Rehab (СИ) - Шульгин Игорь

Из-за клубного образа жизни я выработал привычку не спать по ночам, так как под амфетамином спать не хочется. Работал я тогда в одной известной международной компании и занимался маркетингом. Рабочий день начинался с дорожки фена и заканчивался ей же. Вполне приемлемый образ жизни для рекламщика. Тогда я еще не кололся и плохо относился к тем, кто этим занимается. Героин был так же неприемлем для меня на том этапе. На работе я был на хорошем счету, так как приходил на работу первым, а уходил последним, иногда засиживаясь до двух-трех ночи. Соответственно, я успевал сделать больше, чем мои коллеги, и это нравилось моему начальству. Но долго организм работать в таком темпе не может. И мой начал давать сбои. На тот момент я сжирал от одного до двух граммов амфетамина в день. А потом чтобы хоть немного уснуть принимал успокоительные, пил корвалол и различные транквилизаторы. Первый серьезный сбой произошел с желудочно-кишечным трактом. Из-за того, что я мало спал и плохо ел, периодически закидываясь различными обезболивающими на голодный желудок у меня открылась язва двенадцатиперстной кишки. Я пришел в больницу на обследование с жалобой, что меня беспокоит дискомфорт в области живота, а в итоге, после неприятнейшей процедуры ФГС попал в реанимацию и вышел из больницы только через полтора месяца. Но этот сигнал организма я проигнорировал, как и многие другие прежде. Просто перестал жрать обезболивающие и стал лучше питаться через не могу и через не хочу, так как употреблять амфетамин не бросил, и, соответственно, аппетита у меня по-прежнему не было. Продуктивность труда тоже снизилась. И через какое-то время мне пришлось сменить работу на менее престижную и оплачиваемую. Тогда меня это не смущало, так как я был молод и считал, что самое лучшее еще впереди. Я во всем старался находить что-то хорошее. Во многом благодаря язве я, наконец, бросил курить. Я и раньше пытался, но почему-то не получалось. В этот раз все было очень легко. Я просто потушил сигарету в пепельницу, осознавая, что это последняя, и что больше я курить не стану. И вуаля, я уже во второй раз в своей жизни стал свободным от одной из своих зависимостей. Опять же из-за такого простого отказа от табакокурения я думал, что и все остальное смогу бросить легко когда придет время. Конечно, странно, но вместо того чтобы бросить что-нибудь еще, я начал колоться.

Однажды утром поняв, что у меня осталось совсем мало фена и я вряд ли потяну рабочий день, я задумался о внутривенной инъекции, так как слышал, что этот способ более эффективный. Загуглил указанную тему и поисковик выдал пошаговую инструкцию с картинками и советами. Мне даже не пришлось ждать, когда откроется аптека, так как шприц я нашел в домашней аптечке. Он был пяти кубовый. Со здоровенной иглой, как мне тогда казалось. Впоследствии мне приходилось иногда ширяться и двадцаткой, и меня это совсем не пугало. В общем я сделал все по инструкции и с первого раза попал в вену на правой руке. Не знаю, почему колол в правую, вообще я правша. Но шприц удобней лежал в левой. Так я первый раз ширнулся. После этого стал колоться все чаще и чаще. Пока еще амфетамином. Но это открывало перспективу употребления еще более тяжелых наркотиков. Когда наступили проблемы с поставками амфетамина в город, я переключился на соли. Соли давали похожий эффект. Но все же он был другой. Я с них дурел, ловил паранойю и вообще стал съезжать с катушек. Мне это совсем не нравилось, и однажды, пытаясь хоть как-то сбить ужасные солевые отходники я попробовал героин. Меня не стошнило после первого раза. Ничего такого. Напротив, это было чудесно. Сердце сразу же успокоилось. Я плотно поужинал и уснул. Спал как младенец до самого утра. Тот кто сидел на стимуляторах знает ценность сна и пищи, как никто другой. И с этого момента постепенно героин стал вытеснять все другие наркотики. Я считал, что для меня это гораздо лучше, так как с солей люди быстро сходили с ума и вообще превращались в зеленых человечков, а на героине сидели годами и даже десятилетиями. Траты мои на наркоту непомерно выросли. Героин в городе был низкокачественный, и его приходилось приобретать по многу, чтобы добиться желаемого эффекта. Кроме того иногда я по прежнему подсаливался и ставился феном со старыми дружками, которые не разделяли мою привязанность к героину. В последствии некоторые из них из-за соли прошли точку невозврата — попали на принудительное лечение в психиатрическую больницу. Но страшно было не это, а то, что врачи говорили, что они уже никогда не станут нормальными. Изменения в их мозгу кардинально отразились на психике, и им было опасно находиться в социуме. Или точнее социуму было опасно находиться с ними. Я такой участи не хотел и считал, что сделал в свое время правильный выбор в пользу героина. Я уже признавал за собой статус наркомана, но продолжал надеяться, что смогу спрыгнуть, когда мне это станет действительно нужно. Пока однажды не наступил переломный момент, который ясно показал, что мне требуется квалифицированная помощь.

Несколько раз я доходил до крайностей в своем самоуверенном поведении, игнорируя очевидные признаки тяжелой зависимости. Закладывал золото и технику в ломбард, чтобы купить себе дозу. Брал в долг и не возвращал. Терял доверие друзей. Многое мне прощали. Наверное зря. Так что я продолжал разлагаться, как физически, так и морально. Брал все, что плохо лежит на работе. Выдумывал разные нелегальные схемы, как бы поднять денег. Брал микрокредиты под грабительский процент не желая думать об удвоенной сумме возврата. Однажды даже заложил машину. Но это все еще были цветочки. Я понимал, что некоторые люди доходили до больших крайностей, прокалывая целые состояния, машины, квартиры. Я не хотел быть таким. Поэтому машину я в конечном итоге выкупил, хотя и не без помощи родителей.

Кризис наступил весной. Это было в апреле. Я поехал в командировку по горнозаводской зоне. Моя миссия заключалась в поиске новых клиентов для завода, на котором я работал в отделе продаж. По пути я (в лучших традициях фильма «Страх и ненависть в Лас-Вегасе») собирался употребить все, что было с собой из запрещенных психотропных веществ. А заодно заключить пару-тройку договоров на поставки. Мне почему-то казалось, что употребление наркотиков не сильно сказывается на моем внешнем виде, и те кто не в теме меня не заподозрят. Я остановился, не проехав и полпути до ближайшего населенного пункта. Вышел из машины, чтобы немного размять затекшие ноги. Сделал небольшую гимнастику и инъекцию амфетамина. Взбодрило. Но не так как хотелось. Пришлось еще занюхать дорожку соли. Чтоб наверняка.

На приходе я жал на гашетку акселератора, явно не соблюдая скоростной режим. В горах снег еще не сошел и белые шапки вершин сливались в причудливые узоры справа и слева от меня, чередуясь с зеленью хвои на фоне серого тяжелого неба. В горах всегда красиво, вне зависимости от времени года, погодных условий и психического состояния. Любоваться красотой мешало легкое чувство тошноты. Я шмыгнул носом втянув остатки наркотика в горло. От этой горечи меня вырвало и ошметки блевотины забрызгали лобовое стекло и торпеду. Я чуть припустил руль пытаясь справиться с очередным позывом, машину занесло и стащило с дороги. Первое же дерево на обочине встретило меня распростертыми объятиями могучих ветвей. Я отключился. Должно быть ненадолго. Но когда открыл глаза вокруг уже были люди. Салон был облеван и залит кровью. По центру лобового стекла торчала ветка уходившая куда-то вглубь салона. Левая рука не слушалась, так что мне пришлось воспользоваться правой, чтобы открыть дверь. Тут же меня подхватили и вытащили из машины.

Из-за многочисленных порезов лица и тела я потерял много крови. В больнице мне сделали переливание и рентген. На мое счастье все кости оказались целыми, пострадали только мягкие ткани, да и то в основном это были синяки и царапины. Несколько глубоких порезов зашили и на второй день после аварии меня перевели из реанимации в стационар (хвала добровольному страхованию) в отдельную палату.