Не могу забыть тебя - Стейси Савицки

– Закончила?

– Да.

Ее нервозность маленькими порциями передается мне. Я беру ее чемодан и следуя за ней, качу его к лифтам. Двери распахиваются, и мы молча заходим в кабину.

– Ты в порядке?

Я не мог этого не спросить.

– Да, – выдавливает она из себя улыбку.

– Я так не считаю, – кручу я головой. – Может отложим разговор на завтрашнее утро?

– Нет, – резко отвечает она. – Нельзя.

Меня все больше начинает пугать ее состояние. Не думаю, что она сейчас может здраво мыслить.

Лифт останавливается на ее этаже, она выходит, а я продолжаю следовать за ней. Я никогда не был на других этажах кроме своего. Довольно непривычно видеть такое большое количество квартир. Анаис продолжает идти и останавливается около квартиры с номером 3605. Довольно странно разбросаны номера, потому что соседняя квартира имеет номер 3608.

– Почему такая странная нумерация?

– А? – она оборачивается на меня. – Прости задумалась.

– Почему так странно разбросаны номера квартир.

– Без понятия, – пожимает она плечами. – Меня тоже это раньше удивляло, но я привыкла.

Она открывает дверь и зайдя первой, приглашает меня. Я заходу в квартиру и, закрыв за мной дверь, Анаис сразу скрывается в одной из комнат.

– Спасибо, что помог.

– Да без проблем, – оставляю я ее чемодан в прихожей.

Мне открывается вид на гостиную с такими же панорамными окнами как в моей квартире. Вид из них, конечно, не такой захватывающий, но такой же потрясающий.

– Мне оставить чемодан здесь?

– Да, – выглядывает она из-за угла. – Ты проходи или ты куда-то спешишь?

– Мне нужно еще закончить разбирать нашего следующего противника, так что до вечера.

– Хорошо, во сколько тебе будет удобно?

– Ну, – чешу я затылок. – Думаю к часам семи освобожусь.

– Отлично, – улыбается он. – Тогда до встречи.

Я киваю. Открываю дверь и выхожу. Устремляюсь к лифту и только когда двери передо мной закрываются запускаю пятерню в волосы. Я соврал ей, и она поверила мне. На самом деле у меня нет никаких планов. Я уже все давно сделал, но мне нужно было выиграть немного времени. Времени для осознания предстоящего разговора.

Оказываюсь в своей квартире и сразу направлюсь в душ. Холодная вода, как ничто другое, освежает мои мысли. Холодные струи стекают по моей спине, когда я, опираясь руками о стену напротив.

Не знаю, как думает Анаис, но я считаю, что в ее проблемах в отношениях виноват только я. Было неправильно встречаться с ней, зная, что у нее есть молодой человек. Нужно было отменить эту чертовую встречу самостоятельно и не приходить в тот чертовый ресторан.

Три года назад отец разрушил нашу семью своим романом со своей помощницей. И сейчас я поступаю также. А я не хочу этого. Я не хочу быть похожим на своего отца. Кулак врезается в стену, но она ничуточки не пострадала, в отличие от моего кулака. Он пульсирует, и сильная боль медленно растекается по всему телу.

– Черт.

Выходу из душа и переодевшись замечаю, что рука прилично опухла.

– Только перелома еще не хватало.

Боль продолжает усиливаться, поэтому я выпиваю таблетки с обезболивающим и все-таки решаюсь позвонить в скорую. Пока жду карету скорой помощи, прихожу к мысли, что я действительно ничуть не лучше своего отца. Может, даже хуже его. Я поступаю сейчас также, как когда-то поступил он. Хожу в ресторан с девушкой в отношениях. Вру самому себе и предаю все свои ценности, которым когда-то так верно следовал.

От этой мысли становится дурно. Вторую руку травмировать не хочется поэтому я запускаю в стену первое, что попадается мне под руку. Это что-то разлетается на мелкие кусочки и только подойдя ближе узнаю в этом предмете рамку с фотографией. От рамки не осталось ничего, а вот фотография лежит на полу в метре от меня. На ней такие счастливые и улыбающиеся Мария, я и Анаис. Провожу подушечками пальцев по фотографии и озвучиваю мысль, которая так часто крутится у меня в голове.

– Что с нами сделала эта чертовая жизнь?

Мои подозрения не подтвердились. Перелома не было, однако в костях безымянного и среднего пальце образовались трещины, поэтому мне наложили гипс.

– И сколько мне ходить с ним?

– Недели три примерно – отвечает врач, что-то записывая.

– Можете еще раз рассказать, как так получилось?

Я вздыхаю. Еще раз это уже третий.

– Я уже говорил, что сильно ударил кулаком по стене.

– И все?

– И все.

Он недоверчиво смотрит на меня, но затем кивает и протягивает мне лист с рецептом.

– Здесь все написано, начиная от лекарств при сильно боли и заканчивая следующим приемом.

– Хорошо, спасибо, – забираю я лист и выхожу из кабинета.

На улице меня уже ждет Джонни. Он стоит, прислонившись к машине, и что-то набирает в телефоне. Заметив меня, он прячет его в задний карман джинсов, а заметив на моей руке гипс, нахмуривает брови.

– Ты наконец расскажешь какого черта случилось?

Я, не отвечая, открываю дверцу машины и сажусь на переднее пассажирское сидение. Он цокает языком и садится на водительское место.

– Ну и? – заводит он машину.

– Ничего интересного, ударил кулаком о стену.

– И все?

– Сегодня день этого дурацкого вопроса?

– Что у тебя стряслось? – недоумевает друг. – Почему ты такой напряженный?

– Неважно, просто отвези меня домой.

Больше не задавая ни единого вопроса Джонни делает то, о чем я его попросил.

Я всю дорогу был погружен в себя, что даже не заметил, как мы подъехали к дому. Только когда машина останавливается напротив входа, я оборачиваюсь чтобы поблагодарить его. Но он начинает первым разговор.

– Не хочешь поговорить? – глушит он двигатель.

– Не горю желанием.

– Точно?

Я киваю и выхожу из машины.

Он не идет за мной. Он знает, что, если я захочу, я сам все расскажу. Слышу, как он заводит двигатель, и машина уезжает.

Я понятия не имею, как буду объяснять Анаис, что случилось со мной за эти пару часов. По моим рассказам, я должен был разбирать игру следующих противников, а в итоге на руке у меня гипс.

Захожу в вестибюль и встречаюсь с удивленным взглядом консьержа. Но я никому ничего не обязан объяснять, поэтому я просто прохожу мимо него к лифтам. А дальше все как в тумане. Я не помню, как нажимал кнопку этажа, не помню,