава 4. Я свободна?!

«Ты, наконец, проснулась, спящая красавица. Ты, наконец, проснулась, спящая красавица», – пульсировало у меня в голове. Я вдруг почувствовала, что вместо ног, у меня деревянные подпорки, вот на этих самых подпорках, как на протезах, я подошла к своей парте. Андрей сидел на месте. Но мне уже было всё равно. Он меня не интересовал, вообще. Я прислушалась к своему сердцу – есть там место для Андрея? Нет. Пусто. «Это как болезнь, – пришло мне в голову, – болеешь, болеешь, а потом – раз и здоровый». Необыкновенное чувство свободы охватило меня. Мои размышления прервал звонок на урок. Дома всё обдумаю», – решила я. После уроков, я подождала немного Валентину, но не дождалась и пошла одна домой. Только вышла со школьного двора – стоит Морозов.

– Привет! – Подошла я к нему, – ждёшь кого-то? – Мне было радостно ощущать свою независимость от него.

– Тебя жду!

– О! А что такое?

– Ничего, просто, хотел с тобой до твоего дома прогуляться, поболтать.

– А-а-а, – протянула я, и подумала: «Как всё-таки интересно, если бы это случилось вчера, я была бы на «седьмом небе» от счастья. А сейчас меня это не волнует. И даже слегка раздражает. Я хотела по дороге разобраться в своих чувствах. Понять что к чему. А тут – он».

– Иринчик, ты изменилась. Что произошло?

– Изменилась? – Я была изумлена. «Ну, что же это такое, – подумала я, – у меня, что на лбу, что ли всё обо мне сразу же записывается. Я всё время пытаюсь контролировать своё поведение, что бы никто ни о чём не догадался. И, вот тебе, пожалуйста! А, пусть думает, что хочет, мне же всё равно! Как это здорово, – подумала я, – быть свободной!» Я молчала. Пусть теперь он придумывает темы для разговора.

– Ещё вчера, ты была другая…

Я только пожала плечами.

– Может, в кино, сходим? Сегодня вечером, – предложил Андрей.

– А как Катя на это посмотрит, ей, наверное, это не понравится?

– Причём тут Катя, я сам решаю, с кем мне и куда идти, в кино или ещё куда-нибудь, и не собираюсь ни у кого спрашивать разрешения.

– Ну, вы же дружите, у вас отношения.

– Пойдёшь или нет? – Андрей так пристально посмотрел мне в глаза, что я невольно опустила взгляд.

– Не знаю, – неуверенно ответила я, – я подумаю.

– Я зайду за тобой часиков в одиннадцать.

– Ты, что! Меня мама так поздно не отпустит.

– А во сколько отпустит?

– Не позже восьми вечера, чтобы полдесятого – в десять была дома.

– Я зайду полвосьмого за тобой, хорошо?

– Хорошо! Ну, всё – я домой.

– Иди, – кивнул Андрей.

Я влетела домой и стала обдумывать то, что произошло: «Что же это такое? – Думала я, – ещё вчера, я могла только мечтать о том, что бы Андрей пригласил меня в кино. А сегодня мне и не хочется никуда с ним идти. Просто как-то само-собой получилось, что я согласилась. Наверное, я сама себе внушила, что он мне не нравится, когда сказала девчонкам, что он не «герой моего романа». Как странно всё устроено в жизни – когда Андрей мне был нужен (я думала о нём 24 часа в сутки, ну, может быть 23,5) – я его не интересовала. Как только я освободилась от этого, он начал проявлять ко мне интерес. Хотя, стоп! Может, он просто по-дружески меня в кино пригласил? Ну, вот и узнаю», – решила я. Возник второй, не менее важный вопрос – накраситься мне или нет, принарядиться, или «и так сойдёт» – мне же теперь всё равно! Мне безумно нравилось это ощущение свободы и независимости. Я стала вспоминать свои бывшие любовные переживания, связанные с Андреем, в этом тоже было, что-то приятное: заходишь в класс или ещё куда-то и, первым делом, даже неосознанно, смотришь, где он, что делает. Когда он подходит – сердце замирает, или наоборот, начинает бухать, да так громко, что, кажется, всем слышно. Я поморщилась: вот это-то мне и не нравится, ну зачем так бухать? Моё сердце не обращало на мои пожелания, ни какого внимания. Оно жило своей жизнью, и не собиралось меня спрашивать: бухать ему или замирать или ещё что-то делать. «Накрашусь и наряжусь, – решила я, – всё-таки в кино иду, к тому же с парнем. Первый раз в своей жизни иду в кино с парнем». Мамы дома не было, пришлось наводить красоту самостоятельно, без её помощи.