Не верь мне (СИ) - Евстигнеева Алиса

Оставалась Ольга. И вот тут я попадал в тупик. У нас и до этого то было всё не просто. Я слишком долго убеждал себя в том, что ненавижу её, маскируя под тоннами гнева боль предательства и осколки прежних чувств. Выходило плохо, но я старался. А после сегодняшнего дня ситуация выходила настолько патовой, что даже я не видел выхода из неё. Нет, выход то как раз был. И он меня очень даже устраивал. Вот только моя гордая жена вдруг решила совершенно противоположное. Но она очень зря думала, что я спокойно смогу оставаться в стороне. Потому что я ехал сюда только за одним - к своей семьей. А моя семья возможна лишь там, где она.

Часть 2. Верь мне

Глава 22

Часть 2. Верь мне.

Глава 22.

Мы сидели в машине и целовались. Не то чтобы прям совсем впервые: последние недели мы только и делали, что успешно практиковались в данном вопросе. Но всё равно на этот раз выходило как-то по-особенному. Более страстно, напористо и глубоко. Его губы периодически соскальзывали с моего рта, спускаясь ниже по подбородку и шее, выбивая из меня сдавленные вздохи. Да, и вообще, всё было… по-взрослому. Отчего я то краснела, то бледнела, то впадала в оторопь. Смешно подумать, мне тридцать один год, тринадцать из которых я была в браке, у меня двое детей, и я, впадаю в панику от мысли о близости с мужчиной. 

Никита вроде как понимал моё состояние и старался не торопиться, давая мне возможность привыкнуть и переключиться. Но порой даже его лёгкий нрав давал сбой и превращался во что-то тягучее и давящее.

*   *   *

Всё закрутилось примерно месяц назад, когда наши африканские страсти с Измайловым немного подуспокоились. Я вышла на работу сразу же на следующий день после того как мы с ним переспали. С одной стороны это помогало мне справиться с нелёгкими думами и сомнениями, которые целыми эшелонами курсировали по моей несчастной головушке. С другой же – у меня была хоть какая-то возможность дистанцироваться от Сергея, который теперь прописался у нас дома, поначалу уезжая восвояси только ночевать. Хуже его постоянного присутствия рядом были только его красноречивые взгляды, которыми, он не просто говорил, а чуть ли не кричал мне: «Если ты только позволишь…». Я не позволила. Нет, я больше не морозилась и не стервозила, сумела даже от ругани отказаться. Но ведь ему этого было мало, а на большее я просто была не способна. Упорно просила свой развод, уворачиваясь от любых его попыток прикоснуться ко мне.  

Мне было совестно и больно видеть этот его болезный взгляд, который всплывал наружу каждый раз, когда я определить дистанцию между нами. Да кого там… самой хотелось выть и лезть на стену, а ещё лучше, подойти к нему и тупо повиснуть на его шее, чтобы он просто обнял меня и пообещал, что всё будет хорошо. Но нет, нам было нельзя. Лишний раз я убедилась в этом, когда Сергей впервые начал свой осторожный разговор о том, что случилось с нами в моей постели.

-Оль, мы не предохранялись, - как-то тупо заметил он в один из вечеров, после того как уставшие за день дети уснули в своих комнатах. Мы сидели на кухне, и Серёжке давно пора было уходить. Но он не уходил.

-Знаю, - бесцветным голосом подтвердила я очевидное.

-Три недели прошло, - осторожно продолжил он подводить меня к какой-то из своих мыслей.

-Прошло, - вновь согласилась я с ним, чем порядком так вывела его из себя.

-Оля! – прошипел он моё имя. – Я с тобой поговорить пытаюсь. Потому что если…

-Не если, - жёстко перебила я.

Измайлов угрожающе сдвинул свои брови и недовольно посмотрел на меня.

-Точно?

-Да.

Но он никак не желал униматься.

-Откуда такая уверенность?

Я глубоко вздохнула, внутренне собираясь перед тем, как  сделать то, что запланировала. Знала же, что рано или поздно жизнь выведет нас на этот разговор, и тут нужно было поступить правильно. Так чтобы он понял. Чтобы уже отпустил… нас обоих. И я соврала.

-Таблетку приняла. В тот же вечер.

Мои слова прозвучали как приговор. С тех пор мы больше не пытались разговаривать по душам. Может быть, потому что в одном из нас уже просто не оставалось этой самой души? И кто бы мог подумать, что этим кем-то окажусь именно я.  

Теперь Серёжка старался бывать у нас как можно меньше, сводя общение со мной к необходимому минимум. Нет, на их отношениях с детьми это никак не сказывалось, просто встречались они теперь где-то на стороне, а вот в мою сторону он старался не смотреть вообще.  

Месяц назад он между делом протянул мне визитку со словами: «Этот человек будет заниматься нашим разводом. Позвони ему, он ждёт». Я послушно кивнула головой, чувствуя, как меня пробирает холод до самых костей. В тот день я подорвала сонную после смены Машку и утащила её с собой пить. На душе было настолько хреново, что я только и могла, что рыдать и заливать в себя новую порцию алкоголя. Это было крайне лицимерно с моей стороны, если помнить о том, кто именно был инициатором нашего развода.

Впрочем, развестись в нашем случае оказалось не так уж просто. Слишком много всего – дети, квартира… У Измайлова ещё и бизнес нашёлся, на который я оказывается тоже могла претендовать.

-Откуда? – с тревогой в голосе прохрипела я тогда.

-Всё законно, не переживай, - скорей отрезал он, чем попытался успокоить меня.

-Я не про это. Адвокат говорит, что какая-то там доля мне принадлежит.

-Ну мы же в браке были, - сказал Серёга абсолютно будничным тоном, так если бы это было самой очевидной вещью в мире. - Совместно нажитое имущество.

 -Мне не надо. Мне ничего не надо.

-Оль…

-Серёжа! – вспылила я. – Ты не хуже меня знаешь, что последняя половина нашего с тобой брака носила номинальный характер… Нет у меня никаких прав не на бизнес, не на деньги твои. Хочешь помогать детям? Помогай, я не возражаю. Но вот… со мной не надо так. Хорошо?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ему не понравилось. Его вообще это всё бесило. Но он сделал какое-то нереальное усилие над собой и промолчал, отложив этот разговор до лучших времён.

Примерно где-то в это же время и произошло моё сближение с Киреевым. К слову, от общения с ним я тоже долго морозилась, памятую об «особом отношении». Даже премию требовала мне понизить, после чего вся бухгалтерия дружно покрутила пальцем у виска.    

Никите пришлось лично успокаивать меня.

-Хочешь меньше получать? – с самым серьёзным поинтересовался он у меня.

-Да! – упрямилась я.

-Отлично, - довольно заулыбался он. – Тогда с тебя свидание.

Логики я не поняла. Удивлённо открыла рот и зависла в поисках нужного довода, понимая, что где-то тут меня обводят вокруг пальца.

Но в тот разговор между нами что-то изменилось, Никита решил идти напролом, а я подумала: «Почему собственно нет?». Наше безумие с Измайловым словно сорвала с меня какие-то клеммы, которыми я столько лет удерживала в себе всё женское – с его желаниями и чувствительностью. И тут я, подключив свою изломанную жизнью разумность, здраво рассудила, что пора бы уже заняться и этой стороной своей жизни. Выходило пока плохо. Но я старалась, борясь со всеми своими паническими атаками, зажимами и прочими комплексами.

С тех пор работа в клубе шла своим чередом, добавляя к себе некой остроты служебного романа с Никитой. Мозгами я понимала, что это, ой, как неправильно. Но относительная невинность происходящего, помогало мне гасить в себе чувство тревоги.    

*   *   *

В облаках сегодня праздновали свадьбу, в процессе чего новоиспечённые жених с невестой что-то там не поделили, и, разругавшись в пух и прав, очень быстро разбежались  по разным сторонам. Смущённые гости, оперативно умяв всё со столов (а что не съели, то унесли), последовали примеру молодожёнов. Рабочий день окончился неожиданно рано. Я даже растерялась. Дети были дома с отцом, и у меня не было необходимости торопиться к ним. Находчивый Киреев сложив одно с другим, предложил покататься по городу. И я неожиданно для себя согласилась. Долго катались по занеженным улицам города, любусь яркими огнями и разными конструкциями, установленным ровненько к надвигающемуся новому году. А потом я раззевалась и Никта повёз меня домой.