Моя. Под запретом - Натализа Кофф

– Ты именно сейчас хочешь поговорить о каком-то Стасе? – насупился Алек.

Марьяна взвизгнула, когда Алек ловко перевернул ее на спину и навис сверху.

– У нас полчаса осталось. Какой уж здесь Стас, – улыбалась Марьяна.

– Полчаса… Марьяша, я ж свихнусь, если завтра тебя не увижу, – выдохнул Фальковский прямо в приоткрытые губы. – Маленькая моя, нам нужно что-то с этим делать. Не могу я так. Вдали от тебя.

– И что ты предлагаешь, Саш? Допустим, моя семья обо всем узнает. Дальше что? – нахмурилась Марьяна. Она провела ладонями по щекам Алека, вздохнула. – Я знаю характер отца. Он ни за что не поверит нам. Решит, что у тебя свои мотивы. Вспылит. А я не могу позволить, чтобы из-за меня гибли невиновные люди.

– Я что-нибудь придумаю, Марьяша. Обещаю, – уверенно шепнул Алек и прижался в жадном поцелуе к уголку рта. – Давай сбежим? Бросим все и исчезнем.

– Бред, Саш! – горько усмехнулась Марьяна. – Я не могу бросить семью. И универ. К тому же, у брата свадьба.

– Когда? – вскинул брови Фальковский.

– В эти выходные, – грустно улыбнулась Марьяна и крепче обняла Алека за шею. – Знаешь, я бы очень хотела, чтобы и ты был там. Мы бы танцевали с тобой. Целовались бы при всех. Классно, да?

– Любишь танцевать? – подмигнул Алек.

– И целоваться тоже, – кокетливо взмахнула ресницами Тахирова.

– Надеюсь, только со мной? – прищурился Алек, а Марьяна тут же ощутила, как мужчина напрягся.

– Боюсь, что другого кандидата на эту роль у меня нет, – подметила Марьяна и указательным пальцем разгладила морщинки, возникшие меж темных бровей. – Спокойно, Саша. Я тебя люблю.

Алек перехватил девичью ладонь, расправил, жадно прижал ко рту, выдохнул.

– Прости, малышка. Я придурок. Знаю. Просто ты же у меня красавица. А мне каждому, кто хоть мельком на тебя взглянет, охота морду расквасить, – признался Фальковский.

Марьяна смущенно заулыбалась. Было приятно слышать, как взрослый и серьезный мужчина говорит ей о своих чувствах. Тахирова уже открыла рот, чтобы ответить, убедить, что не интересен ей никто, кроме Алека Фальковского. Но сказать ничего не успела. В дверь позвонили.

– Твоя охрана? – уточнила Марьяна.

– Нет. Ржавый торчит в машине. Вряд ли бы поднялся без предупреждения, – мотнул головой Алек, перекатился, встал с постели и принялся торопливо одеваться.

Марьяна последовала его примеру.

– Оставайся здесь, малышка, – распорядился Алек.

– А если там Дмитрий? Он же думает, что моя подруга здесь живет, Саш, – спохватилась Марьяна.

– Достали меня эти прятки, Марьяша! – выругался Алек. – Если за месяц ничего не решится, Маш, пойду к твоему отцу. Похрен на все!

– Ну, конечно! – повысила голос Тахирова. – А если он тебе пулю прямо в лоб пустит?!

– Плевать! – отмахнулся Алек.

– А мне – нет! – парировала Марьяна.

Маша и дальше бы спорила с Фальковским, но в дверь вновь позвонили.

Тахирова видела, как лицо Алека стремительно меняется. Это с ней он ласковый и нежный. А в отношении других вполне оправдывает свою репутацию.

– Если там Дмитрий, то говорить буду я, – негромко произнесла Марьяна, торопливо поправляя одежду и следуя за Фальковским в коридор.

К двери ни Алек, ни Маша подойти не успели. Коридор вспороло звуками выстрелов.

Распахнув глаза в ужасе, Марьяна смотрела, как в двери появляются уродливы рваные отверстия. Понимала, что всего пара секунд и дверь сметут с петель.

– В спальню, Маша! – приказал Алек, дернул девушку за руку, заставляя спрятаться. – Там в гардеробной дверь в соседнюю квартиру. Жди меня, или Ржавого. Дверь никому не открывай. К окнам не подходи! Поняла?

– Я никуда не уйду, Саша! – возразила Марьяна и, схватив сумочку, вынула небольшой пистолет – подарок от мамы.

– Марьяша! Не глупи! – рявкнул Алек, а в дверь продолжали стрелять, пытаясь снести замок и попасть в квартиру. – Времени нет совсем. Беги!

– Только с тобой! – возразила Марьяна.

Алек думал всего секунду. Заряженный пистолет, не такая игрушка, как у Маши, мощнее и больше, оттягивал руку. Но рисковать любимой девушкой Алек не собирался.

Потянул Машку за собой обратно в спальню, дальше – в гардеробную. Ловко открыл потайную дверь и впихнул Машку в соседскую квартиру.

– Я люблю тебя, солнышко! – пробормотал Фальковский и на секунду прижался к розовым губам.

Алек слышал, как испуганно колотится юное сердечко его любимой девочки. А потому поступить иначе мужчина не мог.

– Если я не приду, звони своим, – приказал Алек прежде, чем закрыть дверь прямо перед Марьяной.

На секунду Алек прижался лбом к показавшейся ледяной стене. Закрыл глаза. Всего на миг.

А после вернул перегородку на место, прикрыл одеждой, вернулся в спальню, едва успев прикрыть двери за собой.

Вовремя. В длинном коридоре уже появились незваные гости.

– Руки в гору! – четкий приказ и наставленный прямо в грудь Алеку автомат не оставлял шанса ослушаться.

* * *

Глава 19

– Демид, прекрати!

– Я ничего не делаю.

– Еще и врун! – вздохнула Света, а потом строже, глядя на мужскую макушку. – Я серьезно, Ирбис! Прекрати! У тебя плечо, и…

– Зажило еще на прошлой неделе! – фыркнул Демид, и удобнее устроился в своей, как узнала Света за последние несколько дней, излюбленной позе. Между ее бедер. Целуя живот и спускаясь ниже. А там… Света дико смущалась всякий раз, когда Ирбис будил ее таким вот способом.

– Не ври! Я вижу, как ты хмуришься, когда тебе больно! – уличила парня во лжи, а тот лишь медленно склонился, сверкнув своими убийственно порочными глазами.

Света сдалась. Ну как ему сопротивляться, когда он такой? Никак.

– Обожаю тебя, Свет мой! – разобрала девушка, дико смутившись.

А как иначе? Если Демид и сегодня разбудил ее столь интимными ласками? И ведь уснули они глубоко за полночь. Все-таки ненасытный у нее муж, и упрямый. Но Свету все вполне устраивало. Даже не так. Светлозару Ирбис устраивало все на сто, даже на тысячу процентов! Она была счастлива.

Света слышала, как ласково и нежно что-то шепчет ей Демид. Но не могла ответить. Тело, послушное напору и натиску любимого, отказывалось слушаться ее. Реагировало только на Демида и его просьбы-приказы.

– Дааа, девочка моя, вот так…, – мурлыкал Ирбис, не сводя глаз со Светы. Он старался не упустить ни единой мельчайшей подробности. Как она стонет в его руках. Как прогибается навстречу плавным толчкам. Как выкрикивает его имя.

А после – затихает, сжимая его собой настолько плотно, что Ирбис моментально последовал за ней в их рай на двоих.

– Люблю тебя… – разобрал Демид легкий прерывистый шепот.

Света, невероятно соблазнительная, растрепанная, смущенная, но счастливая, лежала рядом в их общей постели. А Демид совсем некстати вспомнил, как лично подбирал