Дворник. Или как найти мужчину своей мечты - Наталья Бочка

Миша смотрел широко открытыми глазами. Он не мог поверить, что всё это происходит с ним. От бессилия и горечи он не знал, что сделать, чтобы этот человек снова стал его другом и дал денег на лекарства для матери.

– Это, ты говоришь, денег нет? – Миша встал и грозно глянул на Василия.

– Это не мои, нужно отдать поставщикам. За товар ведь каждый день нужно платить.

Непонятно как табурет очутился в руке у Михаила.

– Ах ты, гнида! – прокричал он и стукнул Ваську по голове, тот и руку не успел подставить. На виске его показалась тонкая струйка крови. Несколько секунд он смотрел на Мишу, а потом рухнул на пол.

На шум заглянула продавщица, а когда увидела распростёртое на полу тело Василия, заорала так, что в ушах Михаила до сих пор стоит этот крик.

Дали восемь лет за убийство. Если бы не ржавый гвоздь, что торчал из старого табурета, всё было бы не так плохо. Пока сидел, мать умерла, хоронили чужие люди. Когда вышел – ни матери, ни друзей, ни работы, ни квартиры – ничего.

Помыкался по стройкам разнорабочим. От кого-то услышал – если устроиться дворником, комнату дадут. Долго не раздумывал, со справкой о судимости везде отказывали, а в ЖЭК пришёл, хорошо приняли. Дали комнату в том же дворе, где работал. Правда, она в подвале, но и это крыша. И это – дом.

Часть 2

Глава 1

Осень точно поджидала слабину. Она набросилась на город в тот момент, когда он в расслабленном состоянии получал все привилегии лета. В одно утро в середине августа все, кто выглянул в окно, увидели – осень пришла. Ветер гнал листья по дорожкам двора, нещадно раскидывал и прибивал к бордюрам. Потом снова подбрасывал и снова прибивал. Деревья в одночасье сбросили всё, что пожелтело, и теперь понуро качались с остатками листвы.

Даша выглянула в окно и судорожно начала думать, что надеть. Ведь вчера ещё было по-летнему жарко, а сегодня уже по-осеннему холодно. Кроны деревьев трепыхались под окном, словно водоросли под непредсказуемым потоком. Ветер гнул их то в одну, то в другую сторону, и становилось страшно и совсем неохота выходить в эту стихию.

Конец ознакомительного фрагмента.