Против правил - Екатерина Зиновьева

   - Ксения, - услышали все собравшиеся голос Валентины Романовны, - ну я тебе сколько раз говорила, хочешь покалечить брата, дверь прикрой. Не подрывай его авторитет в офисе. Он все-таки здесь "Царь и Бог".

   - Простите, - понурила голову девушка, мигом успокоившись. Секретаря брата Ксана не боялась, но очень сильно уважала. Обернувшись к Славе, она прошипела: - Если ты сейчас же не успокоишься, то я оторву тебе то, что толкается мне в жо...

   - Куда-куда? - переспросил Вячеслав и поцеловал Оксану в нос, никого не стесняясь.

   Переведя взгляд на брата, Ксения продолжила свой разнос, но уже в более тихой форме:

   - Саш, ей очень плохо. У нее перенапряжение. Еще немного и она загремит в больницу. У нее уже кровь носом идет, что будет дальше, боюсь себе представить, - захват Славы ослаб, но Ксюша не спешила слезать с его колен.

   Саша молча, выслушал сестру. Поднявшись, он, не особо разбираясь, скинул все бумаги со стола в ящик и, схватив пиджак, пошел на выход. Отдав ключи Валентине Романовне, он не стал ничего говорить, а просто вышел из кабинета.

   - Поезжай с ним, - приподнимая Ксану с колен, проговорил Слава. - Ты ему сейчас нужна.

   Саша подошел к лифту, но понял, что у него уже просто нет сил, стоять и ждать. Сорвавшись с места, он побежал к лестнице. Гордость? Какая гордость, когда его любимая женщина страдает. Был неправ? Согласен со всем. Где подписаться?

   Просить прощения? Да, он умолять готов, лишь бы вернуть себе семью. Прогнулся? Пошел на уступки.

   Этаж за этажом. Ноги уже ничего не чувствуют. В голове бьется лишь одна мысль - "Быстрее". Последний этаж... выход... машина... повернуть ключ зажигания... снять сестру с капота... поехали.

   - Кхм, - прокашлялась Ксения, - остановку сделать не хочешь?

   Мыслительный процесс. Удар по тормозам.

   ***

   Распрощавшись с Оксаной, Таня поднялась на свой этаж и, выйдя из лифта, замерла, увидев перед дверью собственной квартиры Анастасию Игоревну.

   - Доброе утро или уже можно сказать день, - немного неуверенно проговорила женщина, но быстро взяла себя в руки. - Мне нужно с Вами поговорить.

   - Зачем? - устало спросила Таня. - Мне кажется, Вы уже все сказали мне при первой встрече.

   - Девушка, - скривилась Анастасия, - давайте поговорим спокойно, а не на эмоциях.

   Безразлично пожав плечами, Татьяна прошла, открыла дверь и пропустила гостью внутрь.

   Войдя в маленькую квартирку, мать Саши постаралась не скривиться от убогости жилища.

   - Пройдемте на кухню, - указала направление хозяйка квартиры.

   Уже сидя за столом и отпивая чай маленькими глотками, Анастасия Игоревна решила начать разговор, ради которого и приехала.

   - Я была не права, когда так резко высказалась в Ваш адрес. Простите, - извинилась она. - Но я как мать считала, что так для моего сына будет лучше. Я сама, когда выходила замуж за Сергея - это отец Саши, то не любила его. Нас родители поженили. Скажете средневековье какое-то? Но это не так. Это бизнес. Деньги к деньгам. Любовь, если повезет, придет позже, - Таня и не пыталась перебить женщину, потому что прекрасно понимала, насколько тяжело той все это говорить. Она фактически приоткрывала дверцу своей жизни, посвящая в свои тайны, совершенно чужого ей человека. И все это она делала ради сына. - Только я не учла одного, что у Саши свои правила, по которым он живет и против них он не пойдет. Я не говорю, что принимаю его выбор, но я готова уступить. Если он выбрал Вас Таня, значит, так тому и быть. Подводя итог нашей беседы...

   - Вашего монолога, - не смогла удержаться Татьяна.

   - Хорошо, пусть будет так, - усмехнулась Анастасия Игоревна. - Итак, с Вашего позволения я продолжу, - кивок. - Спасибо. Давайте постараемся хоть общаться. Я не стану более ничего говорить сыну по поводу его выбора, но и вас попрошу не настраивать моего ребенка против меня.

   - А Вы думаете, что у меня бы получилось?

   - Не знаю, - тихо ответила женщина. - Я уже ни в чем не уверенна, поэтому и прошу.

   Таня помолчала и, покачав укоризненно головой, все же сказала то, после чего прикусила себе язык и решила молчать до самого ухода матери Артемьева.

   - Вы правы, Вы совершенно не знаете своего сына. Саша делает что хочет, поступает как хочет. Его невозможно контролировать.

   Анастасия ничего не говорила. Она лишь кивала головой, соглашаясь с каждым словом Тани.

   Звонок в дверь заставил обеих женщин вздрогнуть.

   Нахмурившись, Таня поднялась и прошла в коридор. Анастасия Игоревна посчитав, что свое дело она сделала, проследовала за девушкой.

   - Вам-то, что здесь надо? - воскликнула Татьяна, смотря на Сашу с букетом из ярко-желтых подсолнухов, который подарит улыбку даже в самый унылый из дней, и Оксану, маячившую у брата за спиной.

   - Мама! - воскликнула Ксана.

   - Это тебе, - протягивая букет, проговорил Артемьев, отмечая, как паршиво выглядит его любимая женщина.

   - Я уже ухожу, - проговорила Анастасия Игоревна.

   - А что ты здесь делала? - спросил Саша.

   Все смешалось в одну кучу. Хотелось закричать одно слово "Заткнитесь" и выставить всех из квартиры.

   "А почему не могу? Могу. Мой дом, моя крепость".

   - Пошли все вон, - чеканя каждое слово, сказала Таня. - Что это за паломничество семьи Артемьевых на мою квартиру?

   - Танюш, - протянула Ксана.

   - Вон! - сорвалась на крик девушка и, бросив Саше букет в лицо, закрыла уши руками. - Ничего не хочу. Хочу остаться одна. Не трогайте меня, - тихо говорила она, но все присутствующие ее прекрасно услышали.

   - Мама, Ксюш идите вниз, я сейчас спущусь.

   Женщины кивнули. Проходя мимо Тани, Анастасия Игоревна поцеловала девушку в макушку и, убрав ее руку от уха, прошептала:

   - Побереги нервы, они тебе еще понадобятся, если ты выбрала моего сына. Он далеко не подарок.

   Все кроме Саши и Тани покинули квартиру. Артемьев прошел на кухню. Что он там делал, Татьяна не знала. Усевшись на пол, она ждала пока и мужчина, которого она пусть и любит, но сейчас не хочет видеть, оставит ее одну.

   Присев перед Таней на корточки, Саша обхватил ее лицо руками и, приподняв, прошептал ей в губы:

   - Я тебя люблю и никуда не отпущу, - легкий поцелуй и он уходит.

   В горле застревает крик отчаяния и боли.

   "Любит... не отпустит. Верю? Верю... Люблю...".

Глава 15  

   Ночь. Тишина. Одиноко... где-то глубоко в душе. На лице легкая улыбка. Глаза искрятся каким-то смехом. В голове воспоминания прошедшего свидания.

   Отпив очередной глоток кофе, Ксана отставила кружку в сторону и посмотрела последнее пришедшее сообщение, которое и разбудило ее среди ночи.